Желание женщины закон, или Из пропасти в бездну - Алена Винтер

– Давай встретимся.

– Когда?

– Прямо сейчас. Насколько я понимаю, ты находишься возле дома своих родителей?

– Правильно, – улыбнулась в трубку Полина.

– Тогда слушай, – быстро сказал Сева. – Недалеко от тебя есть неплохое местечко, – он назвал адрес. – Встретимся там через двадцать минут. Я уже в пути.

Полина села в машину и с удивлением посмотрела перед собой, потом включила фары и выехала со двора. По дороге она только и думала о странной просьбе Севы увидеться немедленно. Их не связывали теплые отношения, правда, и вражды между ними не было. Полина всегда держала Уварова на расстоянии, помня, что когда-то у них была интрижка, которая быстро закончилась. Она не чувствовала себя уязвленной, оттого что Сева променял ее на Катю, так как сама неоднократно изменяла и прибегала к его услугам, лишь когда на горизонте не было никого подходящего. Впрочем, он не возражал выступать в роли «скорой помощи» и никогда не отказывался провести несколько часов в ее постели.

Сейчас Полина не могла вспомнить, почему не видела в Севе достойного «жениха». Тогда, почти десять лет назад, он был весьма хорош собой: светловолосый, светлоглазый, веселый и дерзкий. Сейчас внешность Уварова испортилась, некогда стройная фигура отяжелела, взгляд потух, а неудержимую веселость сменила грустная ирония. Лишь былая вспыльчивость иногда проявлялась в ссорах с женой. Но в целом они с Катей были хорошей парой, имели общие интересы и любили друг друга. Зато Сергей Дмитриевич не слишком жаловал мужа младшей дочери, называя его жалким выскочкой и нуворишем. Сева стопроцентно подтверждал эту характеристику, являясь первосортным мошенником и одновременно прекрасным бизнесменом.

Некогда голодранец, теперь он был владельцем процветающей строительной фирмы, прямого конкурента компании Сергея Дмитриевича. До сих пор оставалось тайной, где он взял деньги, чтобы выкупить погибающее предприятие и заставить его приносить доход. Катя, смеясь, говорила, что Сева не расскажет о своей тайне даже под страхом смерти, но Полине было не до шуток. Она понимала, что честно заработать миллионы в столь юном возрасте возможно только в том случае, если ты Билл Гейтс[8]или Марк Цукерберг[9]. Однако Сева не был ни тем, ни другим, и все же свой первый миллион он заработал в двадцать пять, правда, как именно, никто не знал.

В общем, Полина была заинтригована предстоящей встречей и с нетерпением поглядывала на вход, ожидая появления загадочного и хитрого Всеволода, но эта акула задерживалась. Незаметно для себя Полина отвлеклась на разглядывание интерьера и публики. Внутреннее убранство было стильным. Разноцветные диваны и кресла, замысловатые узоры на стенах, окна во всю стену, приятная музыка и, разумеется, живые цветы на столах. Публика выглядела такой же «причесанной», как и общая атмосфера, – сплошная молодежь, модная и шумная. Когда появился Сева, Полина уже почти забыла, для чего пришла в это кафе, и наслаждалась весельем, которое окружило ее впервые за долгие дни.

– А ты все хорошеешь, – сказал Сева, с восторгом прикоснувшись к щеке женщины.

– Да и ты… – Полина замялась, ища правильные слова, – очень даже неплох.

В последнюю встречу Уваров произвел на нее жалкое впечатление: измученный работой, помятый, со «спасательным кругом» вокруг талии, ко всему прочему капризный и невыносимо скучный. Сейчас напротив Полины стоял другой человек. Сева постройнел, жирок с живота исчез, глаза сияли, а рот был растянут в широкой улыбке, искренней и счастливой.

– Браво! – хлопнула в ладоши Полина. – Что же тебя так изменило? Не подскажешь эту волшебную формулу? Думаю, мне не помешает ею воспользоваться.

Сева кокетливо поджал губы и покачал головой.

– Тебе и не нужно, – ответил он. – Ты всегда восхитительна.

Неизвестно почему, но Полина смутилась. Не то чтобы ей редко делали комплименты, просто из уст человека, который когда-то был ее любовником, а потом женился на младшей сестре, эти слова прозвучали более чем двусмысленно.

– А ты, Уваров, не потерял сноровку. Двумя словами умеешь заставить почувствовать неловкость.

– Я сказал правду. Ты – прекрасна. – Сева взял Полину за руку, поцеловал запястье и потянул на себя, заставляя подняться с мягкого диванчика. – Богиня!

– Прекрати!

Сева улыбнулся и сделал шаг назад, чтобы лучше рассмотреть Полину. Кажется, она совершенно не изменилась с тех пор, когда он собачонкой бегал за ней, выпрашивая частичку внимания и нежности. Прическа осталась прежней – прямые каштаново-рыжие волосы чуть ниже плеч, темно-серые, в полумраке помещения почти черные глаза, мягкий румянец на слегка округлых щеках, тонкая белая шея, восхитительная грудь и не менее прекрасные, волнующие своим плавным изгибом бедра. На Полине было надето платье ее любимого густого синего цвета, похожего на ночное небо, тонкий шелк чулок обтягивал изящные колени, а ноги украшали сапожки на очень высоком каблуке. Сейчас она была одного роста с Уваровым и смотрела прямо в глаза, удивленная его слишком игривым поведением.

– Присядем? – предложил Сева, и Полина быстро устроилась на диванчике. – Ты уже сделала заказ?

– Ждала тебя. Признаться, я очень голодна.

Сева многозначительно хмыкнул:

– У Никифоровых снова подавали оленину и бальзамический уксус? Поражаюсь гастрономическим вкусам твоего отца и Кати.

– Неудивительно. Они же заядлые охотники, – улыбнулась Полина, взяв в руки меню. – Любят есть то, что подстрелили.

После обмена этими ничего не значащими фразами Полина вдруг поняла, что Сева нервничает, а своим куражом прикрывает боязнь озвучить вслух основную причину встречи.

– Так. – Сева сделал свой выбор, отложил меню на краешек стола и повернулся к официанту. – Суп карри с креветками и теплый салат с перепелками.

– То же самое, – попросила Полина.

– А десерт? – подмигнул Сева. – Мороженое?

– Я не ем сладкое, – ответила Полина, погладила кончиками пальцев подбородок и внимательно посмотрела на Уварова. – Говори.

Сева быстро облизал губы.

– Хочу, чтобы все осталось между нами.

Полина внутренне усмехнулась. Уваров медлит, опасается разглашения, следовательно, беседа предстоит о чем-то глубоко личном и важном.

– Не юли, Сева, – порекомендовала Полина спокойным голосом, каким всегда разговаривала с клиентами, зная, что именно уверенность и мягкость в словах позволяют людям раскрыться до конца, честно рассказав о своих желаниях.

– Сейчас я обращаюсь к тебе не как муж твоей сестры. Представь, что я – клиент компании.

– Хорошо, – согласилась Полина, уже за версту чувствуя подвох.