Тайна замка Вержи - Елена Михалкова

Свободной рукой женщина отряхнула юбку, подняла голову – и увидела детей.

– Рене, беги! – вскрикнул мальчик и бросился прочь.

Но девочка застыла, будто ноги у нее примерзли к земле. Она не могла отвести взгляда от лица женщины – узкого и заостренного, как лисья мордочка, но с широко посаженными большими темными глазами, блестящими, как созревший виноград.

– Эй, ты кто? – нахмурилась женщина.

– Ре-н-н-н-не, – заикаясь, выговорила девочка.

– И что ты здесь делаешь, Рене?

Немного приободренная спокойным голосом, девочка осмелилась сказать правду.

– Я ищу сокровища мертвой ведьмы.

– Мертвой ведьмы? – повторила за ней женщина, и что-то в ее голосе заставило Рене немедленно раскаяться в том, что она не соврала.

– Так ты думаешь, ведьма умерла? – странно улыбаясь, спросила женщина.

Рене смотрела на нее во все глаза.

Мальчик, убежавший довольно далеко, увидел, что подружка не последовала за ним, и вернулся, стуча зубами от страха.

– Ведьму сожгли! – крикнул он, стоя в некотором отдалении.

– Это правда, – боязливо подтвердила Рене. – Ведьму сожгли.

О том, что никаких костей на месте пожарища не нашли, девочка умолчала.

Женщина запрокинула голову и расхохоталась. От этого смеха, казалось, ветер обрел силу и быстрее понесся над лесом, ломая старые ветви и стряхивая с дубов отжившие свое листья.

Ноэль еле удержался, чтобы снова не пуститься в бега. Его удерживал страх за Рене, оказавшийся сильнее ужаса перед незнакомкой. Что, если это цыганка, которая крадет детей? Она заболтает Рене, а потом вцепится в нее, бросит в клетку и увезет за сотни лье от дома, чтобы продать бородатым заморским торговцам.

– И вы в самом деле думаете, что колдунью Черного леса можно убить? – отсмеявшись, спросила та. – Глупые маленькие мышата! Колдунья живет, пока жив лес! – она бросила взгляд на гигантские дубы, высившиеся вокруг поляны. – Зарежут ее – а раны затянутся. Сожгут – а она восстанет из пепла. Слыхали вы про золотую птицу, которая умирает в пламени, а потом рождается вновь из серой золы?

Девочка кивнула.

– Рене, не верь ей! – крикнул мальчик и подошел еще немного ближе, готовясь выручать бедную дурочку, зачарованную цыганкой.

– Да кому же и верить, как не мне, – вновь рассмеялась женщина. – Вы хоть знаете, кто я такая?

Ветер, гулявший по ветвям, неожиданно стих. Побледневшая как мел Рене что-то тихо прошептала.

– Что ты сказала, мышонок? – склонилась к ней женщина.

Рене подняла на нее глаза и проговорила дрожащим голосом:

– Ты – ведьма Черного леса!

Будто дожидаясь этих слов, из-за кустов неторопливо показался крупный черный пес с острыми ушами и насмешливо оскалился, глядя на детей.

Этого Ноэль уже не выдержал. Он подбежал к Рене, схватил ее за руку и потащил за собой, пронзительно вопя во все горло. Через несколько шагов девочка будто проснулась: она обернулась, бросила взгляд на женщину, вскрикнула и помчалась прочь еще быстрее Ноэля – только сбитые пятки засверкали среди деревьев.

А вслед им гремели отголоски звонкого эха:

– И скажите всем, кого увидите! Ведьма Черного леса – жива!

Стоя за высоким можжевельником, обмотанным белой паутиной, как веретено пряжей, и слушая разговор Николь с перепуганными детьми, принявшими ее за ведьму, Венсан окончательно убедился, что внезапная догадка, пришедшая к нему еще несколько дней назад, верна. Он до последнего не хотел верить своим предчувствиям, но больше не стоило себя обманывать.

Николь с ним не пойдет.

Может быть, она еще и сама не знает об этом. Возможно, она не придумывает предлоги, чтобы подольше задержаться в лесу, а действительно хочет найти тайник Арлетт. Это ничего не меняет.

Венсан поморщился, представив, как быстро разнесутся новости о колдунье по всей округе. И без того опасное их положение станет еще хуже. Странно, что до сих пор по их следам не отправили охотников с собаками. Пожалуй, надо бы завтра наведаться к замку и осторожно разузнать новости, раз он все еще здесь.

До сих пор Венсан покидал лес только один раз: когда два дня назад на рассвете выбрался на берег реки и с размаху зашвырнул злополучный камень в самую середину, где закручивались и исчезали маленькие водовороты. Он бы без лишних затей выбросил его в лесу, если бы не Николь. «Пожалуйста, месье Бонне, дойдите до воды, – попросила она. – Камень никому не принес добра. Я хочу быть уверена, что его никто не найдет».

Думая о том, как бы получше замаскировать свою приметную внешность, чтобы не схватили в первой же деревне, лекарь вышел на поляну.

Николь, улыбаясь, почти бежала ему навстречу. Баргест бодро мчался следом и размахивал хвостом как пиратским флагом.

– Только новой ведьмы Черного леса нам не хватало, – хмуро сказал Венсан. – Что ты еще затеяла? К вечеру здесь будет толпа во главе с отцом Годфри.

– Я нашла, нашла ее! – перебила его сияющая Николь.

Только теперь Венсан заметил книгу в ее руках. Мысли о священнике мигом вылетели из его головы.

– Святой Рохус! Ты отыскала тайник!

– Да! Он был там, где я думала! Я боялась говорить вам раньше времени, месье Бонне… Ах нет, лучше смотрите сами!

Николь подвела его к откинутой крышке погреба. Венсан склонился над лестницей и присвистнул.

– Они даже не пытались искать его, понимаете? – возбужденно твердила Николь. – Маркиз не знал, что здесь есть укрытие! Арлетт успела отнести туда все свои книги, а потом закрыла люк и спрятала веревку в траве. Пока вы ходили вокруг, я забралась туда и нашла их все.

– Все книги? – быстро спросил Венсан. – Даже тот травник, о котором ты мне говорила?

– Говорю же вам, все до единой! Но самое ценное вовсе не в травнике.

Она отвела Венсана в сторону, усадила на пень и сама опустилась рядом с ним:

– Смотрите, месье Бонне, смотрите же!

Лекарь наконец оторвал взгляд от норы в земле и уставился на предмет, которым она размахивала у него перед самым носом.

Это были вручную сшитые тонкими кожаными шнурами тетради из самой простой, грубой бумаги, местами разлохмаченной и склеенной заново каким-то сероватым составом. Обложка из сыромятной кожи кое-где протерлась до дыр и сильно засалилась.

– Это та книга, которую писала Арлетт! – благоговейно сказала Николь. – Она говорила мне о ней, но не показывала. Прошу вас, месье Бонне, прочтите, прочтите мне хоть что-нибудь из нее!

Венсан бережно принял тяжелый том и раскрыл его на середине.

Ровный, четкий, твердый почерк. Ему показалось, он слышит голос той, что выводила эти строки.