Пролетая над пучком петрушки - Наталья Александрова

– Еще и валерьянки? – донеслось из Лениной комнаты. – С тобой не то что валерьянку, я скоро сильнодействующие успокоительные принимать начну! Ладно, есть пузырек, я его от Аскольда прячу…

Лола уже была у него. Леня достал из ящика стола пузырек и протянул боевой подруге. В дверях немедленно появился Аскольд с задумчивым и мечтательным выражением на морде.

– Аскольд, возьми себя в лапы! – Леня строго посмотрел на своего любимца. – Ты солидный, авторитетный кот, а не какой-нибудь токсикоман.

В это время где-то поблизости раздался оглушительный лай.

– Пуишечка, детка, что с тобой? – Лола понеслась на выручку песику.

Леня, почувствовав неладное, последовал за ней.

В гостиной они застали следующую картину.

Мужичок с крысиной мордочкой стоял на стуле возле открытого шкафа. В руках у него была старинная бронзовая пепельница, которую Лола недели две назад убрала подальше, поскольку ее раздражал этот старомодный предмет, совершенно не сочетающийся с обстановкой комнаты.

Вокруг стула носился Пу И, заливаясь истошным лаем.

– Что это вы делаете? – поинтересовалась Лола.

– Я… ничего, – залепетал мужичок. – Только зашел посмотреть, как живут приличные люди, а ваша собака на меня как набросится…

– Посмотреть, значит? – понимающе кивнул Леня. – А шкаф зачем открыл? А пепельница почему у тебя в руках?

– Уберите собаку! – воскликнул незадачливый вор. – Я очень боюсь собак!

– При твоей профессии это очень некстати. – Леня осуждающе покачал головой. – Ладно. Пу И, ко мне!

Но Пу И и не думал подчиняться. Он залаял еще громче и попытался подпрыгнуть и достать штанину воришки.

– Видишь, не слушается, – вздохнул Леня. – Уж очень воров не любит.

– Я отдам, я все отдам, – захныкал тот, – только уберите его!

– Так и быть, – снисходительно вздохнула Лола. – Пуишечка, детка, иди ко мне!

На этот раз Пу И послушался – тявкнул в последний раз и вскочил на руки к хозяйке. Вор боязливо слез и положил пепельницу на стол.

– Одного не пойму, – задумчиво проговорил Маркиз, – зачем тебе понадобилась эта пепельница?

– Бес попутал! – просто ответил воришка.

– Это все, что ты спер?

– Все, честное благородное слово! – Для верности он перекрестился и осторожно двинулся к выходу. Стоило ему, однако, поравняться с Лолой, как Пу И угрожающе зарычал.

– А вот Пу И считает, что ты выложил не всю добычу! – Маркиз кивнул на подозрительно оттопыренные карманы крысомордого типа.

– Ах, это? – смутился тот. – Это я забыл, у меня, знаете, память не очень. – Он выложил на стол блокнот-ежедневник в кожаной обложке, серебряную конфетницу, Лолин мобильный телефон, фарфоровую статуэтку «Девочка с шариками», которую Лола в помрачении рассудка приобрела пару лет назад в пражской сувенирной лавке. Последним появился мешочек с сушеной лавандой.

– Сам не знаю, как это все ко мне попало, – смущенно проговорил воришка, разглядывая трофеи.

– Ага, наверное, это Пу И все тебе подсунул, – процедила Лола и крепче прижала к груди своего любимца.

– Понимаете, – воришка развел руками и всхлипнул, – у меня было тяжелое детство, я был лишен родительской ласки…

– Сейчас расплачемся! – перебила его Лола.

Воришка всхлипнул, вытащил из кармана брюк носовой платок, и из него, как из шляпы фокусника, вылетели бархатная подушечка для иголок, несколько серебряных чайных ложечек и деревянная скалка для теста.

– Больше ты ничего не забыл? – Маркиз позеленел от злости.

– Ничего! Честное, благородное слово! На этот раз действительно ничего! – Воришка ударил себя кулаком в грудь.

– А скалка-то тебе зачем? – поинтересовалась Лола.

– Случайно попала под руку, – вздохнул воришка, но тут же поправился: – Антонина Ивановна просила принести скалку, если где попадется. Понимаете, сейчас так трудно найти в магазине приличную деревянную скалку…

– Антонина Ивановна? – перебила Лола. – Это еще кто такая?

– Антонина Ивановна – это моя супруга. В смысле не совсем супруга, – вор заметно порозовел, – мы с ней вообще-то не зарегистрированы. Но она очень хорошая женщина!

– Слушай, ты, жертва тяжелого детства, – вмешался Маркиз. – Меня совершенно не интересуют подробности твоей личной жизни. Проваливай по-хорошему, а то я спущу на тебя этого волкодава!

Пу И зарычал, как настоящая собака, и показал вору клыки. Клыки были маленькие, но вполне настоящие.

Вор побледнел и устремился прочь.

Закрыв за ним дверь, Маркиз повернулся к Лоле:

– Теперь видишь, к чему привел твой дурацкий поступок? Нас едва не обворовали! Ты представляешь, какой удар это нанесло бы моей профессиональной репутации? Меня, мошенника высшего класса, обворовала какая-то пузатая мелочь!

«Зануда», – подумала Лола.

– Когда я научу тебя думать головой, а не другими частями тела? – окончательно разошелся Маркиз.

– Знаешь что! – вспыхнула Лола. – Ты говори, да не заговаривайся!

Маркиз не слышал. Он перевел дыхание и мрачно подытожил:

– Боюсь, на этом дело не закончится.

Как в воду глядел: в дверь снова позвонили.

– Это черт знает что! – пророкотал Маркиз.

– Но я же просила эту чертову консьержку никого не пускать, – жалобно проговорила Лола.

– Нечего сваливать на консьержку, – оборвал Маркиз. – Открывай, раз пришли! И на этот раз не вздумай оставлять своих посетителей без присмотра!

Лола вздохнула и пошла к двери.

На пороге стоял мужчина, несколько более приличный, чем предыдущий посетитель. Этот был средних лет, с аккуратной стрижкой, в приличном, хотя и старомодном сером плаще и начищенных ботинках. Правда, и плащ и ботинки были не новыми, и сам гость выглядел несколько потертым. Явно он принадлежал к тем, о ком говорят, что они знавали лучшие времена.

– Пардон. – Незнакомец слегка склонил голову. – Видимо, вы дали объявление о часах?

Леня, все еще клокоча от возмущения, выступил из-за спины боевой подруги:

– Все! Отдали эти часы! Только что отдали!

– Как отдали? – Новый гость заметно побледнел. – Кому отдали?

– Такому плюгавому типу с хохолком, – выпалил Маркиз. – Прямо перед вами ушел.

– Как же так? – пробормотал гость. – Что же делать?

– За вещами своими следить! – выпалил Леня и двинулся грудью на незнакомца. – Все, убирайтесь отсюда! Надоело выслушивать всякую ерунду!

Тот еще что-то хотел сказать, но Леня вытолкал его на лестничную площадку и захлопнул дверь.