Ритуал последней брачной ночи - Виктория Платова

Я тотчас же вспомнила мятую упаковку в ведре со стружками.

— …А наверху, на втором этаже, Алика уже вовсюсимулировала страсть с Виолончелистом. А внизу, на кухне, уже был приоткрытящик с ножами. И Слепая поступила так, как и предполагала ее самая близкаяподруга Алика. Она совсем обезумела от ревности. И она взяла нож. Но не накухне, а в мастерской, где Красавчик обычно хранил не такие уж важные образцыдля экспертизы. Вот этот нож…

И Рейно эффектным жестом бросил ваджру на стол передФилиппом. Филипп смотрел на нож не мигая.

— Незадолго до этого один господин, для которогоКрасавчик уже провел несколько экспертиз, предложил сделать ему еще одну. Этотот самый нож. И жена Красавчика взяла именно его. И поднялась, наверх. Иприблизилась к кровати. И вот тут-то и произошла роковая случайность. И всеиз-за Виолончелиста. В самый последний момент он перевернул Алику, бросил насебя…в порыве страсти, иначе и быть не могло. И нож, который предназначалсяему, принял затылок Алики. Жена Красавчика убила сестру Красавчика. Вюриспруденции это классифицируется как убийство в состоянии аффекта…

Филипп поднял глаза на Рейно, своего палача. Его идеальноелицо рассыпалось в прах, оно моментально постарело и стало вдруг такимобнаженным, таким яростным, таким отчаянным, что я едва не задохнулась. Еслибожество когда-нибудь и являло свой лик миру, то этот лик был именно таким.

— Киви… Значит, с Аллой был Киви… Боже мой… — Филиппраскачивался из стороны в сторону. — Нет… Зачем вы делаете из неекровожадную убийцу… Яночка неж-нейшее существо…

— Да ладно вам, Филипп… — Рейно сочувственно посмотрелна Кодрина. — Она уже несколько раз бросалась на вас с ножом. Я наводилсправки.

Вот тут Филипп не выдержал. Его рот исказился, и он заорал —самым страшным шепотом, который только можно себе представить:

— Это ложь. Все, что вы сейчас рассказали, —чудо-вищная ложь! Вы ответите за это! Я… я привлеку вас к суду… Я…

Теперь сочувствию Рейно не было предела.

— Я был у вашей жены, Филипп. У самой двери она приняламеня за вас. На какую-то долю секунды. Запах. Я сказал ей не так уж много.Всего лишь несколько слов. И она не стала отпираться. Если честно, я думаю, чтоваша жена всего лишь жертва… Всего лишь жертва, Филипп…

Но Филипп уже не слушал Рейно. Он поднялся, опрокинул бокали побрел прочь из бара. Глядя на его сгорбившуюся спину, я заплакала.

— А музыкант? — Андрону Чулаки не хотелось тратитьвремя на сантименты. — Его она тоже убила?

— Нет. Музыкант остался жив. В тот раз. Теперь я могуназвать его имя.

— Тот самый. Которого тюкнули на прошлой неделе, —бармен хитро прищурился. — Олев Киви.

— Верно.

— Так что было дальше? — спросила я.

Если бы наши с барменом глаза стреляли, Рейно уже давно быупал, изрешеченный пулями. Один Аурэл невозмутимо попивал коньяк.

— Нож. Все дело в ноже. Когда Филипп брал его наэкспертизу, ни о каком камне и речи не было. Но когда его лезвие вошло взатылок Аллы… Вы уже знакомы с механизмом, Варвара. Думаю, после того, каксмертельный удар был нанесен, Яна Сошальская на какое-то время потеряласознание. И Олев Киви остался один на один с трупом, женщиной без чувств икамнем. Он всю жизнь занимался камнями. И понял, что алмаз в рукояти стоитбаснословных денег.

— И? — синхронно спросили мы с Андроном.

— Он решил взять этот алмаз. Точнее — скрыться с ним сместа преступления. Он безумно любил жену, но камни… Камни имели над ниммистическую власть. И если жену уже не вернешь, то камень… Камень можноприсвоить.

— Гад! — выдохнула я, совсем забыв, что несколькодней назад сделала то же самое.

— Ну… Варвара! — осадил меня Рейно. — Кто быговорил! И потом, думаю, что Олев действовал тоже в состоянии аффекта. Ему непонадобилось много времени, чтобы стереть отпечатки и уничтожить следы своегопребывания в доме…

— Ничего себе аффект!..

— И выбраться оттуда. И уехать в Москву. Конечно, онмог остаться, он мог скрутить слепую убийцу, вызвать милицию… Но тогда можнобыло смело распроститься с алмазом. А этого Олев сделать не мог. Это было вышеего сил. И он уехал. Оставил все как есть.

— А Слепая? — спросил Андрон.

— Она пришла в себя, когда в доме появился Игорь.Любовник Аллы. Он видел Олева, покидающего дом. И понял, что произошел сбой впрограмме. Но какой именно — понял лишь тогда, когда поднялся наверх. Ивыслушал путаные объяснения обезумевшей слепой женщины. Мотором всей операции,ее мозговым центром, была Алла. Без Аллы Игорь оказался беспомощным. Он незнал, что делать. Но он единственный знал, кто именно был с Аллой на даче.Игорь отвез Яну в город, потом приехал Филипп. Яна все рассказала ему. И посленебольшого совещания все трое решили, что сделанного не поправить. И что можнопопытаться спасти хотя бы Яну.

— И любовник Аллы пошел на это? — Снова и снова яубеждалась в мужском вероломстве.

— Ничего другого ему не оставалось, — сказалРейно. — Он боялся, что если начнут копать, то случайно может всплыть нетолько его многолетняя связь с Аллой Кодриной, но и та операция, которую онизадумали. Скорее всего все трое заключили нечто вроде соглашения. Ни Филипп, ниЯна нигде не упоминают имени Игоря. А тот, в свою очередь, молчит о происшедшемна даче.

— Хорошая история. И хорошее убийство, — бросилбармен, до этого с вожделением слушавший мудреца Рейно. — Но прошлогоднее.А прошлогодние убийства интересны так же, как и прошлогодний снег. И не даютникакого намека на то, кто убил Виолончелиста. Бывший любовник жены, что ли?

— Игорь Пестерев, — уточнил Рейно. — ИгорьПестерев и есть убийца.

— Так я и знала! — выдохнула я.

— …но не Виолончелиста.

— Как — не виолончелиста?

— А так. Игорь действительно убил. Но убил вашего м…м…приятеля.

— Стаса?!

— Да, Стаса. Причем я думаю, что это тоже былослучайное убийство. Мы знаем, что только Игорь знал, кто находился на даче сАллой. И знал о гигантском состоянии Олева. Но операция «получи наследство»сорвалась, Игорь потерял любовницу и остался один. На хитроумные комбинации онспособен не был и поэтому решился только на шантаж. Он справедливо полагал, чтоскрывшийся с места преступления Олев Киви может отстегнуть ему некоторую суммуза молчание. Это было куда перспективнее, чем шантажировать безлошадныхКодриных. Он только ждал появления Киви в России. И когда узнал, что тотприезжает, попросил Стаса Дремова аккуратно прощупать Олева.

— Что за бред вы несете? — прикрикнула я наРейно. — Откуда какой-то охранник мог знать Стаса?

— Разве я еще не успел вам сказать? — эстонецобворожительно улыбнулся. — Охранная фирма «Локис», в которой работаетПестерев, заключила договор на охрану с «Ладога Trade Company».