Не лучшее время для знакомства - Кэролли Эриксон

– Вы не спите?

Приподняв голову, она увидела Макса, сидящего за столом перед планшетом.

– Который час?

Он откинул тяжелые портьеры, и по комнате разлился солнечный свет.

– Около десяти. Вы, наверное, проголодались? Когда вы ели последний раз?

– Я пообедала в лаборатории… перед тем, как все началось.

– Давно.

– Да, прошла вечность. Целая жизнь. – Ава опустила голову на подушку и закрыла глаза. Почему, едва наладившись, ее жизнь опять рушится?

Она услышала шаги и скрип пластиковой упаковки.

– Внизу есть маленький магазинчик, я спустился и кое-что вам купил.

– Новую жизнь?

Ответом ей была тишина. Ава отбросила подушку и села в кровати.

Макс стоял посреди комнаты с пакетом в руке.

– Ава, вы мне ничего не должны. Я могу отвезти вас в аэропорт и купить билет, куда пожелаете. Потом вы позвоните в ЦРУ или по тому номеру, который вам дали на случай нештатных ситуаций, и забудете обо всем, что случилось.

Она вздохнула:

– Это была шутка. Я хочу вам помочь, потому что чувствую себя ответственной за ваше теперешнее положение. Если бы не мое желание получить работу – любую работу, – мне бы не пришлось колоть вас и других агентов всякой дрянью.

– Вашей вины в этом нет. Они нашли бы кого-то другого. – Он поставил пакет на тумбочку у кровати. – Зубная паста, расческа, дезодорант и всякая мелочь. Примите душ, а мне надо кое-что забрать из машины. Буду ждать вас внизу в ресторане. Там вы и расскажете мне о своем решении.

Дверь за Максом закрылась, но она еще несколько минут не могла отвести от нее глаз. Билет в никуда. Опять начинать все сначала. Сколько раз обычная женщина может начинать все сначала?

Ава откинула одеяло и взяла пакет. Она не желает начинать сначала. Прежде надо закончить. Помочь Максу Дювалу.

Через сорок минут, приняв душ и надев вчерашнюю одежду, Ава спустилась в фойе и сразу увидела Макса. Интересно, все остальные тоже замечают, какая от него исходит сила и уверенность? Когда приближается опасность, внутри его словно переключается рубильник, и он становится другим человеком.

Оторвавшись от газеты, Макс смерил ее взглядом, пытаясь определить, на его ли она стороне. Ему не стоило пускать в ход какие-либо ухищрения, чтобы переманить ее, она готова была идти с ним дальше.

Макс встал, когда она подошла к столику, и помог сесть.

– После душа вам лучше?

Устраиваясь, Ава коснулась воротника блузки.

– Мне было бы лучше, если бы я смогла переодеться.

– Я бы не советовал вам какое-то время появляться дома.

– Какое? – Она повернулась и кивнула официантке, разносящей кофе.

– Пока все не уляжется.

Ава добавила внушительную порцию сливок в кофе и смотрела, как они перемешиваются с коричневой жидкостью.

– Пока ЦРУ и Просперо не доберутся до «Бури» и не положат конец их деяниям.

Рука с ложкой зависла над чашкой.

– Иными словами, мне лучше привыкнуть к этой одежде.

– Купите новую.

– Вы так и поступили? – Она указала на синюю футболку, очень похожую на вчерашнюю черную. Правда, теперь на нем были джинсы.

– Моя одежда всегда со мной – и все остальное тоже. Сумка с одеждой и сумка с… инструментом.

Ава сделала глоток кофе, обдумывая, как лучше осторожнее расспросить об «инструментах», но в это время подошла официантка и спасла ее от глупого шага.

Они оба заказали омлет, но Макс еще добавил к заказу тарелку овсяной каши и фрукты.

Ава откинулась на спинку и сложила руки на груди.

– Когда вы последний раз ели?

– Давно. – Он поднял чашку и посмотрел на Аву. – Едем в аэропорт?

Она сцепила пальцы и положила руки на стол.

– Нет.

– Вы уверены?

– У меня есть кое-какие соображения, Макс.

Подошла официантка и поставила перед ним тарелку с кашей. Добавив сахар, он взял ложку.

– Слушаю.

В воздухе запахло коричневым сахаром, и от этого сразу стало по-домашнему тепло и уютно.

– Я знаю, где живет, вернее, жил, Арнофф. – Она отставила чашку в сторону, освобождая место перед собой. – Вот тут лаборатория, тут дорога в Альбукерке. Он жил в пригороде, очень престижном месте. Можем начать с осмотра его дома, возможно, там есть синие таблетки. Я точно знаю, что он хранил рабочий ноутбук дома.

– Он женат? Жил с семьей?

– Женат, дети уже взрослые. Один живет за океаном, а второй в Бостоне.

– Думаете, его жена, точнее, вдова позволит нам рыскать в доме? – Он принялся жадно поглощать овсянку.

– Вы ведь шпион, верно? Неужели не сможете придумать какой-то способ?

Макс отложил ложку.

– Повторяю: вы не обязаны это делать. Можете сесть в самолет и обо всем забыть.

– Нет, не могу. – Прежде всего, она не сможет забыть Макса Дювала. Она будет постоянно думать, справился он с собой или нет, и винить себя.

– Вы же сказали, у вас есть родственники. А друзья, у которых можно остановиться на время?

– Свалиться как снег на голову? – Ава развела руками. – Таких нет.

– Если с вами что-то случится…

Она сжала его ладонь и ощутила, как он вздрогнул.

– Я останусь с тобой, – произнесла она. – Хорошо это или плохо, но пока Т-101 бежит по твоим жилам, все будет в порядке.

– Со мной да, но не с тобой. – Он накрыл ее руку своей и несколько секунд молчал, глядя в глаза. – И еще. Ты объяснишь мне, как найти дом Арноффа, и я поеду туда один.

– А мне что прикажешь делать? Куда идти?

Они вынуждены были оторваться друг от друга, когда официантка принесла еду.

– Вам денверский? А вам со шпинатом? Желаете кетчуп? Сальсу?

– Давайте все, – распорядилась Ава, накидывая салфетку на колени.

Макс зачерпнул ложку сальсы и положил рядом с кетчупом на край тарелки. Было очевидно, что он собирается вести разговор не отрываясь от еды.

– Ты можешь остаться здесь.

– Здесь?

– Я вернусь после осмотра дома Арноффа. Если ничего не удастся выяснить, ты назовешь мне имена нескольких других агентов, и мы решим, что делать дальше. – Он отломил кусок омлета. – И у тебя будет шанс передумать.

– Мне надо позвонить в ЦРУ по номеру телефона, который мне дали.

– На случай нештатных ситуаций?

– Кажется, я тебе уже говорила. – Ава подцепила кусок картофеля и окунула в лужицу кетчупа. Его цвет напомнил о крови на полу клиники.