Ищи, кому выгодно - Инна Бачинская

– Ну… немножко, – ответил Савелий, который пил исключительно за компанию, не получая от этого ни малейшего удовольствия.

– Ага, киряем, значит! – раздался у них над головами громкий голос капитана Астахова. – Союз пьющей творческой интеллигенции!

– Коля! – обрадовался Савелий. – А мы тебя ждем!

– Ага, вижу, заждались! – Капитан упал на свободный стул. – Что новенького в мире науки?

– Федор пишет статью в журнал, – сообщил Савелий.

– Насчет смысла жизни? Лучшие умы работают, а смысла все нет?

– Смысл меняется в каждую историческую эпоху, – парировал Федор.

– Фигня! Смысл жизни не меняется и в каждую историческую эпоху один и тот же! – заявил капитан.

– Интересно послушать.

– Слушай, не жалко. Наши предки сидели в пещере, каждый проталкивался поближе к огню и старался урвать кусок мяса побольше, причем из горла́ соплеменника. Через пару тысяч лет – спал и видел, как заиметь побольше рабов, обобрать соседа, завалить чужую бабу и…

– Завести прогулочную галеру, – подсказал Савелий.

– Именно. А сейчас – бабки, крутая тачка, счет за кордоном. Мораль, нравственность… Не смешите! И что изменилось, а, философ?

Федор загадочно молчал, улыбался.

– Ну! – подтолкнул его капитан.

– А куда девать в раскладе того неандертальца, который нарисовал бизона? – спросил Федор. – Сообразил, где взять цветную глину, не поленился, принес в пещеру и нарисовал? Я почему-то уверен, что он не толкался локтями и не вырывал из горла.

– Не факт, может, толкался. А с другой стороны, извращенцев всегда хватало, – сказал капитан. – Известный вам Ломброзо считал, что все гении – психи. Потому и не толкаются. У них другие задачи по жизни. Хотя, по мне, лучше бы толкались, а то никогда не знаешь, что выкинут.

– Многие нормальные тоже не толкаются, – заметил Савелий.

Капитан и Федор рассмеялись.

– Наш Савелий не толкается, – сказал Федор. – Я тоже не толкаюсь. И мы не психи. Психи не мы. Да и ты, капитан, не шибко толкаешься, хоть и не псих. И не гений. Или гений? Как по-твоему, Савелий, наш капитан гений или не гений?

Савелий замялся на миг и сказал:

– В своем роде, я думаю.

– Так я и знал! – иронически пробурчал капитан. – Вместо серьезной философской дискуссии – идиотские приколы.

Федор разлил коньяк, взглянул вопросительно.

– За гениев! – сказал Савелий.

Капитан скривился, но возражать не стал. Выпили.

– А что на местном криминальном фронте? – спросил Федор, закусив долькой лимона.

– Ничего хорошего, – с горечью ответил капитан.

– Кто? – спросил Федор.

– Таксист. Второе убийство за последние полгода. Они собираются бастовать и требовать разрешения на ношение оружия, и я их понимаю. Опасная профессия.

– Что-то уже есть?

– Да почти ничего. Зовут Егор Кириллович Овручев… Вернее, звали, был застрелен двадцатого августа. Высадил пассажира на Стрелецкой сорок шесть, принял заказ от диспетчера на Пятницкую тринадцать и… схлопотал пулю. Дело было вечером, примерно в десять двадцать две. Стреляли через открытое окно, со стороны пассажирского сиденья. Возможно, убийца подошел к машине, таксист принял его за клиента, опустил окно и получил пулю. Свидетелей нет.

– А пассажир, которого он вез?

– Ничего. Старик лет семидесяти, возвращался со дня рождения, выпил… Сами понимаете. Ничего не слышал, ничего не видел. Туговат на ухо, мне пришлось кричать. Соседи тоже ничего не слышали – все под зомбоящиком, а там боевики с перестрелками, не поймешь, где стреляют. Прохожие, возможно, были, но мы их не выявили. Допускаю, что ствол с глушителем, хотя не факт. Женщина с первого этажа говорит, что курила на балконе… Балкон выходит во двор, и видела, как кто-то бежал через двор примерно в это время. В черной одежде, в кроссовках, видимо, так как передвигался бесшумно. Таким образом, у нас в руках суперважная информация о том, что убийца, если это был он, прекрасно ориентировался в темноте в чужом дворе. Ружья у него она не заметила.

– Ружья? – переспросил Савелий.

– Капитан шутит, Савелий. Убийца использовал пистолет, скорее всего. Что насчет гильзы? Забрал?

– Нет, гильзу нашли. Он не сумел ее найти, было темно, она закатилась под переднее колесо. Или не захотел. Пистолет девятого калибра, нигде не зарегистрирован; гильза производства Швейцарии. Раньше этого добра крутилось много, кое-что осталось. Да и сейчас… Он только высадил пассажира, не успел снять машину с ручника, как появился убийца. Обнаружили его девчонки – увидели с другой стороны улицы такси и бросились через дорогу ловить…

– А тот, первый таксист тоже был застрелен?

– Нет, его ударили по голове. Там ясно – типичное ограбление. А здесь ничего не взято, убийца стрелял снаружи, к дверце, скорее всего, не прикасался. Выстрелил и сразу убежал.

– А что за человек убитый?

– Как я уже сказал, его звали Егор Кириллович Овручев, работал водителем восемь лет, последние три года в такси-сервисе «Орион». Сорок пять лет, характер нордический, крутой. Были конфликты на работе и с пассажирами. Одного он выкинул из машины и ударил. Мы его нашли – учитель ботаники и зоологии, настояший ботаник в очках – у него алиби… Да ему и алиби не надо – не тот типаж. Помнит он этого водителя, у них был конфликт: в дороге он два раза менял пункт назначения, а водитель сказал, чтобы не морочил голову, а он возразил, что имеет право, а тот сказал, что тоже имеет право и выкинул ботаника из машины и, кроме того, ударил кулаком по спине.

– Нервный, однако.

– Нервный. С коллегами тоже были разборки, но это вроде дело внутреннее и семейное. Таких, чтобы доходило до смертоубийства, не было.

– Семья?

– Женат, детей нет. Супруга работает барменшей в «Манхэттене», кто не в курсе – это такой крутой джазовый бар в американском стиле, с ковбоями. Она в костюме ковбоя… то есть ковбойши, за стойкой, в тот вечер была на смене – с восьми вечера до трех утра, никуда не отлучалась. Говорит, мужу звонила в половине десятого – узнать, как жизнь и вообще. Получается, примерно за час до убийства. Врагов у жертвы не было, во всяком случае, таких врагов.

– Может, убийца просто не успел ограбить? – предположил Савелий. – Его могли спугнуть. Потому и гильзу не поднял.

– Трезво мыслишь, Савелий. – Капитан скользнул взглядом по недопитой рюмке друга. – Может.

– Что за человек жена? – спросил Федор.

– Жена как жена… Барменша, одним словом. Зовут Светлана. Крупная, здоровая, привыкшая к пьяным приставаниям клиентов, умеет дать отпор. Как вы понимаете, не воспитательница в яслях.