Знаки судьбы - Чжоу Хаохуэй

Он в тот день был единственным, кто сорвал куш. Разъяренный кредитор был застрелен у него на глазах, а он сам мог спокойно скрыться с деньгами Вэнь Хунбина. Юань Чжибан знал правду с самого начала, но не мог предпринять против этого ровным счетом ничего. По закону Чэнь Тяньцяо выходил не только невиновным, но еще и потерпевшим. Оружие полицейского при отправлении правосудия должно было быть не более чем вспомогательным средством. Однако пуля, выпущенная Юань Чжибаном, стала частью чего-то зловещего. Это пошатнуло его веру в правоохранительную систему. Отныне он доверял не закону, а лишь самому себе. Понятно, почему в тот момент старый друг Ло Фэя дал обет использовать свои способности на избавление мира от зла.

– Та запись стала для меня откровением, – сказал Вэнь Чэнъюй размеренным тоном учителя, наставляющего ученика. – У меня не оставалось никаких сомнений. Кассета стала путеводной звездой, ведущей меня к истине. Я возблагодарил своего наставника за то, что в итоге он дал мне Чэнь Тяньцяо.

От нахлынувшей беспомощности Ло Фэй сник. Когда-то он верил, что сможет перетянуть Вэнь Чэнъюя на свою сторону, но такой возможности больше не было.

– Мне, наверное, следует связаться с местной полицией, – сказал офицер, отрешенно глазея на воду.

– А где же люди из твоей группы?

Ло Фэй качнул головой:

– Я же ее распустил. А сюда прибыл сам по себе. По-любому лучше, когда один на один.

– Вот это мудро. Иначе, если б ты с кем-то объединился, я бы вас заметил. Но все равно удивительно, что ты пришел в одиночку.

– У нас, полицейских, ресурсов, может, и много, но у вас перед нами всегда есть одно преимущество. Вы действуете из тени, в то время как мы остаемся на свету. Однако, едва я узнал, кто ты есть на самом деле, мы поменялись местами, и таким образом я смог застичь тебя врасплох.

Вэнь Чэнъюй слегка кивнул.

– Но один в поле не воин. Поэтому неудивительно, что ты не рискнул противостоять мне в ресторане.

– Так и есть. Я вынужден был работать в одиночку, чтобы держаться подальше от твоего радара, но поймать тебя оказалось нелегко. Пришлось караулить подходящую возможность. Вроде этой. – Ло Фэй свободной рукой обвел баню. – Здесь мы голые и скованы наручниками вместе. Тебе не так-то просто предпринять что-либо в подобной ситуации.

Вэнь Чэнъюй усмехнулся.

Повинуясь невольной прихоти, Ло Фэй решил раскрыть еще кое-что:

– Есть и еще одна причина, по которой я решил действовать в одиночку.

– Да?

– После той записи мне в голову пришло вот что. Я понял, как непросто будет доказать твою вину в убийстве Чэнь Тяньцяо перед судом.

Во взгляде Вэнь Чэнъюя блеснуло торжество.

– То есть, по-твоему, смертную кару он получил все же по заслугам? Ты не берешься возражать против этого?

– Кое в чем Юань Чжибан все же был прав, – признался Ло Фэй. – Мы стоим по разные стороны правды, но у нас могут быть схожие цели.

Вэнь Чэнъюй торжествовал:

– Как ты думаешь привлечь меня к ответственности? Ведь ты не задержал меня на месте преступления. Какие у тебя есть доказательства? Все мои документы в полном порядке, ты сам это признал.

– Что и говорить, собирать на тебя улики было нелегко. Лететь в Хайкоу одним с тобой рейсом я не захотел: слишком велик был риск обнаружения. Но, сойдя с самолета, я сразу взялся отслеживать Чэнь Тяньцяо. Знал, что ты в конце концов объявишься. И когда он сегодня вечером пришел в ресторан, я наконец увидел тебя. Ты маскировался под официанта и носил фальшивую бороду, но я узнал тебя по движениям. Чэнь Тяньцяо ты зарезал у меня на глазах, а затем смешался с толпой и удрал через улицу. Так быстро, что на полминуты я в самом деле потерял тебя из виду. А когда заметил снова, ты уже сбросил свою маскировку.

Вэнь Чэнъюй выглядел довольным:

– Однако вопрос остается: где доказательства?

– Защелкивать на тебе наручники без оснований я не стал бы, – уверенно сказал Ло Фэй. – У меня есть снимок, сделанный мною.

– Где я убиваю Чэнь Тяньцяо? Как же ты собираешься доказать, что волосатый тип с бородой в пол-лица на самом деле я?

– Помнишь, как ты срывал с себя маскировку? При пересечении дороги тебя чуть не сбил черный «Ниссан». Ты от него увернулся, но в сумятице задел за его капот.

– Верно, – нехотя признал Вэнь Чэнъюй. – Средним пальцем.

– Я как раз зафиксировал этот момент с соседней террасы. Высоты хватило, чтобы ухватить номерной знак машины.

Глаза Вэнь Чэнъюя расширились.

– У вас есть отпечаток моего пальца? – Несмотря на внешнюю невозмутимость, было видно, что он заволновался.

– С этим отпечатком, а еще со снимком твоего прикосновения к машине и показаниями водителя и свидетелей я уверен, что доказательств наберется достаточно.

Удивительно, но Вэнь Чэнъюй снова улыбнулся.

– Ло Фэй, а ты помнишь, какая из моих рук касалась машины? – спросил он.

Офицер нахмурился. Было непонятно, к чему клонит Вэнь Чэнъюй, хотя постановка вопроса уже сквозила чем-то тревожным.

– Левая. Я очень хорошо это помню.

– Тогда тебе не следовало надевать наручник мне на правую.

Вэнь Чэнъюй поднял левую руку и на глазах у Ло Фэя сунул средний палец себе в рот. Секунда, и он резко сомкнул челюсти.

– Ты что, черт возьми, творишь? – крикнул Ло Фэй.

У него перехватило дыхание. Как остановить Вэнь Чэнъюя? Неужели уже поздно?

Кровь с губ Вэнь Чэнъюя стекала по подбородку. На вынутом изо рта пальце отсутствовал первый сустав.

Ло Фэй ошеломленно наблюдал за происходящим. Кровь брызнула в бассейн, будто капли дождя, быстро окрашивая воду в тошнотно-яркий оттенок красного.

Вэнь Чэнъюй не выказал ни намека на боль. С безмятежностью монаха он сделал глотательное движение.

– Меня зовут Ду Минцян. Я – интернет-журналист. С Тун Мулинем мы были коллегами. Оба использовали один и тот же псевдоним: Чжэнь Жуфэн. Это правда, что я проник в вашу специальную следственную группу и даже установил прослушку в телефон вашей коллеги. На это у меня была веская причина. Журналистам, знаете ли, свойственно докапываться до истины. – Его губы растянулись в знакомой самодовольной усмешке. – Мое призвание – стать величайшим журналистом в мире!