Хрустальная ловушка - Виктория Платова

Зрелище уже стоящей на пьедестале, уже мертвой Инки былотаким страшным, что Ольга на секунду потеряла сознание. Но только на секунду.

Сдавленный хрип, раздававшийся из угла пещеры, привел ее вчувство.

На каменных плитах катались двое. Иона и парень, которогоона уже видела однажды, в первый вечер, в снегу у бара.

Квадратный, плохо выбритый подбородок, и собака рядом с ним.Тогда его окликнули по имени.

Юрик.

Да, Юрик. Его звали Юрик, и он был одним из горноспасателей.

А теперь они с Ионой дрались, душили, медленно — илибыстро? — убивая друг друга. Они убивали друг друга.

Убивали.

Человек по имени Юрик был гораздо тяжелее Ионы, Иона слабел,но все еще сопротивлялся.

Его сдавленный голос окончательно привел Ольгу в чувство.

— Ольга! Уходи! Беги отсюда…

Боже мой, бежать, когда Ионе угрожает опасность?..

Положение Ионы стало совсем незавидным: Юрик подмял его подсебя и теперь давил коленом на шею. Еще секунда, и…

Решение пришло внезапно: спустя мгновение она оказаласьвозле установки, похожей на маленькую пушку, и повернула ее железный хобот, поддавлением изрыгающий ледяной поток, в сторону тупого затылка Юрика. Его сразуже отбросило от Ионы, а черные волосы покрылись ледяной коркой. Должно быть, онпотерял сознание. Этого хватило, чтобы Иона выскользнул из-под оседающего телаЮрика, расстегнул куртку и вырвал из комбинезона ремень. Он набросил его наруки Юрика, подтянул их к ногам и крепко затянул. Спустя минуту Юрик уже лежалсвязанным, с выгнутым, как в приступе эпилепсии, телом.

Тяжело дыша. Иона отполз от Юрика и привалился к скале.

— Выключи… Выключи его, пожалуйста, — попросил онОльгу, обессиленным подбородком указывая на пушку.

— Я не знаю… Не знаю как. — Ольга упала рядом сИоной, все еще не в состоянии оторвать взгляд от Инки.

— Уходи отсюда… Тебе не нужно здесь оставаться… Пещерасуществует, и теперь мы знаем, кто ее хозяин… Нужно сообщить на базу… Нужносообщить Звягинцеву… Уходи.

— Нет… Нет. Это Инка. Он убил Инку.

— Я не знал… Я обнаружил ее только вчера днем… Все этовремя я искал. Я знал, что ты говоришь правду… Слишком много ненайденных. ИВася… Вася показал мне то, чем он убивал… Но я даже предположить не мог, ядумал, это его детективные игрушки… Вмонтировать нож в лыжную палку…

— Его я тоже убил этим, — раздался хриплый голос,так же исполненный льда, как и все вокруг. — Жаль, что я не застукал тебявместе с ним, Иона. Иначе ты тоже сейчас валялся бы под снегом на трассе дляслалома. Как он. Там я его спрятал, спрятал и заровнял ратраком, все равнонужно было чистить трассу… И по тебе ездили бы лыжнички . Каждый день и каждыйчас… Написать записку было проще простого…

И все вы поверили в это.

— Я искал все это время… Я нашел тольковчера…'Маленький лаз, маленькая обитаемая пещера…

— Ты не дал мне довести дело до конца, —наконец-то Юрик позволил так долго тлеющему в нем безумию вырваться на свободу:голос его стал плаксиво-бабьим, в нем зазвучали страстные нотки. — Ты недал, и я убью тебя… Но не так, как их, моих натурщиков… Моих моделей. Это уделизбранных — быть воплощенными на века великим скульптором… Я великий скульптор,а ты не дал довести мне дело до конца… Ты не дал мне закончить композицию, тыне дал мне вылепить для вечности женщину, которую я люблю… Я так долго ждал ее…Так долго искал… Она даже не удивилась, когда умирала, ее лицо было полнолюбви, потому что она не чувствовала, как умирает… Потому что я был в ней…Инесса — самое лучшее имя для модели… Для скульптора, для вечности… Я так долгоприручал ее, а ты не дал мне… Вы ничего не понимаете… Это новое искусство, гдежизнь хранит смерть, а смерть — жизнь… Когда-нибудь вы это поймете, и тогда…

— Замолчите! — не выдержав, закричала Ольга.

— Уйми свою девку, уйми… Вы все недостойны ее,недостойны меня… Я великий… Я великий, потому что открыл…

Слушать это было невыносимо.

— Идем, девочка, — прошептал Иона. — Идем…

— А Инка?

— Ей уже ничем не поможешь…

— А он…

— Он будет здесь… Он никуда не денется. Идем, нужно всерассказать там, наверху…

…Они выбрались из страшной пещеры и, обессиленные, упали наснег. Они лежали голова к голове и молчали. Только их застывшие, тронутыехолодом пещеры пальцы касались друг друга.

— Нужно идти, Ольга. Нужно идти, — все времяповторял Иона.

Впервые за два дня выглянуло солнце, и даже снег замедлилсвое падение.

Буран кончился…