Грязная жизнь - Владимир Колычев

Если ему прощают ствол, значит, у ментов против него есть что-то более серьезное.

У него своя команда. Сорок стволов. Круто «подкованы» пацаны. И все благодаря каким-то двум типам, взявшим над ним шефство. С его подачи он увеличил свою банду с пятнадцати до полусотни пацанов и начал захватывать чужие территории. И преуспел в этом. Теперь у него есть свои «пастбища», с них он может долго и хорошо кормиться. Много народу положил, и своего и чужого. И менты об этом, конечно же, знают. Но он лично никого не убивал, разве что в общей сваре на «разборках». Там ведь хрен кто что разберет.

– Гражданин Куницын, я имею все основания предъявить вам обвинение в организации незаконного вооруженного формирования.

Может, но не предъявит. Гораздо легче упрятать его за решетку за тот же ствол. И срок не меньший.

– Предъявляйте, – пожал плечами Кнопарь.

– Думаю, мы с этим повременим. – «Следак» не моргнул и глазом. – Прежде всего, я должен у вас кое-что выяснить.

– Давайте валяйте.

– Под вашим началом незаконное вооруженное формирование, иными словами, банда. Ваша организация довольно крепкая, имеет определенный вес. И все это за относительно короткий срок. Как вам это удалось?

– Не понимаю, о чем вы говорите!

– Кто помогал вам сколотить и вооружить банду? Кто указывал вам, что и как делать?..

– Я не понимаю, про какую банду идет речь!

Этот «следак» явно зарапортовался. Вроде как обвинение в создании банды клеить ему собирается. А хрена с два у него есть основания! Ни хрена этот мент не знает. И не узнает!

Кнопарь чувствовал себя уверенно. И понаглеть хотелось.

– Ладно, о банде чуть позже. Сначала о вас лично. Гражданин Куницын, вы обвиняетесь в убийстве гражданки Уваровой.

– Что?!

Кнопарь потух, в горле запершило, ладони сделались влажными и липкими.

– Пожалуйста, полюбуйтесь! – Мент вынул из папки и бросил на стол перед ним несколько цветных фотографий.

Лесная поляна, «Москвич» Худого, девка голая на капоте, ноги вверх задраны. И он, Кнопарь, к ней пристроился. Потом его сменил Клейстер, за ним на нее забрался Пузик. Всех Людка обслужила. И всех заснял на пленку какой-то урод.

Летом было дело. Полгода назад. Нажрались они и давай на тачке по району своему выкатывать. А потом в соседние кварталы заглянули, деваху одну выцепили, в машину затащили и айда на природу. Трахали ее до полного нестояния. А потом куражиться над ней стали. Кнопарь ей звезду «пикой» на груди вырезал, а Пузик окурки о живот ее тушил. Людка орала. Но они ей рот живо заткнули. Сначала кулаком пару раз промеж глаз съездили, а затем Худой ей рот носками своими стоячими законопатил. В конце «спектакля» Кнопарь у нее «роды принял». Пузо ножом распорол – это у него кесаревым сечением называлось. Девка копыта и отбросила.

А кто-то в кустах отснял эту сцену. На последнем снимке он вонзал нож в живот Людке. И кровь так ярко запечатлена.

– Фотографии эти нам какой-то фотоохотник передал. Он пожелал остаться неизвестным, – злорадствовал мент. – Полгода держал их у себя, боялся с вами, бандитами, связываться. Но вот замучила-таки совесть.

– Это фотомонтаж, – подавленно пробормотал Кнопарь.

– Дело в том, что мы нашли место, где вы закопали труп. И нож ваш там тоже лежал. Кстати, вы даже не потрудились стереть ваши пальчики.

Да, не потрудился. Бухой в дуплет был. А ни Худой, ни Клейстер, ни Пузик не подсказали ему, что «пику» протереть надо. Козлы!

– Ваша вина доказана полностью. Самое меньшее, вы получите пятнадцать лет.

Кнопарь схватился за голову и тихо застонал от безысходности. Пятнадцать лет! Это же целая жизнь.

– И в изнасиловании вам будет предъявлено обвинение, можете в этом не сомневаться. А вы знаете, что это значит?

На зоне его петухом сделают – вот что это значит. И насрать, что он главарь банды.

Хоть в петлю лезь.

– Но у вас есть возможность избежать обвинения в изнасиловании. Мало того, я оформлю вам явку с повинной – это будет учтено на суде, и вы получите меньший срок.

– Что? Что я должен сделать?

С отчаянием утопающего схватился Кнопарь за эту соломинку.

– Сколько человек в вашей банде? – быстро и жестко спросил следователь.

– Сорок три, – так же четко ответил Кнопарь.

– Сфера влияния?

– Оптовый рынок, гостиница, два ресторана, супермаркет, торговые ряды.

– Наркотики?

– Да ну их на хрен!

– Проституция?

– Да, девок с десяток.

– Кто обеспечивал оружием?

Вопросы сыпались как из автомата. Только успевай отвечать. И Кнопарь отвечал. Но тут замялся.

– Сами достали.

– Каждый неверный ответ будет стоить вам одного дополнительного года отсидки, – предупредил следователь.

– Два мужика каких-то приходили, – выпалил Кнопарь. – Оружием обещали помочь, деньгами.

– И помогли?

– Помогли. В два счета я раскрутился. Теперь я величина.

– Это уже в прошедшем времени. Как зовут этих мужчин? Кто они, откуда? Как выйти на них?

Кнопарь задумался. Лицо его перекосило от ужаса.

– Убейте меня, не знаю!

– Я же предупреждал.

– Но я действительно ни черта не знаю. Они как привидения. Появятся и исчезнут. И следов за собой не оставляют.

А он и в самом деле не знал, как зовут тех мужиков. Даже кликух своих не оставили. Кто они, какой масти, с чем их едят. И выхода на них у Кнопаря не было. Кто-то сам ему звонил, когда было нужно. То от них помощь шла – стволы, бабки, тачки, рации, наводки и советы, а то и приказы – «быков» к указанному месту подогнать. А в последнее время свой процент с «пастбищ» и девочек скачивать стали. На этом их отношения прекращались. Ни теплых встреч где-нибудь в сауне, ни застолий в кабаках.

– Мне нужны их отпечатки пальцев.

– Да они всегда в перчатках ходят.

– А в лицо-то ты их хоть помнишь?

– В лицо помню.

– Фоторобот можешь составить?

– Да, могу. Только с мыслями собраться надо. Щас у меня в мозгах все типа наизнанку.

– Думаю, до завтра ты с мыслями соберешься.

– Да постараюсь.

«Следак» вызвал конвой, и Кнопаря отвели в камеру.

Настроение ни в дугу. Волком выть хотелось. Сокамерники его не донимали – как-никак был главарем банды. Один из его соседей из блатных, второй, так же как и Кнопарь, бандит «новой волны» по кличке Штопор – его, кстати, только что «зачалили» в «хату», третий – какой-то чушок. На чушке братки и отыгрывались. Под нарами ползать на коленях заставляли, танцевать вприсядку «любезно» просили. Как будто Кнопаря развеселить хотели.