Огненная лилия - Наталья Андреева

Она не раз говорила в шутку, что если с Женькой вдруг что-то случится, возьмет Лизу себе. Что странно, подруга против этого не возражает, хотя у Лизы есть дедушка и бабушка. Но Женькин отец крепко пьет, а мать серьезно болеет. Это семейная тайна, но у нее, кажется, рак. Женька не любит об этом говорить, Слава и не спрашивает.

Но в Городе об этом поговаривают. Лучше бы не говорили! Тогда не было бы мечты о Лизе, о маленькой девочке с белоснежными кудряшками. Между ней и Славой стоит только Женька, Лизина мать. Об этом нельзя думать. Это плохо. И не за эти ли мысли она ТАК наказана?..

– Слава, мобильник!

– Что?

– У тебя мобильник звонит!

Она поспешно хватает со стола мобильный телефон и видит на дисплее: Женька.

– Женька! Ты где?

– Я здесь! Пусть Денис откроет мне ворота!

– Он уже идет!

Денис и в самом деле уже спускается вниз по винтовой лестнице, с ключами. А почему бы Женьке не позвонить ему? Набрать его номер и сказать:

– Денис, открой мне ворота.

Почему они общаются только через посредника? Что Денис знает про Женьку? Какую тайну? Что бы там ни было, она сегодня же выведает эту тайну. Момент подходящий.

Волнуясь, Слава тоже спускается вниз. Женькина машина въезжает на территорию пансионата. Это новенькая «Лада», десятой модели, Женька год назад взяла ее в кредит и страшно гордится своей машиной. Иномарка для нее слишком дорога, да и детали, случись что, надо выписывать из областного центра. Поэтому «Лада» в их городе самый популярный автомобиль, Женька не исключение.

– Где парковаться? – кричит лучшая подруга, опустив стекло.

– Да где хочешь!

На стоянке и впрямь только три машины. Их с Денисом да гостьи из третьего домика. Женькина четвертая.

– Погодка-то, а? – подруга выходит из «Лады» и смотрит на небо, по которому бегут облака.

Слава спешит к ней, обнимает, целует…

– Как я рада!

– Что, скучно тебе здесь?

– Нет, но… С тобой веселее!

– Вот я и приехала! – не очень-то радостно отвечает Женька.

Сразу же приставать с расспросами неудобно. Как говорится, сначала накорми, напои…

– Извини, шашлыка нет. Я приготовила колбаски для барбекю, – виновато говорит Слава.

– Я голодная как волк! Готова и тебя съесть!

– Я невкусная. Зато колбаски получились – прелесть! Для тебя старалась! Денис, разводи огонь в мангале! Нам нужны угли для барбекю!

– Погоди, – останавливает ее Женька. – Если мы сейчас налопаемся да еще и выпьем, я вряд ли смогу сделать тебе маникюр. Давай отложим барбекю до вечера?

– Есть на ночь?!

– А что? Выпить бы водочки, да под хорошую закуску, а потом искупаться!

– Лезть в воду пьяными?!

– А в такое лето иначе нельзя! – хохочет Женька. – Холодища-то, а?

Да, Женька пьет водку! И обожает пиво с воблой и картофельные чипсы! В этом Денис прав: изыски не для нее. Но, может, в этом-то и прелесть? Пора наконец и ей, Славе, отбросить благоразумие и дать волю чувствам! Напиться и полезть ночью в холодную воду! Голой! А кто увидит? А еще лучше, в черное озеро с нимфеями! Стать одной из них, холодной нимфой, в душе которой, оказывается, тоже могут пылать горячие чувства. Недавно она сделала для себя это открытие. Жаль, что поздно.

Есть на ночь! Лезть в воду пьяной! Голой! Нарушить все наложенные табу! Какой ужас! И… Какая прелесть!

– Ты трусиха! – смеется Женька.

А ведь права! Слава боится не холодной воды. Она же отлично плавает, и даже в подпитии выгребет против течения, каким бы сильным оно ни было. Она раба предрассудков. Больше всего на свете Слава боится потерять лицо. Хотя кто их здесь видит? Приезжающие сюда шумные компании и не такое себе позволяют!

Надо напиться и полезть в воду голышом. Испытать сильный стресс, вышибить клин клином. Это не больно и не страшно.

Вот Женька… Той бы следовало опасаться быстрой реки. Женька плохо плавает. Подруге надо бы подумать о маленькой Лизе, прежде чем пьяной лезть в холодную воду…

Фу ты! Опять эти мысли! Искушение велико, как тут перед ним устоишь?

– Хорошо! Женя, Денис! Мы переносим барбекю на вечер! Напьемся и полезем купаться!

Денис с Женькой переглядываются. Само Совершенство кощунствует! Что-то с ней случилось, не иначе! Потом подруга идет к ней, обнимает за талию и говорит на ухо:

– Нам надо пошептаться.

Так, обнявшись, они и идут к коттеджу. В их Городе, как и во всех небольших провинциальных городках, обожают сплетничать. Это любимое занятие горожан, особенно тех, кому больше здесь нечем заняться. Домохозяек и пенсионеров, которые часами сидят у дома на лавочке, а в остальное время смотрят бесконечные сериалы. Они обсуждают эти сериалы вперемешку с последними городскими сплетнями, и уже непонятно, где правда, а где вымысел, где живые люди, а где придуманные.

Про них с Женькой сплетничают, что они лесбиянки. Видели бы их сейчас городские кумушки! Как они, обнявшись, идут к коттеджу! Вот была бы пища для пересудов!

Они не лесбиянки, они просто подруги. Хотя грань между этим двумя понятиями такая тонкая, что подчас, во время доверительной беседы или же обычной женской болтовни, особенно если под вино, взгляд, который бросаешь на близкую подругу, вдруг становится задумчивым. Ведь вот же он, самый близкий тебе человек! Которого ты любишь! Который тебя понимает, как никто другой! И он, надо заметить, красивый! У него гладкая кожа, шелковистые волосы, мягкие губы! Вкус их так знаком, вы часто чмокаете друг друга и в щечку, и в губки без всякой задней мысли, просто по-дружески. Этого человека хочется обнять в порыве чувств, и даже расцеловать! И это, должно быть, очень приятно! И, главное, он на тебя смотрит такими же глазами, его, видимо, обуревают те же чувства!

У мужчин все по-другому, им не свойственны нежности. Но у женщин… Хорошо, что есть барьер, природная брезгливость. Понятия о том, что можно и что нельзя, воспитанные другой женщиной, матерью. Она, Слава, слишком правильная для того, чтобы переступить черту между дозволенным и недозволенным, тем, что естественно и что противоестественно. Хотя она и холодна с мужчинами. Женька же, напротив, слишком с ними горяча. Поэтому они не лесбиянки и никогда ими не будут. Просто подруги.

Что же касается сплетен… Денис им не верит. Мало того: он над ними смеется, хотя никогда и не опровергает, не кидается, горячась, на защиту жены. Для этого он слишком умен. Болтают – и пусть себе! Им всегда нужен повод, Слава слишком заметная в Городе фигура, ее всегда будут обсуждать.

– Ну, говори, что ты там придумала? – улыбается Женька.

– Ты умрешь, так это здорово! Идем в мою спальню, я тебе покажу! Но сначала закинем твои вещи! Денис! – Она останавливается.