Жизнь за бессмертие - Борис Бабкин

— Да ты по-русски говори, морда уголовная! — крикнула Танька. Зина и Илья напряженно смотрели на Никиту.

— Им чужого ребенка принесли, — опустил голову Никита. — Ну Белов и сорвался. В общем, у них на нарах он…

— И что теперь? — глухо спросил Илья.

— А эти-то куда делись? — заплакала Таня.

Москва

— А не зря мы это делаем? — тихо спросила Женя. — Вдруг Леша не у…

— У него он! — уверенно заявил Вениамин. — Ты же говорила по телефону с этой Жаклин. Так что лучше отдать, и все. Иначе Лешку просто…

— Хватит тебе, — сердито буркнула Женя.

— А ты забыла, что эта парочка говорила? — сурово напомнил Вениамин. — Мы отдаем алмазы, они звонят человеку, вроде как хозяину, на наш счет переводят три миллиона долларов и через сутки привозят Лешу. А если нет, — пробормотал он, — тогда я беру визу, еду в США и убиваю полковника Дональда Грейси. И, клянусь тобой и нашим будущим ребенком, убью всю его семью.

Женя испуганно смотрела на мужа. Она никогда не видела таких глаз у Вениамина. Обычно тихий, никогда не повышающий голоса Веня был не похож на себя. В его глазах она впервые за все время, которое знала его, увидела ярость. Не кратковременную, а устойчивую ненависть к конкретному человеку.

— Может, позвоним Жаклин? — нерешительно предложила она.

— Нет, — вздохнул он. — Ты знаешь, что появилось окончание легенды? — тихо спросил он. — И я как-то связываю это со всем, что произошло в России. Начнем со стрелка с водонапорной башни. Его никто не видел, а он занял позицию именно ту, которая позволила вести огонь во всех направлениях. И он стрелял только по тем, кто мог приехать к тебе. И покончил с собой. Откуда он знал, где мы живем, и как он выбрал для стрельбы именно эту башню?

— Не знаю, — удивленно посмотрела она ему в глаза. — Но…

— Вспомни приезд Жаклин, — перебил ее Веня. — С ней были еще двое. Водителя мы видели, а второго — нет. И мальчишки говорили, что видели на башне какого-то мужика. Я вспомнил все это сейчас и просто уверен, что за всем этим стоит Жаклин. И делает она это не с полковником, а сама по себе.

— Перестань! — усмехнулась Женя. — Неужели ты думаешь, что Жаклин такая расчетливая и холодная хищница и сумела все это организовать так, что ее муж не знает? Это просто бред, Венька! — уверенно заявила она. — И при чем тут окончание легенды?

— Может, я и ошибаюсь, — вздохнул он, — но слишком много совпадений. Сначала эти гости, затем стрельба, похищение сына Беловых, его подмена, и ни одного звонка от Жаклин. Раньше она звонила.

— Она, конечно, знает, что сделал ее муж, и поэтому молчит. Зачем ей говорить с нами? — вздохнула она. — Мы пусть невольно, но сделаем ее соучастницей всего. Я считаю, что ты не прав…

— Хорошо, — кивнул он. — Но как ты пояснишь приезд этих двоих? Они нашли наш дом и обратились к тебе по имени, да и ко мне тоже. И потом, они знали, где что находится. Помнишь, эта дамочка пошла в туалет? Просто сказала нам и пошла. А не спросила где. А ведь у нас она была в первый раз. Получается, они все знают о нашем доме. А вспомни…

— Хватит, Венька, — сердито остановила его жена. — Сейчас главное — чтобы с Лешей все было хорошо. И если мы сделали неправильно, что уехали и ничего не сказали…

— Никита с Ильей обязательно поехали бы с нами, — не дал продолжить ей Веня.

— Они в банке, — усмехнувшись, сказал в телефон рослый молодой мужчина. — В ячейке алмаз. Второй при них. Но мы не ускоряем события и делаем все, как приказали вы.

— Господи!.. — вздохнула Елена. — Ну что с тобой, Чижик ты мой? Все будет хорошо. Я просто уверена в этом.

— Серегу расстреляют! — Чижиков налил в стакан водки. — Он ударил полицейских в чужой стране. И мало того, троих изуродовал. А Лида просто сойдет с ума…

— Сейчас в Европе не расстреливают, — напомнила Лена. — И к тому же Демин говорил…

— Демин — дипломат, — выпив полстакана и, закусывая свежим огурцом, отмахнулся Чижиков. — В общем, пока я пью, я дома. А перестану, поеду в Штаты, найду этого полковника и, если не успею убить, хотя бы в морду плюну. Ведь он все это начал и останется безнаказанным. Белова многие преследовали и…

— И кому ты лучше сделаешь? — перебила его она. — Мне или нашему сыну?

— Знаешь, Ленка… — он снова налил водки. — Сам не знаю, что плету, но просто боюсь протрезветь. Тогда я точно что-то отчебучу. Белов не был мне другом, просто так получилось, что наши пути сошлись, и я, например, готов ради него на все. И это не бред пьяного, — качнул он головой. — Я и пью для того, чтобы не наворочать непоправимых глупостей. У меня отпуск, так что на работе все правильно. Кстати, нашли убитого таксиста, который этих двоих до Capатовской области довез. Он жене, оказывается, звонил… И ребенок, который погиб, оказался сиротой из Брюсселя. Семейная пара вроде как с ребенком въехала, а вывезли уже Лешку Белова. Кто-то у нас в России этим занимается, — кивнул он и снова взял бутылку.

— Вот и найди его! — воскликнула Лена.

Чижиков посмотрел на жену.

— И найду, — помолчав, кивнул он. Взяв бутылку, подошел к умывальнику и вылил остатки. Туда же вылил две бутылки пива. — Я спать пойду, — посмотрел он на жену. — Потом холодный душ приму, и буду искать этого Сироту, кличка у этого деятеля такая. И найду! — Он, пошатываясь, пошел в спальню.

— Но мы же договорились, — явно волнуясь, с небольшим акцентом заговорил рослый.

— Вы не совсем правильно нас поняли, — спокойно ответила Евгения. — Если мы услышим от полковника Грейси, что ребенок будет возвращен в Москву и он назовет время, мы отдадим вам камушки. А иначе вы не получите ничего…

— Но на указанный вами счет завтра придут деньги, — торопливо напомнил он.

— Вы получите камушки после разговора с полковником Грейси, — тем же тоном заявила Женя.

— Что делать? — по-английски спросил крепкую симпатичную молодую женщину в брючном костюме рослый.

— А разговор с его женой вас не устроит? — спросила по-русски та.

— Извините, — вздохнула Женя, — но мне нужны слова руководителя этой операции. А им, насколько я поняла, является полковник Грейси. Жаклин — хорошая женщина, мы встречались, но если полковник скажет «нет», она ничего сделать не сможет.

— Хорошо, — кивнула американка, — я поговорю с полковником.

Она отошла в сторону. Американец, играя желваками, достал сигарету.

— Были бы мы не в городе, — процедил он, — я бы вас…

— Именно поэтому мы и будем вести переговоры тут, — по-английски перебил его Веня. — Здесь банк, а в банках, как вам известно, есть вооруженная охрана. Кроме того, напротив, если вы видите, отдел полиции. Поверьте, уважаемый, достаточно громкого женского крика «помогите» — и вас задержат. А у вас за поясом пистолет, у вашей спутницы в сумочке тоже оружие. Поэтому вы понимаете, что с вами будет. Впрочем, это только цветочки! — засмеялся он. — А вот полковник Грейси — это гораздо опаснее, не так ли?.. Представьте, что он с вами сделает, если камушки не окажутся у него. Он платит деньги, но у него находится сын наших друзей, и значит, он похитил ребенка, а киднепинг во всех странах считается серьезным преступлением. Поэтому я буду говорить только с полковником Дональдом Грейси.