Темная земля - Стюарт Макбрайд

Лора даже не взглянула в ее сторону – лишь подняла свою большую руку, как бы призывая присутствующих к вниманию. В глаза бросились сердечки, вытатуированные на пальцах.

– Я вас не знаю. Почему я должна отвечать?

Молчание.

Логан побарабанил пальцами по фотографии.

– То есть Малыш Хамиш умер, и вы переметнулись?

– Ну, видите ли, стоило Малышу Хамишу Мауату помереть, так все и началось. Хаос.

– А что в отношении Рубена?

– О, он великий человек, когда надо помахать ножом или молотком, но управлять делами?.. Вы представляете, каково будет теперь, когда Малыша Хамиша нет? Все развалится на части.

Адвокат нервно теребил в руках ручку.

– Миссис Уэлш, я действительно думаю… – пролепетал он.

– Я тебе дам знать, если понадобится услышать твое мнение.

– Простите, – пролепетал он, как школьник.

Лора кивнула:

– Мы тут с сержантом Макреем просто болтаем о разных вещах. Как направить мир на праведный путь. Ведь верно, сержант Макрей?

– Верно.

– Как я слышала, все выбирают какую-либо сторону. Кто посообразительнее, ставят на Глазго. – Она повела плечами. – Эдинбург тоже ничего.

– А что насчет братьев Хуссейнов? Ливерпульского автомобильного кладбища? Черного Ангуса?

Одна сторона ее лица дернулась.

– Черный Ангус не смог организовать пьянку на собрании «Анонимных алкоголиков». Они только прикидываются сильными мужиками.

– Рубен не склонен к тому, чтобы делать реверансы.

– Этот жирный каналья со шрамами на роже хочет начать войну. Интересно, как он думает это устроить, когда все его войско переметнулось к Мамаше Кемпбелл или к Малку-Ножу? Парень остался с парочкой придурков, которые ссут против ветра. – Она снова продемонстрировала два резца в золотых коронках. – Последний отчаянный вздох умирающего режима, сержант Макрей. А когда этот режим рухнет, не будет никакой войны. Эдинбург и Глазго поделят между собой Абердиншир, и этим все закончится.

Мир будет сохраняться до тех пор, пока Джессика Кемпбелл и Малкольм Мак-Леннан не решат, что они хотят получить больший кусок пирога.

– А Рубен?

– Рано или поздно он отправится на тот свет. Вопрос в том, сколько людей он прихватит с собой.

Харпер в удивлении наклонилась.

– Вы хорошо осведомлены, миссис Уэлш.

Пожатие плечами, потом ответ:

– До меня доходит разное.

– А вы случайно не слышали, кто напал на сержанта Макрея и старшего инспектора криминальной полиции Стил в пятницу ночью? Это были люди Джессики Кемпбелл или Малкольма Мак-Леннана?

Вместо ответа Лора оскалилась в усмешке, после чего добавила:

– Без комментариев.

Харпер, сунув папку под мышку, пристальным взглядом провожала Лору Уэлш, которую вели по коридору обратно в камеру. Затем повернулась и грохнула башмаком по двери комнаты для допросов.

– Проклятье!

– Не могу сказать, что мы не пытались.

– Без комментариев, без комментариев, без этих, будь они прокляты, комментариев… – Она с шипением выдохнула. – Правильно… – Покачала головой. – Все это действительно не имеет значения. Кто стоит за всем этим, мы выясним, как только они появятся, чтобы забрать груз. Вот тогда и получим результат.

Они вышли на лестницу, Харпер остановилась у окна. На автостоянке ветер закручивал снег в мини-циклоны. Фонари, висевшие на столбах, раскачивались.

– Прогрейте машину, сержант. Сейчас поедем в Банф, проверим по списку, все ли готово для рейда.

– Слушаюсь, сэр.

Харпер последовала за ним, но, спустившись на один пролет, вытащила мобильник и скрылась в административном блоке.

Дождавшись момента, когда она наверняка выйдет из зоны слышимости, Логан буркнул:

– Чертова кукла!

Он, как шестерка, должен идти к машине, чтобы их высочество не отморозило себе попку!

То, чем встретила улица, было похоже на пулеметный обстрел мелкими белыми пульками. Ветер качал его словно пьяного, заставляя сгибаться пополам, пока он полз к машине. У белых медведей теплее, чем здесь.

Онемевшими пальцами нашарил в кармане ключ, открыл дверцу и залез внутрь. Завел мотор, запустил на полную мощность обогреватели и подставил под струю теплого воздуха ладони, сложенные в форме чаши.

Только половина пятого, но все выглядит так, словно наступила полночь. Ветер со снегом лупил по машине, раскачивая ее на рессорах.

Сунув руку в карман, нащупал мобильник.

Позвонить.

Нет.

Бога ради, будь мужчиной!

Харпер права: единственное, что останавливает всеобщий развал, – это люди, совершающие правильные поступки, а не делающие того, что для них было бы легче.

Да, но…

Ревели вентиляторы, гнавшие горячий воздух.

Стил состряпала дело против Джека Уоллеса. Сфабриковала улики. Солгала в суде. Исказила ход правосудия. Она перешла черту. Всё это так, но Уоллес заслужил то, что сидит сейчас в тюрьме.

А посадили его за то, чего он не делал. Так что поступай правильно.

Глубокий вздох, затем Логан вынул мобильник, открыл страницу контактов и нашел номер Нэпиера.

Звонок за звонком.

Еще не так поздно, чтобы нажать на отбой.

Очередной звонок, и…

– Старший управляющий директор Нэпиер.

В момент во рту Логана пересохло.

– Слушаю вас.

Он вырубил вентиляторы. Облизал пересохшие губы.

– Господин управляющий, это Логан Макрей. Мне надо поговорить с вами по поводу Джека Уоллеса.

46

Харпер взглянула на часы:

– Черт, опаздывают уже.

Портовые огни отбрасывали бледные тени. Полное безветрие. Снежные хлопья плавно опускались на капот и тут же таяли от тепла двигателя, несмотря на то что он был выключен не меньше четверти часа назад. Снегоочистители не работали. Да даже если б работали, вид был бы не намного лучше.

Логан нажал на клавишу радиопереговорного устройства.

– Всем подразделениям. Сообщите обстановку.

– Инспектор криминальной полиции Сингх: никакого движения.

– Сержант криминальной полиции Уэдерфорд: никакого движения.

– Сержант криминальной полиции Ренни: никакого движения.

– Сержант криминальной полиции Макензи: никакого движения.