Созвездие Весов, или Рыцарь падшей королевы - Диана Кирсанова

Ада встретила этот взгляд спокойно и чуть свысока. Но ей шла эта надменность. Макс заметил, что и голову она держит очень прямо, причем безо всякого напряжения. Рыжие волосы с тем редким медовым оттенком, который сегодня можно встретить разве что на полотнах Тициана, в свете софитов искрились золотыми брызгами. А самое главное – глаза! Изумрудно-зеленые, с большими черными, вот уж действительно ведьмаческими зрачками. Максим отклонился в сторону – Ада проводила взглядом это его движение, и, попав в струю другой лампы, ее зрачки моментально сузились, превратились в горизонтальные щелочки – как у кошки. Вот это да!

Он невольно подумал о том, как трудно фотографировать рыжеволосых женщин – из-за нежной кожи и красноватых век их лица чаще всего получаются серыми и рыхлыми. Почти у всех – но не у Ады.

– Вам совсем не придется поправлять макияж, – сказал Макс, отметив про себя, что на этом узком, чуть присыпанном темными веснушками лице очень мало косметики. – И как хорошо, что вы не следуете этой дурацкой моде использовать перламутровые мазилки. Из-за этого все лица на фотографиях выходят синюшными. С вами же можно поступить очень просто: чуть освежить губы – у вас помада с собой? – и высушить волосы, я сейчас принесу вам фен.

Она улыбнулась, соглашаясь, – и это была царственная улыбка, которую бросает королева, когда придворные просят разрешения присутствовать на ее утреннем туалете.

* * *

Пока Ада при помощи фена, который Максим взял из Арькиной комнаты, приводила в порядок влажные от дождя волосы и укладывала их в простую (не только на первый взгляд) прическу, он быстро поменял задник и установил подходящий свет.

Найти нужный ракурс было не так сложно: клиентка, даже не будучи красавицей в строго-античном смысле этого слова, все равно смотрелась великолепно.

На рыжеволосой Аде было открытое темно-синее платье от «Нины Риччи» из панбархата со стоячим воротничком, так выгодно подчеркивающим ее белую шею, расклешенным подолом и длинными узкими манжетами на пуговицах, из-под которых выступала пена черных кружев. Наряд королевы, который был бы одинаково хорош и для вечернего приема, и для аперитива перед обедом.

Змейка золотой цепочки с каким-то чудным кулоном ускользала, то и дело норовя нырнуть в ущелье между выступающими из разреза алебастровыми полукружьями грудей, и Ада спокойным, вполне естественным жестом извлекала ее, снова пристраивая на место. Вдоль шеи спускались длинные серьги, а когда женщина высоко подняла руку, перехватив прядь волос, на среднем пальце сверкнуло кровавым блеском кольцо: старинный гранат, вставленный в тяжелую оправу потемневшего от времени серебра.

– У вас дорогие и, сразу видно, далеко не штампованные украшения, – заметил Максим, подкручивая штатив. – В наш быстрый век не часто можно встретить женщину, которая умеет так безупречно сочетать современные мотивы «Риччи» со средневековыми формами ювелирных украшений. Это комплимент!

– Еще реже в наши дни можно встретить мужчину, способного при первой же встрече отличить платье «Нины Риччи» от «Диора». Это тоже комплимент, – парировала она, улыбаясь.

– Издержки профессии, – повинился Максим. – И профессиональная же память.

– Вряд ли. Скорее врожденная способность отличать драгоценности от дешевки.

Она не хотела польстить – сказала то, что думает на самом деле, это было сразу видно. Но Макс был польщен.

Следующий час они почти не разговаривали. Нельзя же, в самом деле, назвать разговором его отрывистые просьбы «чуть наклонить голову», «опустить левое плечо», «слегка откинуться назад» и «смотреть немного поверх объектива». Они потрудились на славу – Ада беспрекословно исполняла все то, что ей говорили, и не пыталась, как это часто бывает со взбалмошными моделями, убеждать Макса в том, что «в левом профиле я смотрюсь гораздо выигрышнее».

После таких трудов праведных он счел необходимым пригласить клиентку на чашку чая. Хотя нет! – зачем врать? – не счел необходимым, а пригласил, долго собираясь с духом и с замиранием сердца ожидая ответа.

– Почему бы и нет? – просто ответила она.

Макс возликовал.

По счастью (положение одинокого отца обязывает), Бардин не относился к тем холостякам, которые держат в холодильнике только вчерашнее пиво и ржавые селедочные хвосты. За считаные минуты он сумел сервировать столик в гостиной и мысленно поздравил себя с успехом, подметив, с каким одобрением Ада созерцает поданные на деревянных тарелках помидоры, фаршированные креветками, горячие бутерброды с яблоком и сыром и салат-коктейль в хрустальной креманке. Да, если в чем Макс и был еще талантлив, то это в кулинарии!

– Надеюсь, я смог угодить…

– Благодарю вас – абсолютно.

– Это вдвойне приятно, потому что я ведь вас совсем не знаю.

– Зато я вас знаю, – просто сказала Ада. – И мне кажется, теперь мы будем встречаться довольно часто.

Когда она говорила это, Максим как раз протягивал ей бокал с коктейлем «Клеман». Их руки встретились, и Макс не слишком торопился отпустить ее живые тонкие пальцы.

– Значит ли это, что вы назначаете мне свидание?

– Вовсе нет. Просто в ближайшие дни дороги Весов – вы ведь Весы? – и Львов, а по Зодиаку я – Львица, будут тесно переплетены. Я знала об этом задолго до того, как Марина предложила мне встречу с вами. Скажу больше – отправляясь сюда, я была уверена, что встречу именно вас.

– Именно меня? Вы видели меня раньше?

– Никогда. Говоря «встречу именно вас», я имела в виду: знала, что встречу мужчину, родившегося под знаком Весов. Ведь я не ошиблась?

Макс улыбнулся. Если Ада хочет удивить его своей прозорливостью, то ей придется поискать другого простака.

– Вы, конечно, узнали мой знак Зодиака, когда увидели это, – сказал он, подняв руку с часами и указав на подвешенный к ним небольшой брелок из белого золота в виде весов. – Что ж, пока это говорит только о том, что у вас очень острое зрение!

– Вовсе нет, – возразила она, отставляя в сторону бокал, из которого только что пригубила «Клеман».

Маленький, как у кошки, розовый язычок неторопливо облизал влажные губы.

– Вы знаете, каждое мое знакомство с новым человеком обычно начинается с того, что я распознаю его знак Зодиака, а потом объясняю, как просто было его угадать. Я привыкла и не удивляюсь. Но и вы не стали исключением, что отчасти меня огорчает.

– Почему?

Она помолчала, одарив Бардина вместо ответа новой улыбкой.

– Хорошо… Раз уж я так не оригинален, то…

– …то мне стоит отвести ваши сомнения на свой счет и рассказать, откуда мне стало известно, что вы – Весы? – подхватила она. – Извольте. Сразу успокою вас: Марина не говорила мне об этом ни слова. Она вообще не рассказывала о вас слишком много – вы ведь именно этого опасались? – и для того, чтобы понять, что вы собой представляете, мне хватило всего нескольких минут.