Бабочки Креза. Камень богини любви - Елена Арсеньева

Не бывать этому!

Отчаянная жажда жизни, свободы проснулась во мне. Я сунул сверток с браслетом в карман, огляделся. Вокруг пустынно… Я спрыгнул с саней и, взяв кнут, с силой хлестнул лошадь.

Она понеслась с безумной быстротой, а я почти так же быстро — в меру моих сил, конечно, — побежал к городским улицам.

Пока я бежал, что-то брякало и звякало в моем кармане. Сунул туда руку — и обнаружил не только синий сверточек с браслетом, но и носовой платок неизвестного. Развернул его — и не удержался от ошеломленного возгласа: в нем было штук десять золотых червонцев!

Я смотрел на них как зачарованный. Этот человек хотел ограбить меня, а вместо этого пал моей жертвой. Он хотел лишить меня последней ценности, а вместо этого оставил мне деньги…

Сознаюсь, что мысль брезгливо отбросить золото в снег меня не посетила. В снег я отбросил только платок вора. А золото положил в карман и как можно скорей направился в город, к закладной конторе. Этим вечером материнские серьги снова сверкали в Лизиных ушках, а нашей нищете пришел конец. Но когда встал вопрос, оставаться ли в Вытегре на второй сезон, я первым высказался против.

Наши дни

В нижнем зале «Зергута» было пустовато. Ну да, Зоя упоминала, что основная публика собиралась здесь ближе к началу программы. Вот и вчера — да боже мой, неужели Алёна была здесь только вчера?! А сколько событий накрутилось-навертелось! — вот и вчера еще, даже и в восемь, было довольно свободно, а потом вдруг одномоментно сделалось не протолкнуться.

Алёна миновала скучающего, полудремлющего охранника каких-то невероятных габаритов что в вышину, что в ширину, и подошла к столь же скучающему, полудремлющему гардеробщику. Глаза его на миг ожили, а руки профессионально протянулись к ней — помочь снять шубку, однако тут же не менее профессионально оценили, что снимать ее дама явно не собирается, а значит, не клиентка, а значит, напрягаться ради нее не стоит и можно даже глаза прикрыть. Так что гардеробщик вновь погрузился было в свой временный анабиоз, однако Алёна пресекла его вопросом:

— Скажите, где я могу найти кого-нибудь из администрации? У меня срочное дело.

— А что такое случилось? — Гардеробщик приоткрыл один глаз. — Пожаловаться на обслуживание, что ли? Вон там старший официант, вон, салфетки считает, к нему обращайтесь. — И он ткнул пальцем в сторону каморки с надписью «Бельевая».

— Да нет, я совсем даже не жаловаться. Мне все очень понравилось, — улыбнулась Алёна. — И вино, и мясо, и качество обслуживания. И программа великолепная. Просто мне нужно кое-что уточнить у… у администрации.

— Администрация — понятие растяжимое, — снова смежил веки невозмутимый гардеробщик. — Есть хозяин ресторана. Есть директор. Есть замдиректора по организации питания, есть зам по кадрам, есть зам по обеспечению, есть зам по культуре…

— Вот! — обрадовалась Алёна. — Мне нужен зам по культуре!

— Ну, я зам по культуре, — раздался ленивый голос за спиной.

Алёна обернулась и обнаружила, что голос этот принадлежит тому самому охраннику, который давеча поразил ее своей статью. Она вдруг вспомнила, как Наташа Ростова, описывая матери свое впечатление от Пьера Безухова, говорит: «И он четвероугольный». Вот такой же четвероугольный был этот парень. И он зам по культуре?! Ну, это вряд ли!

Алёна улыбнулась, показывая, что оценила шутку, но охранник оставался серьезен:

— Не верите? Думаете, если я зам по культуре, то должен выглядеть как какой-нибудь этот… офисный планктон? Я две должности совмещаю, только и всего. У вас какие-то предложения по программе? Вы чей менеджер?

— Ничей, — покачала головой Алёна, размышляя над многозначностью слова «менеджер», которое ее нынче просто достало. — Вы имеете в виду, что я чей-то администратор и предлагаю вам чей-то номер? Нет-нет, я сама по себе, я хотела…

— Вы сами предполагаете выступать? — вытаращил на нее глаза необъятный зам по культуре. Глаза у него, кстати, оказались непропорционально малы по сравнению с общей кубатурой и, даже вытаращенные, напоминали две едва прорезанные щелочки. — И что у вас? Русские романсы? Песни нашей юности? Бардовские песни? Извините, это не пользуется спросом в ночных клубах, здесь нужно хорошее гоу-гоу или отъявленный стриптиз…

Выражение «отъявленный стриптиз» Алёне очень понравилось! И она взглянула на четвероугольного зама по культуре более снисходительно.

— Нет, я выступаю, если так можно выразиться, в другом жанре, — улыбнулась она. — Сейчас я по совершенно бытовому вопросу.

— А тогда вам к заму по обеспечению, — подал голос гардеробщик и похлопал себя по груди. — Это я, будем знакомы.

— Будем, — кивнула наша героиня. — Меня зовут Алёна Дмитриева, и мне срочно нужно узнать телефон или адрес Марины… не знаю, как ее фамилия, но эта та девушка, которая выступает у вас со стриптизом.

Произнеся эту тираду, она улыбнулась заму по культуре, однако он остался вполне прохладен к этой незамысловатой лести и улыбкой не ответил, а напротив того, нахмурился:

— А зачем вам ее телефон или адрес?

— Для очень важного дела, — уклонилась Алёна от прямого ответа. — Поверьте — очень важного.

— А конкретней? — настойчиво сказал зам по культуре.

Алёна вздохнула, представив, как начнет сагу о подмененном браслете, который раньше побывал в руках Лехи, который был братом Марины, которая была сестрой Данилы…

Иногда нет ничего нелепей правды.

— Это долгая история, — сказала она устало. — Но речь идет о жизни и смерти, можете мне поверить.

— Вы откуда? — спросил вдруг охранник, он же зам по культуре. — Я не узнаю вас в гриме. Из «Пеликана»? Из «Попугая»?

— Не поняла, — изумилась Алёна, вспомнив при слове «попугай» замечательный мультик «Рио» и мимолетно улыбнувшись этому воспоминанию. — При чем тут тропические птицы?

— Из «Пенного клуба»? Из «Визарда»? — не унимался охранник по культуре.

При этом последнем слове до Алёны дошло, что ее принимают за сотрудника другого ночного клуба.

— Да нет, господа, я писательница, я книжки пишу, детективы… — начала было она объясняться, но гардеробщик презрительно фыркнул:

— Дмитриева? Писательница? Не знаю такой! Моя жена на детективах помешана, у нас дома ступить негде, всюду валяются книжки: Маринина, Полякова, Донцова, Устинова, Калинина, Романова… Дмитриевой нет!

— Да, может, оно и не так плохо, — утешила его, а вернее себя, Алёна. — Не суть важно, знаете вы меня или нет, просто дело в том, что…

— Дело в том, что вы от нас Маринку хотите в свой клуб переманить, тут все ясно, и к гадалке не ходи! — медленно, веско и грозно произнес охранник. — Решили схитрить? Вчера пришли, посмотрели… Во время выступления и в перерывах ее охраняют, после шоу за ней брат приезжает — не подступишься. Наврали с три короба! Если вы писательница, зачем вам координаты Маринки? Решили писать роман из жизни стриптизерш, что ли?