Братки - не значит братья - Владимир Колычев

– В чужой огород неудачно зашел, – усмехнулся Саня.

– Из ружья подстрелили?

– Из ружья.

– А лицо чего разбито?

– Упал.

– Что, парашют не раскрылся? – Парень многозначительно посмотрел на его обнаженное плечо. Эмблема ВДВ там и девиз – «Никто, кроме нас».

– Да нет, парашют раскрывался…

– Где служил?

– Тульская дивизия ВДВ.

– Серьезное дело… В Чечню гоняли?

– Было дело.

– И как там, стреляют?

– Когда как.

– Понятно… Кстати, меня Олегом зовут.

– Саня.

– Боевой ты пацан, Саня… Нога болит?

– Ноет.

– И у меня… Знаешь, я в этой жизни ничего не боюсь. Надо будет, на любое дело пойду. Ну, без парашюта, например, прыгнуть или на красный свет светофора перейти. И боли, в общем-то, не боюсь. Ну, если укол, там, сделать, кровь из пальца взять. Даже на операцию без наркоза лягу, если надо. Но так, чтобы все быстро. А когда долго болит, не могу терпеть. Даже если чуть-чуть болит, места себе не нахожу…

– Я тоже так, – кивнул Саня. – Если зуб начинает болеть, я сразу к врачу иду. Лучше под бормашиной немного посидеть, чем ходить страдать…

– А если врача нет?

– Было и такое. Мы на блокпосте стояли, в горах, а у меня зуб мудрости разболелся. «Чехи» нас тогда со всех сторон обложили, а чтобы к своим пробиться, колонна с танками нужна. Или вертолет…

– А танков нет, и погода нелетная, да? – подхватил Олег.

– Что-то вроде того.

– И зуб тебе плоскогубцами вырвали?

– Ты откуда знаешь?

– Классика жанра. Плавали – знаем. Мне тоже так вырывали. Только танков там не было и вертолетов тоже. Автоматы были. Но по ту сторону колючки. У часовых на вышках…

– Сидел?

– Ошибки молодости.

– Бывает.

В дверь постучали. В палату ввалились крепкие на вид ребята с короткими стрижками.

– Захар, братуха! – прогрохотал один с широким, как у негра, носом и узкими, как у казаха, глазами.

– Как твое ничего? – так же громко и нахраписто спросил другой, такой же габаритный, но с большими навыкате глазами.

– Ничего! – ответил Олег. И засмеялся, реагируя на этот каламбур.

Смех искренний, но почему-то не очень веселый. Как будто какая-то заноза сидела у него в голове, не позволяя расслабиться.

– А ты чего, не один здесь? – покосился на Саню широконосый.

– Ну, куда привезли, – развел руками Олег.

– Беспредел! Ничего, я с лепилой поговорю, отдельную палату организую. А то как не родной…

– Да не надо отдельную палату. Тут хоть сосед, с ним поболтать можно. Саня пацан боевой, из Чечни только что…

– Из Чечни? А у нас что, госпиталь здесь? – озадаченно спросил пучеглазый.

– Да Саня в чужой огород неудачно зашел. Там его и подстрелили. Наверное, по бабам шарился, да, Саня?

– Ну, в общем, да, из-за бабы.

– Пацан из Чечни вернулся, голодный, вот его и занесло на повороте…

– Я не знаю, что там за поворот, – в раздумье покачал головой широконосый. – Только тут через ментов инфа прошла: Михей кого-то в своем огороде подстрелил. А этот «кто-то» к ментам попал… Ты это был? – пристально посмотрел на Саню парень.

– Да нет, не я! – растерянно мотнул головой тот.

– Да ты не крути башкой! – внимательно смотрел на него Олег. – Мы с Михеем дел не имеем. У него своя епархия, у нас – своя. Мы за него спрашивать не будем, отвечаю…

– А врать нам не надо! – нахмурившись, угрожающе проговорил пучеглазый. – Нехорошо врать!

– Ведь мы все узнаем, – в свою очередь миролюбиво сказал Олег.

– Ну да, с Михеем дело было, – сдался Саня.

Он уже понял, с кем имеет дело. Олег оказался бандитом по кличке Захар, и к нему в палату пожаловали его дружки. Но ведь они даже не знали про него. Захар всего лишь сказал им, что произошло с ним, и они догадались, кто стрелял. Потому что разведка у них в банде поставлена хорошо.

Не стал бы Михей действовать столь тонко – человека своего к нему в больницу подсылать под видом раненого, пытаться разговорить Саню, хитростью выпытывать у него правду. Он мог просто прийти сюда и добить его. Какие могут быть церемонии, когда городская милиция куплена с потрохами?

Олег тоже бандит, но, судя по всему, из другой группировки. Михей из банды Боцмана, а Захар, возможно, подчиняется Фирсану. Эти две бригады делят город, а значит, наверняка враждуют между собой.

Лучше бы ни в чем не сознаваться. Но ведь бандиты все равно узнают, и тогда Саня может оказаться меж двух огней. Ему бы от Михея увернуться, а тут еще и Олег со своими дружками может навалиться… Тогда точно конец придет.

– Чего так?

– Он моего брата похитил.

– А говорили, что из-за бабы, – вспомнил широконосый.

– Сначала он жену моего брата похитил. К себе домой увез. А потом и брат куда-то пропал…

– Ну, Михей известный беспредельщик, он все может, – сказал Захар. – Жена твоего брата ему понравилсь, да?

– Нет, тут другое. Брат у меня сельским хозяйством занимался, а Михей на него наехал…

– Я все понял, парень, – перебил его Захар. – Ты мне потом все расскажешь. Мне с пацанами поговорить надо…

– Да нет, пусть рассказывает. А я пока к лепиле схожу. Надо с отдельной палатой порешать. Михей, в натуре, отмороженный. Если у него рамсы с этим пацаном, – широконосый недовольно глянул на Саню, – он ведь за ним и сюда прийти может. Как бы ты, Захар, под раздачу не попал…

– Да, попасть можно конкретно, – кивнул пучеглазый.

– Нет, – не согласился Захар. – Михей меня знает. Если он меня тронет, может война начаться. Боцман ему башку за это оторвет…

– Михей тебя знает. А если он зашлет кого-нибудь, кто тебя не знает? Решат с тобой, как со свидетелем, и вечная тебе память. Оно тебе надо?

Саня прекрасно понимал, о чем говорят бандиты. Они вторили его собственным мыслям. Михей мог прийти за ним, чтобы убить… Но братки переживали за своего дружка, а Саня их нисколько не волновал. Потому что он чужой…

Захар думал недолго.

– Нет, не надо. Мне своих проблем хватает…

Широконосый ушел, а он хмуро посмотрел на Саню.

– Давай рассказывай, что у тебя за рамсы с Михеем.

– А чего тут рассказывать? Михей сказал, что его люди за деньгами прибудут, приехали же другие, и Паша им деньги отдал. Михей появляется, а денег уже нет. Тогда он Ларису забрал и сказал: когда деньги будут, тогда девушку вернет.