Агент из Кандагара - Чингиз Абдуллаев

– Прекрасно. Этот вариант мне кажется наиболееперспективным. Итак, вы определились с тремя кандидатами. Когда собираетесь их«готовить»?

– Со следующего месяца. Пока начали проверку. Нужно бытьуверенным во всех трех возможных кандидатах. Каждый будет внедряться своимпутем. Асиф Шахвани через группы белуджей, которые сейчас активно противостоятиранцам; Физули Гусейнов через курдов, ведущих свою войну с турецкимправительством, а Маджид аль-Фаради через шиитские организации арабов, тесносвязанные с другими подобными структурами в Иране и Ираке.

– Неплохо, – кивнул Эйссинджер. – Но давайте более конкретнопройдемся по вашим кандидатурам. Итак, вариант первый, Асиф Шахвани. Это самыйкороткий путь проникновения к возможному противнику. Но и самый ненадежный.«Слепого» кандидата нужно использовать осторожно, чтобы он не дергался и ненаделал глупостей. Хотя вариант с белуджами очень неплохой. Поздравляю, вынашли нестандартное решение проблемы.

– Он уже провел террористическую акцию под нашим контролем,– сообщил Рассел, – и мы стараемся держать его под нашим полным наблюдением.Сейчас он на пути в лагерь талибов. Если все пройдет нормально, то уже черезнеделю или две мы будем иметь своего человека, внедренного в их структуры.

– Его еще будут проверять.

– Тут мы абсолютно спокойны. Он ведь «слепой» кандидат иискренне верит в то, что борется с неверными. Если он не сделает какой-нибудьглупой ошибки, то может спокойно пройти проверку. Признаюсь, что считаю этотвариант наиболее перспективынм.

– Тогда давайте второй вариант со «зрячим». Там ведь сидятне дураки, и они это уже не раз нам доказывали, как вы сами справедливозаметили. Мы все еще считаем, что боремся с полуобразованными дикими племенами,а они уже украли секретные разработки и получили доступ к ядерному оружию.Хотите, я расскажу вам о выводах наших аналитиков по поводу доступа к этомуоружию.

– Я знаю, – мрачно ответил Рассел, – специалисты считают,что сегодня ядерное оружие можно собрать в любом сарае при наличиисоответствующих технологий и запасов сырья.

– Вот-вот. А вся наша инфраструктура чрезвычайно уязвима.Как и наши города, наши коммуникации, вся наша цивилизация. Миллионы нашихсоотечественников не готовы умирать ради какой-либо идеи. Или страдать. Тогдакак наши противники готовы идти на любые жертвы. Сегодня вопрос стоит не о том,как они получат ядерное оружие, а когда они его применят. Только один вопрос.Когда это произойдет? И наши аналитики считают, что порог опасности ужепройден.

– Нам это известно, – Рассел тяжело вздохнул, – мы получилиподтверждение от наших российских и английских коллег. Они тоже пришли кподобным выводам. Китайцы пока молчат, французы тоже. Насколько я знаю,израильтяне просчитывают возможность ответных ядерных ударов, если где-то в ихстране сработает подобное устройство. Для них это была бы катастрофа – оченьнебольшая страна.

– Для нас тоже, – напомнил Эйссинджер, – если подобноеслучится в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе, нас не спасут размеры нашей страны.

– Давайте работать по «зрячему», – угрюмо предложил Рассел.– Итак, наш кандидат, которого мы нашли в Азербайджане. Он бывший майорМинистерства национальной безопасности. Как я вам сообщил, его семья погибла вовремя террористического акта, а сам он был тяжело ранен.

– Как вы на него вышли?

– Он проходил стажировку в Германии в рамках программысотрудничества с НАТО. У него были лучшие показатели. Просто феноменальныерезультаты.

– А потом он получил тяжелое ранение?

– Четыре месяца в коме.

– И вы хотите использовать такого человека? Он вообщеспособен мыслить после случившегося или хотя бы ходить?

– Прошло два с лишним года. Он практически восстановился. Унас есть его последние энцефалограммы и компьютерная томограмма головы.

– Сумели найти в Баку?

– Да, сделали копии. Врачи считают, что он вполневосстановился. И здесь имеется один очень важный момент. После перенесеннойкомы и серьезного ранения его практически невозможно проверить на детекторелжи. Слишком искаженные показатели. Понимаете, что это означает?

– Они не смогут его проверить, – сказал Эйссинджер.

– Вот именно. Почти идеальный кандидат.

– Если не считать его прошлого. Его могут убить только зато, что он раньше служил в органах государственной безопасности.

– Азербайджан – мусульманское государство, – возразилРассел.

– Азербайджан – светское государство, – парировалЭйссинджер, – и наши противники хорошо об этом знают. Это большой минус. Непонимаю, как вы решились использовать такого кандидата, тем более в качестве«зрячего».

– Он курд по национальности, – напомнил Рассел. – И есть ещеодин очень важный фактор. В свое время у Курдской рабочей партии были оченьнеплохие контакты с органами безопасности Азербайджана. Более того, сама партиясоздавалась при помощи советского КГБ, и у них были плотные контакты. Ведьвозможность сепаратистского движения на востоке страны являлось очень серьезнойугрозой для Турции. И Советский Союз всегда использовал эти возможности.

– Мне кажется, что этот вариант весьма спорный, – продолжалсомневаться Эйссинджер, – слишком опасный кандидат. При любой оплошности, дажесамой небольшой, он выбывает сразу. И его компьютерная томограмма просто никомуне понадобится.

– Мы решили задействовать и этот вариант, – сказал Рассел. –Наши аналитики считают, что у этого кандидата есть небольшие шансы напрохождение проверки и внедрение. Примерно тридцать – тридцать пять процентов.

– А у первого?

– Семьдесят процентов.

– Вот видите. А ваш третий кандидат?

– Пятьдесят – пятьдесят пять процентов.

– Я вам сразу сказал, что ваш второй кандидат мне не оченьнравится. Я бы поставил на третьего.

– А я – на первого.

– В любом случае три наших кандидата пойдут каждый своимпутем. И мы должны надеяться, что хотя бы один из них сумеет внедриться туда,где нам так необходимо иметь своих агентов.

– Кроме этих троих мы будем использовать и нашу остальнуюагентуру, но рассчитывая на эту тройку! – сообщил Рассел.

– Способы связи продумали?

– В каждом случае это будет индивидуальный вариант, –ответил Рассел, – сейчас мы уточняем все детали. Но каждая группа будет вестисвоего кандидата, не зная о других, чтобы исключить возможность любой утечкиинформации.