С двумя сразу - Владимир Колычев

— Что, не ждала? — зло спросила та.

Яна пальцем целилась ей в живот, а другую руку держала за спиной.

— Я перед тобой ни в чем не виновата. Семен ушел от тебя еще до меня.

— Ушел. Но вернулся. А потом снова меня бросил! Будь ты проклята! — С этими словами Яна выдернула из-за спины руку.

Лена увидела склянку с желтоватой жидкостью. Это могла быть кислота, которую соперница собиралась выплеснуть ей в лицо.

Лена в панике потянула на себя дверь, и та стукнула Яну по руке. Склянка вылетела из пальцев, ударилась о стену, кислота разлилась. Капли перелетели через порог. Лену они не задели, зато досталось Яне. Кислота попала ей на руку. Она закричала от боли и от злости.

Вдруг появился Семен.

— Ты что делаешь, дура?! — заорал он, хватая Яну за руку.

— Ненавижу! — провизжала та. — Будьте все прокляты!

Яна бесновалась, но это не помешало Семену затащить ее в ванную и промыть руку, обожженную кислотой.

— Вызывай «Скорую»!

— И полицию, — заявила Лена.

— Не надо полицию! — Он глянул на нее так, как будто это она плеснула в Яну кислотой.

— Ну почему же?

— Я же сказал, не надо!

— Я вас ненавижу! — как резаная заорала Яна.

Семен отвесил ей пощечину, которая хоть как-то отрезвила ее. Из глаз Яны хлынули слезы, из груди вырвались рыдания.

Лена понимала, что самолечением в таких случаях лучше не заниматься, но «Скорую помощь» вызывала неохотно. На руке у Яны останутся ожоги. Так ей и надо! Ведь эта сука запросто могла обезобразить ей лицо. Замешкайся Лена хоть чуть-чуть, и Семен смывал бы кислоту с нее. Возможно, вместе со зрачками.

Она пообещала Семену не обращаться в полицию, затем замкнулась в себе, полностью отключила связь с внешним миром.

Из ступора Семен выводил ее водкой.

— Почему ты ее не убил? — спросила она.

— Я понимаю, ты не в себе, но больше так не говори.

— Ты должен был ее убить!

— Лена!.. — гаркнул он.

Это окончательно привело ее в чувство.

— Ты хоть понимаешь, что произошло? — спросила она.

— Понимаю. У Яны съехала крыша.

— Не съехала, а обрушилась на меня!

— Она больше не будет.

— А если будет? Вдруг она сделает меня уродиной?

— Тогда я ее точно убью!

— Думаешь, мне станет от этого легче?

— А тебе станет легче, если я прикончу ее сейчас?

— Не надо ее убивать.

Лена и сама видела, что переборщила. Но Семен должен был понимать, что с ней случилась истерика. В таком состоянии она могла наговорить все, что угодно.

— Не надо, — согласился он, внимательно глядя на нее.

— Со мной все нормально. Я в адеквате.

— Точно?

— Неужели ты всерьез думаешь, что я могла бы убить человека?

— В состоянии аффекта всякое бывает.

— А в каком состоянии была Яна?.. Она исполняла свой план с холодной головой!

— С Яной все кончено.

— А если бы она облила меня кислотой, то кончено было бы со мной.

— Нет. Я бы тебя не бросил, — заявил Семен.

Лена ему не поверила. Если он ушел к Яне, испугавшись серьезных отношений, то от изуродованной невесты обязательно сбежит.

— Она могла выжечь мне глаза!

Семен ничего не сказал, снова налил в стакан водки.

Кислота пролетела мимо. Яна исчезла из их жизни. Остался только стресс, и она должна была его снять.

Лена выпила и сказала:

— Водка лучше кислоты.

После третьей стопки ее совсем отпустило.

— Это не я ударила Яну дверью, — проговорила она. — Сама судьба отвела ее руку.

— Очень хорошо, что ты это поняла.

— Судьба должна и дальше хранить нас.

— Даже не сомневайся в этом.

— А где наша осетрина?

Пока Семен накрывал стол, Лена слила в стакан остатки водки. Но выпила только после того, как он кивнул ей в знак одобрения, и получила за это жирный кусок осетрины.

— Теперь ты можешь взять меня в плен, — сказала она, приклеивая подбородок к груди.

— Беру.

Семен взял ее на руки, уложил на кровать. Лена свернулась калачиком, и он заботливо укрыл тонким пледом. Ее жених правильно понял, что секс ей сейчас не нужен. У них для этого будет целая жизнь.

Шизофрения развивается постепенно, от одного приступа к другому. Рома Харитонов стал наглядным примером тому. Период ремиссии затянулся на целый месяц, потом бес вновь выскочил из табакерки.

— Ваше право сделать мне такой подарок, мое — от него отказаться, — сказала Лена.

Рома, что называется, дошел до ручки. Он подарил Лене кабриолет за девять миллионов. Купил машину и без спроса оформил на ее имя. Непонятно было, где этот тип взял ее паспортные данные.

— Откажись. Пусть машина стоит во дворе, под дождем. Можешь даже опустить крышу.

— Я еще раз говорю, что не могу принять такой подарок, — заявила Лена и упрямо мотнула головой.

Если бы Рома был ее мужчиной, то она скакала бы на каблуках от радости. Но он, во-первых, ей никто, во-вторых, больной на всю голову. В-третьих, есть некая Юлька, которая может приревновать Рому и плеснуть ей в лицо кислотой. Или просто убить.

— А я говорю, что мне все равно, как ты им распорядишься. Главное, что я сдержал свое слово. Теперь мы можем поговорить о нашем с тобой будущем.

— Я не брала с тебя слово.

— Брала.

— Я просто сказала…

— Но сказала!

— У нас нет будущего.

— Я, конечно, не так хорош собой, как твой Семен. Но мужчина и не должен быть красавцем. Если он, конечно, не голубой. А твой Семен и есть самый натуральный педик!

Лена без сил опустилась в кресло и закрыла лицо руками. У нее не было сил слушать бред этого сумасшедшего.

— Ты думаешь, я псих? — спросил он.

Лена опустила руки и с надеждой глянула на него. Признание своего душевного расстройства — первый шаг к выздоровлению. Может, еще не все потеряно?

— Да, я схожу по тебе с ума, но не псих. Если ты не хочешь быть со мной, то я уйду. Но машина остается за тобой. В память о нашей встрече. — Рома попрощался и ушел.

Лена еще какое-то время смотрела на закрытую дверь. Она не могла поверить, что он оставил ее в покое.