И буду век ему верна? - Татьяна Полякова

– Что ты за человек, черт возьми? Мужья-придурки,соседи ненормальные, метла эта дурацкая. Что ты из своей жизни балаганустраиваешь?

– Далась тебе эта метла, – канючу я. – Ну амужья, что же теперь, топиться, что ли? Каких бог послал.

– Ты вообще серьезно говорить можешь? – спрашиваетВадим, и я с удивлением замечаю, что он повысил голос.

– Могу, но не буду. Ни к чему мне серьезно говорить,особенно о метлах и мужьях.

– Оставь этот дурацкий тон. Мне кажется, я имею право…

– Наверное, имеешь, – перебиваю я. – А яимею?

– Что?

– Я какие-нибудь права имею? Например, жить, как считаюнужным?

– По-твоему, это нормальная жизнь?

– Само собой. Если тебе необходима светская львица, такты квартирой ошибся, львицы в коммуналках не живут.

– При чем здесь коммуналка?

– Хорошо, поговорим о норме. Для тебя нормально, когдаженщина ждет, с вопросами не лезет, жизнью довольна и чокнутой не выглядит?!.

– Послушай, разве я тебя чем-то обидел? –спрашивает он, сбавляя обороты.

Неожиданно мне становится невыносимо скучно.

– Ладно, – говорю я. – Извини. Я тутглупостей наболтала. Вообще у меня не все дома. Наш роман затянулся. Давайскажем друг другу до свидания.

– Ты это серьезно? – лицо Вадима становитсянеприятным.

– Вполне.

– Что-то я не очень понимаю.

– А чего тут понимать. Уходи.

– Та-ак, – Вадим садится в кресло. – Я немальчик, обиженно в дверь ломиться не буду. Мне интересно тебяпослушать. – Я молчу. – Давай, давай, – требует Вадим.

Дураку ясно, просто так он не уйдет. Я чешу за ухом ипытаюсь прикинуть, как от него избавиться.

– Тебя больно ранило, что я дворник…

– Не болтай чепухи.

– Хорошо. Значит, тот факт, что я об этом умолчала. Нестоило этого делать, согласна. Однако тебя тоже особо разговорчивым неназовешь. Я знаю, что зовут тебя Вадим. Наверное, и фамилия есть?

– Фенька, – перебивает он мои излияния, – аведь мы с тобой ругаемся. Невероятно. – Он садится рядом со мной накорточки, берет мои руки в свои и улыбается. – Ну, чего ты? В самом делехочешь, чтобы я ушел?

– Нет, конечно.

– Слава богу. Предупреждаю сразу: ты от меня неотделаешься. Я тебя люблю. Чокнулся на старости лет.

– Тоже мне старик.

– Ну уж и не юноша. И тебе пора за ум браться, а не сметлой бегать.

– Ты совсем как мой папа говоришь.

– А что он говорит?

– За ум надо браться. Еще, говорит, рожать пора. А топройдет немного времени, и живот мне пойдет как седло корове.

– А что, правильно папа говорит. Можно прямо сейчас совсей серьезностью подойти к этому вопросу.

– Издеваешься? – спрашиваю я.

– И в голове не держу. Повесишь на стенку четвертуюфотографию. Первый муж у нас кто?

– Журналист.

– Ну, вот: журналист, летчик, мент – достойнаякомпания. На стенку рядом с ними не стыдно.

– Смейся, смейся, досмеешься.

Приходит пятница, мы едем на дачу Вадима. Именно там, вдвенадцать минут третьего, стоя на балконе и задрав голову к звездному небу, яслышу:

– Фенечка, выходи за меня замуж. Я серьезно.

Через два дня мы скромно расписываемся при двух свидетелях:моей подруге Светке и приятеле Вадима по имени Павел. Своих родителей я решаюизвестить позже. Церемония завершается обедом на четверых в ресторане, а ужевечером мы отправляемся в свадебное путешествие. Жизнь представляется мнепраздником, который будет длиться вечно…

– Фенька! – услышав свое имя, я вздрогнула отнеожиданности. Из-за калитки на меня с недоумением смотрела соседка. – Тычего сидишь как истукан?

– Пейзажем любуюсь, – ответила я, с трудомподнимаясь с насиженного места. Сколько прошло времени? Должно быть, немало.Солнце успело переместиться за крышу дома и спряталось в облаках. – Дождьтак и не начался, – буркнула я и поспешила скрыться в доме, махнув теткерукой на прощание.

На кухне я долго шарила в шкафах в поисках сигарет. Делозряшное, Юлька давно и безуспешно пытается отучить меня от дурных привычек. Япотерла виски, силясь унять внезапную боль, прошлепала в ванную и встала поддуш. Холодная вода стекала по затылку, не избавляя ни от головной боли, ни отмыслей о прошлом. Поняв всю тщетность своих усилий, я растерлась полотенцем,вышла из ванной, быстро оделась и написала Юльке записку: «Задание выполнила.Постарайся не беспокоить меня в ближайшие пару дней». В своем роде я уникум, уменя нет мобильного телефона. Разные люди дарили мне мобильные, но они черезнекоторое время куда-то исчезали. В конце концов я решила, что судьба против ия обойдусь без него.

От Юлькиной дачи до остановки маршрутки всего-то сотняметров, я как раз успела к отправлению одной из них. Устроилась возле окна,гоня прочь воспоминания и отлично понимая всю бессмысленность этих попыток.Через сорок минут я вышла неподалеку от своего дома. Квартира встретила менягулкой тишиной, я отыскала сигареты в ящике стола, вышла на балкон, закурила и,откинувшись на спинку пластикового стула, закрыла глаза…

Дня за два до возвращения домой из свадебного путешествиякто-то позвонил Вадиму. После этого разговора моего мужа точно подменили. Хотьон и силится выглядеть веселым, однако сквозь неизменную улыбку отчетливопроступает озабоченность. Как примерная жена я не могу не обратить на этовнимание.

– Что случилось? – спрашиваю я и получаю ответ:

– Все нормально.

– Может, поменяем билеты и вернемся раньше? –милостиво предлагаю я.

– Что ты, Фенечка, дела подождут.

Я пытаюсь расспросить его о делах, Вадим отвечает неохотно ивесьма расплывчато. Впервые за все время меня посещает здравая мысль: а чем,собственно, занимается мой муж? Само собой, я помню, что он преуспевающийбизнесмен, вот только в какой области он преуспел? Мои настойчивые вопросывызывают у него недоумение.