Убийство в спальном вагоне - Наталья Александрова

– Вот те крест! – побожился водитель. – Дажепива нельзя!

Надежда сообразила, что сейчас автобус уедет, а потом можносумки не досчитаться. Водитель – тот еще прохиндей, глазки так и бегают,скажет, что потерял. А что? Вещи все ценные, платье немереных денег стоит, хотьи из позапрошлогодней коллекции, подарки мужу вообще запакованные, а еще особыйсувенир коту Бейсику – две запаянные в полиэтилен игрушечные мыши, одна белая,а вторая серая. Племянник Димка, который помогал выбирать подарки, утверждал,что мыши пропитаны каким-то составом, особенно притягательным для кота.

Этого подарка тоже жалко, к тому же кот обидится на неенавеки.

Надежда попыталась сдвинуть комод с места. Виктор глядел нанее нелюбезно, но потом усовестился и подключился к трудовому процессу. Вдвоемони легко сдвинули комод к окну. Надежда с помощью приятеля взгромоздилась насамый верх и успела заметить, как выезжает со двора синий микроавтобус снадписью на боку «Доставка цветов» за номером УГУ 7840.

– Постой-ка! – Надежда уселась на комоде,расстегнула две пуговки на кофточке и вытащила на свет божий кошелек наверевочке, именуемый в народе «ксивник». Там у нее лежал паспорт,использованный билет из Москвы в Петербург и немного денег.

– У тебя не отобрали? – удивился Виктор.

– Не доперли, – усмехнулась Надежда. – Эх, еслибы я еще сюда и ключи от квартиры положила!

Она записала номер машины карандашом для бровей, которыйслучайно завалялся в кармане.

– Опаньки! – воскликнул Виктор, уставившись себепод ноги.

На том месте, где только что стоял комод, в полу оказалсяквадратный люк.

– Вот видишь, – оживилась Надежда, – а ты нехотел мне помогать! Главное, не опускать руки…

– Ага, только не надо рассказывать мне притчу про двухлягушек в кувшине со сметаной! И вообще, неизвестно, куда ведет этот люк иведет ли он куда-нибудь…

– А вот это мы сейчас и выясним! – И Надеждаухватилась за кольцо.

– Ну, Надя, ты только не надрывайся! – Виктороттеснил ее и сам потянул кольцо вверх.

Люк не открывали, должно быть, много лет, он разбух и неподдавался на усилия. Виктор побагровел от напряжения, на лбу у него выступиликапли пота.

– Какой ты сильный! – проговорила Надежда. –Ты его непременно откроешь!

Виктор крякнул, охнул, поднатужился… и едва устоял на ногах,когда люк со скрипом распахнулся.

Из открывшегося проема потянуло холодом и сыростью.

– Ну вот видишь… я в тебе нисколько несомневалась! – Надежда покосилась на дверь. – Теперь быстро удираем,пока эти не спохватились… И знаешь что, давай-ка забаррикадируем дверь, этодаст нам дополнительное время!

Вдвоем они передвинули комод к входной двери, и Надеждаустремилась к открытому люку.

– Пусти меня вперед! – Виктор отодвинул ее всторону. – Мало ли что там…

Он спустился по скрипучей лестнице, и снизу донессяприглушенный голос:

– Ну погреб как погреб… что мы тут будем делать…

Надежда торопливо спустилась следом за ним.

Это действительно был погреб – темный, сырой и холодный. Поуглам прятались глухие тени.

– Ну вот, я поддался на твои уговоры, и что мывыиграли?.. – ворчал Виктор. – Тебе здесь больше нравится? Там хотьбыло тепло и сухо…

– Ага, и в тепле мы должны были покорно ждать, когда снами расправятся? Чем ворчать и ныть, лучше осмотрись – нет ли здесь другоговыхода…

Виктор, продолжая ворчать, достал зажигалку, выщелкнул изнее язычок теплого, живого огня. Тени расступились, но выхода из подвала небыло видно, только в самом дальнем углу стоял прислоненный к стене мешок,из-под которого доносился подозрительный писк. Надежда попятилась: мышей она неслишком опасалась, благодаря коту Бейсику, который на даче приучал ее к видудохлых мышей, мелких птичек и ящериц, но с крысами совершенно другое дело, крысНадежда Николаевна, как всякая женщина, боялась панически.

Виктор в несколько шагов обошел подвал, светя перед собойогоньком зажигалки.

– Нет ничего, ты же видишь…

– Постой-ка, – остановила его Надежда, –посвети снова там, в углу…

Виктор послушно поднес огонек к мешку. Писк под нимусилился.

– Тебя что, интересует здешняя живность? Знаешь, тыуникальная женщина…

– Да нет. – Надежда шагнула к нему, боязливопоглядывая на мешок. – Ты посмотри на пламя…

Действительно, огонек зажигалки тянулся в сторону мешка, какбудто хотел получше его разглядеть.

– Пожалуйста, отодвинь мешок! Оттуда тянет сквозняком!

Виктор недоуменно пожал плечами, брезгливо ухватился загрязный мешок, оттащил его в сторону. Из-под мешка во все стороны прыснуликрошечные розовые крысенята. Надежда охнула и схватилась за сердце. В первыймомент она хотела оглушительно завизжать, но немыслимым напряжением воли сумелаудержать себя: на визг непременно явились бы их тюремщики.

Однако нет худа без добра: когда Виктор оттащил мешок, встене за ним обнаружился темный лаз.

– Что и требовалось доказать! – проговорил Виктори с уважением взглянул на Надежду.

До этого момента Надежда проявляла чудеса решительности исмекалки, но теперь, когда они нашли выход из, казалось бы, безвыходногоположения, она испуганно отшатнулась от этого выхода.

– Ну что – полезли? – проговорил Виктор,оглянувшись на нее.

– Туда?! – Надежда побледнела. – Да я в такуюузкую нору ни за что не пролезу!

– Ну ты зря! Ты и не толстая совсем! – поспешилуверить ее Бегунов. – По-моему, ты легко пройдешь… Ты сколько весишь?

– Да ты что! – возмутилась Надежда. – Как тысмеешь даме такие неприличные вопросы задавать? Да эта информация засекреченапочище, чем твои акции! Да я под пыткой не признаюсь! А самое главное… –Надежда испуганно понизила голос, – самое главное… вдруг там… вдруг тамкрысы?!

– Не знаю как там, а здесь крысы точно есть, так что втвоих же интересах скорее сбежать отсюда! – Виктор поднял зажигалку надголовой, и Надежда увидела наглую здоровенную крысу, которая сидела прямопосреди погреба и недовольно поводила кончиком носа. Видимо, она хотелавыяснить, кто разорил ее гнездо и лишил крова ее многочисленное потомство.

– Ой, мама! – вскрикнула Надежда и попятилась,отступив к темному лазу.

В это же время сверху до них донеслись тяжелые удары – этоих тюремщики попытались войти в комнату и наткнулись на придвинутый к дверикомод.

– Скорее, Надя, нужно уходить! – заволновалсяВиктор.

– Ну давай, только ты первый…