Не мешайте палачу - Александра Маринина

– Внизу лежит большой конверт, в нем снимки.

Минаев быстро нашел конверт и вытащил фотографии. ЛюдейЧинцова он узнал сразу. Один из них, который помоложе, был за рулем, когдаЧинцов приезжал за город на переговоры. Второй, постарше, был с Чинцовым вовремя их второй встречи несколько дней назад. Тоже за рулем сидел. Видно,Григорий Валентинович сам машину водить не любит. Барин хренов! На фотографияхоба чинцовских прихвостня были запечатлены возле дома Минаева, а также наКутузовском проспекте, рядом со зданием, где генерал был вчера по делам. В кадрдаже попала его машина.

Так что же получается? Чинцов пустил за ним своих людей?Дурак недобитый. Кретин. На что он надеется? На то, что выяснит, с помощьюкакого исполнителя Минаев собирается устроить интервью стоимостью в миллиондолларов, перекупит его и заграбастает весь миллион сам? Остряк-самоучка.Сволочь амбициозная. От гнева у Минаева даже ладони вспотели.

– Я не знаю этих людей, – медленно сказал он. – Носпасибо, что предупредили. Я этим займусь сам.

– Это еще не все, Антон Андреевич. Вы просмотрите снимки доконца. Эти люди вчера и позавчера посещали Главное управление внутренних делМосквы. Поскольку я там работал много лет, то прошел следом за ними без проблеми убедился в том, что в милиции они не служат. Их туда вызывали повестками.Выходит, за вами следят какие-то уголовники. И я считаю, что вы должны об этомзнать.

Минаев судорожно перебрал остальные снимки. Да, так и есть.Черт возьми, что все это означает? Видно, у Стасова есть скрытая камера, онфотографировал даже в коридорах на Петровке. Вот тот парнишка, молодой, входитв кабинет, и даже номер кабинета виден. Тот, что постарше, сидит на стульчике вкоридоре рядом с этой же дверью, своей очереди дожидается.

– Владислав Николаевич, вы, вероятно, профессионал, и у васдолжна быть какая-то версия, объясняющая происходящее, – осторожнопроизнес Минаев, стараясь не выдать волнения. – Я бы хотел, чтобы выподелились со мной. Видит Бог, я совершенно не понимаю, какой интерес могупредставлять для этой парочки уголовных типов.

– Ну, я-то тем более не могу этого знать, – развелруками Стасов. – Что ж, Антон Андреевич, если мы выяснили все вопросы, я,наверное, могу идти. Хотелось бы надеяться, что у вас нет ко мне претензий. Ине обижайтесь на Ирину Вениаминовну, она женщина одинокая и беззащитная, ей нехочется оказаться обманутой. А вдруг вы оказались бы нечестным человеком? Обменоформлен, переезд состоялся, а денег нет. Как бы она стала из вас их выбивать?

– Конечно, конечно, – пробормотал Минаев, плохо слушаяСтасова и думая о своем.

Стасов сказал, что прошел на Петровку без проблем. Много леттам работал. У него там масса друзей и знакомых. Нельзя его отпускать простотак. Нельзя. Надо немедленно прояснить ситуацию.

– Владислав Николаевич, – решительно сказалгенерал, – я могу попросить вас об одолжении? Как профессионал вы должныотестись к моей просьбе с пониманием.

– Слушаю вас.

Стасов уже поднялся с низкого кресла и теперь возвышалсяпосреди комнаты двухметровой колонной.

– Вы не могли бы узнать, пользуясь своими связями, по какомуделу этих двоих вызывали на Петровку? Может быть, что-нибудь прояснится. Вы же понимаете,характер моей службы таков, что…

– Не нужно ничего объяснять, – улыбнулся Стасов. –Как профессионалу мне понятна ваша обеспокоенность. Вы хотите, чтобы япопробовал сделать это прямо сейчас?

– Если вас не затруднит.

– В таком случае у меня будет встречная просьба. Пока я будудозваниваться и искать нужных людей, пусть кто-нибудь из ваших мальчиковпригонит сюда мою машину. Она осталась возле школы, где учится моя дочь. Нехочется терять время.

– Разумеется, – с облегчением согласился Минаев, радуясь,что Стасова не пришлось долго уговаривать. – Давайте ключи от машины, япошлю Игоря.

– Ключи у меня забрали, – усмехнулся Стасов. – Ноя не в претензии. Когда речь идет о генерале из ФСБ, какие могут быть обиды.

Минаев отправил Игоря за машиной и вернулся в комнату, гдеСтасов уже названивал кому-то из своих знакомых. Ему все больше становилось непо себе. Почему Чинцов держит в своем окружении уголовников? У него что, совсемкрыша съехала? Или он настолько беспечен, что не проверяет своих приближенных,а они за его спиной занимаются темными делишками?

– Саня? – говорил Стасов, набрав очереднойномер. – Приветствую, Стасов беспокоит. Нормально, спасибо. Жив пока.Саня, время к ужину, не буду тебя терзать долго. Ты не знаешь, кто сейчас сидитв кабинете, где раньше дед Ваганов был? А то я туда сунулся, как к себе домой,а там мужик какой-то незнакомый. Неудобно. Я у деда папочку одну хранил, она унего в сейфе лежала, пока я на пенсию оформлялся. Сейчас она мне понадобилась,пришел, и вот… Как? Селуянов? Нет, не знаю. Зовут его как? Коля? Ладно,спасибо.

– Светик? Привет, Стасов. Не в службу, а в дружбу, дай мнедомашний телефончик Селуянова. Да ладно тебе, Светушка, это наши мужские дела.Не сердись, рыбка, ты же видишь, твой-то телефон я наизусть помню. Спасиботебе, красавица моя.

– Николай? Добрый вечер. Моя фамилия Стасов, я до недавнеговремени работал в РУОПе. Я прошу прощения, что беспокою дома, но у менянебольшая проблема…

Минаев напряженно вслушивался в короткие реплики Стасова,стараясь угадать, какие слова доносятся из телефонной трубки. Наконец Владиславзакончил разговор и повернулся к нему.

– Фамилии этих деятелей – Яковлев и Обидин. Их допрашивали всвязи с каким-то эпизодом в гостинице «Россия». Самоубийство известногокриминального воротилы. И еще что-то, связанное с Самарой. Вам это ни о чем неговорит?

– Нет, – пожал плечами Минаев как можноравнодушнее. – Совершенно ни о чем. Не представляю, какое отношение этидвое могут иметь ко мне. Что ж, Владислав Николаевич, спасибо вам за помощь.

Проводив Стасова, генерал снова вернулся в комнату. Квартираэта была конспиративной, надо было одеваться и ехать домой. Но сил не было.Людей Чинцова вызывали в связи с Самарой и гостиницей «Россия». И это моглоозначать только одно: искали Павла Сауляка, потому что каким-то образом связалиего с убийством Юрцева. А может быть, и с другими трупами.

Но Павла не должны найти. Не должны ни в коем случае. И надосрочно об этом позаботиться.

* * *

После убийства Риты и поездки в Москву Павел в Белгород ужене вернулся, хотя этот город ему нравился. Теперь он жил совсем в другом месте,и не в гостинице, а в частном доме, хозяином которого был одинокий пенсионер. Спенсионером Павлу тоже было неплохо: дед невъедливый, по мелочам не цепляется,требование у него только одно – никаких девок и никакой водки. С этим у Павлапроблем не было. Без женщин он мог обходиться сколь угодно долго, а со спиртнымотношения резко осложнились после лечения в госпитале. Потребности в выпивке онне испытывал ни при каких условиях.