Метка смерти - Андреас Грубер

К счастью, перед Конгресс-холлом дежурили две машины скорой помощи на случай инцидентов во время демонстраций. Одна из них отвезла Кржистофа в университетский медицинский центр в Лейдене.

Снейдер понятия не имел, как у того дела, и, сидя в наручниках в глухом кабинете где-то на территории Конгресс-холла, мысленно казнил себя за то, что вообще втянул Кржистофа в эту историю.

Впрочем, в колонии Вайтерштадт Кржистоф уже давно прикончил бы аптекаря-педофила и получил пятнадцать лет за убийство.

Правда, сейчас Снейдер задавался вопросом, что лучше. Умереть от ножевого ранения в шею в надежде на посмертную награду от БКА или сидеть в десятиметровой камере с телевизором и видеофильмами с Джейн Сеймур.

Между полицейскими допросами Снейдеру позволили сделать один звонок. Он выбрал секретаршу Дирка ван Нистельроя, которая как раз до смерти скучала на заседании Европола. Она должна была позаботиться о том, чтобы Кржистоф получил хорошую медицинскую помощь и БКА взяло на себя больничные расходы.

Секретарша пообещала немедленно этим заняться, а потом передала трубку ван Нистельрою. И с этого началась вся неразбериха!

Через тридцать минут – Снейдер по-прежнему сидел один – дверь распахнулась и в кабинет вошел Дирк ван Нистельрой. Без комментариев он сел за стол напротив Снейдера. Его бабочка сидела криво. Он ничего не говорил, но его желваки работали, как будто он пытался разгрызть кусок железа.

– Избавь меня от нравоучений! Я знаю, что мое служебное оружие отправится в нидерландскую камеру вещественных доказательств – опять, – сказал Снейдер. – Но на это у нас сейчас нет времени.

Ван Нистельрой действительно не стал устраивать ему головомойку. Вместо этого положил руки на стол и откашлялся.

– Я говорил с нидерландской уголовной полицией. Очевидно, Томас Шэффер скрылся, взяв доктора Лунгстрёма в заложники. Его разыскивают. Все стоянки такси, аэропорты, автобусные и железнодорожные вокзалы, станции метро и пригородные электрички находятся под наблюдением.

Снейдер рассерженно покачал головой.

– Они не там ищут. Его там нет.

– А ты, конечно, знаешь, где он? – язвительно спросил ван Нистельрой.

– Да, ты должен с ними поговорить – меня они не слушают.

– Меня тоже, – выдавил ван Нистельрой через сжатые губы. – Они хотят как можно скорее избавиться от нас – в чем я даже не могу их винить.

– Ты серьезно?

– Вместо того чтобы действовать в одиночку, ты должен был вызвать подкрепление.

У Снейдера перехватило дыхание.

– У меня не было другого выбора!

– Думаешь, это кого-то интересует? – повысил голос ван Нистельрой.

– Если им удастся от нас избавиться, то Лунгстрём умрет, а Томас Шэффер навсегда исчезнет, – выдавил Снейдер. – Я вижу только одну возможность: избавь меня от нидерландской полиции, достань мне оружие, и я разберусь с Шэффером и спасу Лунгстрёма.

– Забудь об этом! – перебил его ван Нистельрой.

Снейдер подвинулся вперед на край стула и понизил голос, на случай если их прослушивали.

– Я знаю, как мыслит Шэффер. Я его обучал, затем он был в армии. Он работает, как часовой механизм.

Ван Нистельрой помотал головой.

– Он мог убить Лунгстрёма, но не стал. Это была его самая большая ошибка.

– Он не совершает ошибок, – возразил Снейдер. – Он оставил Лунгстрёма в живых, потому что хотел, чтобы я последовал за ним.

– И куда?

– Это знает Кржистоф.

– Его как раз оперируют.

Снейдер сжал руку в кулак.

– Полагаю, Шэффер ждет меня у гаагского яхтенного причала.

– С чего ты так решил?

– На мой взгляд, существует только эта возможность, – размышлял Снейдер. – Предположительно, оттуда он хочет незаметно скрыться по морю или вдоль побережья. Там десятки лазеек, которые полиция не может проверить. А через свои или бывшие военные источники Майбах он отлично проинформирован о различных контрабандных маршрутах наркотиков.

– Чушь! – возразил ван Нистельрой. – В Констанце он уже ушел на лодке по воде. Самое главное правило при побеге: ломай свой шаблон поведения и никогда не повторяйся!

Снейдер ударил кулаком по ладони.

– Именно по этой причине Шэффер снова так сделает, – прошипел он. – Потому что никто на это не рассчитывает.

Желваки ван Нистельроя снова заходили. Наконец он прищурился.

– Значит, яхтенный причал.

Снейдер кивнул.

– Там пришвартовано больше всего лодок, – прошептал он. – Быстрые моторные яхты с компасами, навигаторами, радарами и рацией, сигнальными ракетницами и всевозможными интернациональными флагами. Для человека со знаниями Шэффера – просто рай. К тому же на каждой лодке есть медицинская аптечка: он, вероятно, ранен и должен регулярно менять повязку, потому что Мартинелли подстрелила его в Констанце.