Козни туманного Альбиона - Марина Белова

— А теперь, уважаемые участники туристического проекта, я попрошу вас пройти с улыбкой мимо объектива видеокамеры. Сделайте, пожалуйста, радостные лица — вас снимают для телепередачи.

После этих слов мы все дружно построились в цепочку и друг за дружкой, с благостными лицами потянулись к объективу.

— Прошли все двенадцать. Отснято, — доложил оператор, после того как мимо видеокамеры с перекошенным от радости лицом последним прошагал Владимир Владимирович Зорькин. С улыбкой у него отчего-то не получилось, наверное, он, как и я, немного волновался перед полетом.

— Двадцать девятого мы прилетаем, — на прощание напомнила телевизионщикам Алина. — Не забудьте.

Так получилось, что из двенадцати человек бизнес-классом летели четверо: Лидия Федоровна, Антон с Мафусаилом, Федор Богомолов и я. Остальные занимали места в салоне эконом-класса.

Богомолов, Лидия Федоровна и я сидели в разных рядах, далеко друг от друга. Ближе всех ко мне находился Антон с Мафусаилом. В принципе такая расстановка меня устраивала, я даже не стала просить стюардессу, чтобы нас посадили вместе. Дело в том, что в самолете я очень волнуюсь, поэтому предпочитаю закрыть глаза и не участвовать ни в каких разговорах, все равно в момент дикого волнения из того, о чем мне говорят, ничего не слышу и ничего не понимаю.

В целом полет прошел благополучно. В начале полета стюардессы предложили нам на выбор безалкогольные и спиртные напитки, а через час принесли обед.

— Простите, а ваша собака будет есть горячее? — спросила стюардесса у Зуева.

Не успел Антон ответить, как со своего места отреагировала мадам Орешкина:

— А как же! Мафусаил такой же пассажир, как и все. Несите ему обед.

— Лидия Федоровна, может быть Мафусаилу не стоит давать в полете кушать? Он как-то странно … кашляет, — засомневался Антон.

Я тоже заметила, пес издавал гортанный звук и, кстати сказать, совсем не похожий на кашель.

— Антон, я же сказала, Мафусаил такой же пассажир, что и все, а в стоимость билета входит горячее питание. Если он хочет есть, пусть ест.

Антон раскрыл перед пуделем пластиковую коробочку. Со своего места я хорошо видела, как пес обнюхал ветчину, сыр, овощной салатик, лизнул булочку и вонзил острые зубки в теплый бифштекс. Ел Мафусаил нехотя. Помусолив в пасти кусок мяса, он его выплюнул и слопал более мягкий кусочек ветчины. Зуев налил в плошечку апельсинового сока и подвинул к мордочке пуделя. Пес вылакал сок до последней капли, потом преданно посмотрел на Антона и заскулил.

— Еще? Пожалуйста, мне не жалко, — Антон погладил пуделя по голове и налил еще сока. Мафусаил с жадностью припал к плошке.

Через несколько минут собака икнула и фонтаном извергла из себя апельсиновый сок. Антон едва успел подставить к пасти Мафусаила коробку из-под обеда. Стюардесса мгновенно подлетела к Зуеву и протянула пакет, которым обычно пользуются пассажиры во время болтанки.

— Антон, его укачало? — крикнула со своего места Лидия Федоровна.

— Я же говорил, что он кашляет, — проворчал Зуев, пытаясь поймать очередной выброс апельсинового сока.

— Постарайтесь его развлечь разговором, пересядьте ближе к окну и покажите ему, как интересно смотреть на землю с борта самолета, — посоветовала мадам Орешкина и отвернулась к иллюминатору.

Антон чертыхнулся, но, увидев, что хозяйка не смотрит в его сторону, запихнул голову Мафусаила в пакет. Теперь пса могло тошнить сколько угодно, гортанное «Э-э-э» практически не доносилось, и Лидия Федоровна оборачивалась редко. За оставшиеся два часа полета она только три раза бросила взгляд на Мафусаила. Каждый раз Антон успевал отреагировать на поворот головы Орешкиной — вытаскивал пуделя из пакета и показывал его хозяйке.

Не думаю, что псу понравилось весь перелет просидеть с пакетом на морде, такое мало кому под силу. Поэтому, когда Антон в очередной раз привычным движением попытался упаковать Мафусаила, тот изловчился и цапнул мучителя за палец. Зуев приподнял пуделя за шкирку и абсолютно бесшумно, одними губами высказал ему все, что обычно говорят в таких случаях разгневанные мужчины.

Оказавшись свидетелем этой сцены, я подозвала стюардессу и попросила ее, не привлекая внимания, оказать пострадавшему Зуеву медицинскую помощь.

— А собака здоровая? — чтобы нас не услышала Орешкина, стюардесса прошептала мне в ухо. — Прививки от бешенства парню делать не надо?

— Обойдется. В отличие от своей хозяйки Мафусаил вполне адекватен. Мой бы пес поступил точно так же.

Лондонский аэропорт Хитроу встретил нас мелким дождиком. На паспортном контроле мы долго не задержались. Да и таможенники отнеслись к нам очень лояльно, не стали никого проверять и даже предложили Зуеву поменять промокшую от крови повязку на пальце. Но Антон отказался, сославшись на то, что боится отстать от группы.

— А что у вас с рукой? — поинтересовалась Лидия Федоровна, брезгливо глядя на окровавленный бинт.

— Ничего страшного я порезался ножом, когда обедал в самолете.

— Рану надо тщательно обработать, Мафусаил очень не любит запах крови, именно по этой причине он не ест печенку.

— Я так и сделаю, как только прибудем на место, — пообещал Зуев, отстал от Орешкиной и пару раз со словами: «Будешь кусаться? Будешь кусаться?» приподнял Мафусаила на поводке. Антон проделывал этот трюк с таким зверским выражением лица, что пудель даже не посмел ни разу огрызнуться.

К моей радости, в зале прилета нас уже ожидал представитель фирмы, с которым Алина договаривалась по телефону. Это была наша соотечественница, уже много лет проживающая в Великобритании, Анна Кузьмина.

Мы загрузились в микроавтобус и сразу отправились в гостиницу. По пути что-либо рассмотреть нам не удалось — к этому времени уже стемнело и кроме неоновых огней рекламы ничего толком видно не было.

Гостиница находилась не в центре города, да и была не самая лучшая. Обычные двухместные номера: комната с двумя кроватями и санузел, самый заурядный. Ну, может быть, только у Лидии Федоровны номер был покруче. Алина, как и договаривались, заказала ей номер люкс, состоящий из трех комнат: спальни, гостиной и маленькой комнатушки, размером не больше десяти квадратных метров, для прислуги. В эту комнатушку безропотно вселился Антон Зуев. Мафусаила, как я поняла, мадам Орешкина определила на роскошный диван в гостиной перед телевизором.

Остальные члены нашей группы расселились по двое. Алина быстро забила себе в соседки Степу, предоставив мне общество «Мисс Экстравагантности». Когда я спросила Алину, за что мне выпало такое счастье, она меня успокоила:

— Не переживай, это только на одну ночь, завтра будешь спать в одноместных апартаментах. Специально для тебя я заказала роскошный номер с изумительным видом из окна на деревню Плакли.

— Тронута, Алина, ты исправляешься прямо на глазах. Вот только, как ты думаешь, я не сойду с ума от нашей экстравагантной дивы? Боюсь, она замучит меня просьбой о шопинге. А ведь это ты ей обещала кучу шикарных магазинов, где все продается за копейки?