Список приговоренных - Алексей Макеев

– Ну, разумеется, вы не стали бы сами этого делать, – ласково глядя Кроханову в глаза, сказал Крячко. – Для этого существуют специально обученные люди…

– Послушайте, я не заказной убийца! Вы что, можете это доказать? Нет? Тогда извините! – резко ответил Кроханов.

– Виктор Павлович, – примирительно сказал Крячко. – Я же попросил о встрече не за этим! Если мы продолжим в таком тоне, то она вообще теряет смысл. Мне нужна ваша помощь, вот я и прошу вас помочь.

Кроханов несколько смягчился, убрав с лица раздражение.

– Но чем, чем помочь? – с нажимом спросил он. – Я не знаю, кто его убил!

– А вы вообще знали, что ваша жена отдыхает в Крыму с любовником?

Вилка с наколотым на нее маринованным грибом, которую Кроханов уже подносил ко рту, застыла в воздухе. Он медленно опустил ее на тарелку и спросил:

– Вы, наверное, клоните к тому, что я убил свою жену из ревности?

Крячко не ответил, а Кроханов вдруг сделал то, чего Крячко от него никак не ожидал, – он захохотал. Захохотал искренне, трясясь складками за щеками. Отсмеявшись, он утер уголки глаз платком и произнес, качая головой:

– Да уж! Я и в двадцатилетнем-то возрасте не отличался такими порывами, а уж теперь…

Потом он перегнулся через стол и четко проговорил в лицо Крячко:

– Я вам сейчас скажу то, чего никогда бы не сказал при других обстоятельствах. Скажу неофициально, без протокола и никогда не стану этого подтверждать – имейте это в виду! И когда вы поймаете настоящего убийцу – если поймаете, конечно! – я никаких показаний давать не буду. Так вот, если хотите: я знал о романе моей жены с этим пареньком. Более того, я сам договорился с ним, что он ее соблазнит.

Сказать, что Крячко был изумлен, – значит, ничего не сказать. Однако он постарался не выказать этого. Вместо этого Станислав спросил:

– А вам-то зачем это нужно?

Кроханов усмехнулся:

– Можете считать меня циником – да кем угодно, мне, в сущности, без разницы, – но для меня мой брак был бизнесом, который перестал быть рентабельным. Я вложил в свою жену средства, но она не преумножила капитал, а наоборот, растратила то, что было дано ей авансом. Я имею в виду следующее: она не родила детей, не продолжила мой род и не стала мне самым близким человеком. Хотя это было все, что от нее требовалось!

– А вы ей озвучивали все это? – осторожно спросил Крячко.

– В таких выражениях – нет. Но ясно давал понять, что за свое хорошее отношение, за выполнение ее желаний требую от нее того же. Тем более что мои требования отнюдь не завышены: заниматься мужем и детьми – разве это непосильная задача для женщины? – Крячко не стал отвечать на риторический вопрос, и Кроханов продолжил: – Решение о разводе созрело давно, когда я понял, что являюсь для своей жены лишь тугим кошельком. С мыслью о детях от нее пришлось расстаться. Да и она уже почти вышла из детородного возраста. А я все еще рассчитываю обзавестись наследником. Для этого мне нужно развестись с Алевтиной и жениться на другой женщине. Но при разводе она получает слишком много. Незаслуженно много! – подчеркнул он. – В нашем брачном договоре есть пункт, который гласит, что если причиной развода станет супружеская измена, то виновная сторона не получает ничего!

– Кажется, я начинаю понимать… – наморщив лоб, протянул Крячко. – Вы наняли Алика Веретенникова, чтобы он соблазнил вашу жену, сделал фото, которые явятся вещественным доказательством измены, а затем планировали подать на развод…

– Именно так, – кивнул Кроханов. – Цинично? Жестоко? Я так не считаю! С какой стати я должен отдавать заработанные мною деньги человеку, который мне абсолютно чужой? Этот человек просто прожил со мной под одной крышей, на этом его участие в моей жизни заканчивается. К тому же Алевтина и сама бы прыгнула в постель к кому-нибудь. Да наверняка такое уже было! – поморщился он брезгливо. – Она для меня прозрачна, как зеркальце из женской сумочки. Ей же было скучно! Но развеять свою скуку каким-нибудь созидающим занятием ей не пришло бы в голову – нет, не пришло! Она слишком примитивна и предсказуема.

Крячко сидел, переваривая услышанное. Это было не совсем то, что он ожидал. Но, похоже, Кроханов говорил правду. Этим объяснялось наличие совместных фото Алика и Алевтины – он готовил компромат для своего заказчика. А остальные фамилии в списке? Кто эти люди? Такие же заказчики?

– А откуда вы узнали про Алика и как возникло желание нанять именно его? – спросил Станислав. – Откуда вы знали, что он согласится на это? Откуда вы вообще его знаете? Он что, объявление в газете давал: «Подставлю вашу жену за небольшую плату»?

Кроханов постукивал вилкой по скатерти.

– Мне рекомендовал его один человек, – сказал он. – Давний знакомый. Как вы понимаете, я тоже не мог дать подобное объявление – ни в газете, ни на сайте. Здесь нужны рекомендации.

Крячко перегнулся через стол и, глядя в глаза Кроханову, произнес:

– Кто этот человек? Имя – и мы с вами прощаемся.

Кроханов подавил вздох и ответил:

– Леша Вавилов.

* * *

После рассказа Крячко все трое – он, Гуров и Орлов, обменялись взглядами.

– Это что же получается? – медленно проговорил Орлов. – Вавилов притворялся, что ревнует жену?

– Вот именно, Петр! – подал голос Гуров. – Я подумал о том же самом, когда Светлов упомянул, что видел Алика в компании мужчины на черной «Тойоте» «Ленд Крузер»!

– А я проверил: Вавилов развелся с женой и оставил ее фактически без гроша, – поддержал его Крячко. – На заседании суда – пришлось напрячься, чтобы мне предоставили эту информацию, – Вавилов предъявил доказательства измены жены в виде фотографий. Откуда они могли у него взяться, если он, как говорится, был ни сном ни духом и узнал об этом романе случайно? И еще – ни в какой командировке в Орле он не был! А был в Крыму!

– Но зачем ему убивать Алика? – недоуменно спросил Орлов.

– Возможны разные варианты, – пожал плечами Гуров. – Как мы выяснили, Алик Веретенников зарабатывал на жизнь своеобразным бизнесом, подставляя чужих жен по заказу их мужей. Вот откуда у него на карте значится такая крупная сумма! И Вавилов был его первым заказчиком.

– Вот интересно, а как на него вышел сам Вавилов? – спросил Орлов.

– Через Виолу! – убежденно подал голос Крячко. – Хозяйку модельного агентства. Я сразу понял – неспроста эта бабенка так нервничает! И уволила она его по той же причине!

– Так а шантаж-то тут при чем? – Орлов никак не мог понять своих подопечных, которые ориентировались в ситуации явно лучше его, и от этого начал злиться.

Ответил Гуров:

– Самый простой вариант: Алик начал его шантажировать. Он же для чего-то хранил у себя фотографии его жены! Помните, Веретенников рассчитывал вернуться из Крыма с крупной суммой денег? Скорее всего, Вавилов обещал заплатить ему их там. Наверное, наврал, что как раз будет там в командировке. Или просто предложил это место для встречи, чтобы не светиться в Москве.