Портрет Кровавой графини - Наталья Александрова

Этот аргумент заставил Надежду Николаевну принять решение. Нет, нужно заставить телефон умолкнуть! Она наклонилась над трупом, с неприятным чувством сунула руку в карман, чувствуя себя мародером, вытащила оттуда телефон и нажала на кнопку отбоя…

Телефон замолчал, Надежда плотнее притворила дверь кладовки и с облегчением перевела дух. И только теперь до нее дошло, что она могла поступить гораздо проще – не шарить по карманам покойника, а нажать кнопку отбоя на своем телефоне. Ну, как говорится, умная мысля приходит опосля…

Тем временем шаги приближались. Теперь Надежда отчетливо слышала, что по галерее идут, негромко переговариваясь, два человека.

– Ну, какой тут светильник мигает? – ворчал один из них.

– Да вот же, Степаныч, ты что, не видишь?

– Да я-то, может, и вижу, а кроме нас с тобой, никто не видит! В этот коридор ни одна душа не заглядывает, так не все ли равно, мигает он или не мигает?

– Душа-то, может, и не заглядывает, а Антонина Максимовна может заглянуть, ты ведь ее, Степаныч, знаешь! Она всюду норовит свой нос сунуть! А ежели она этот светильник увидит, нам с тобой достанется! Ты ведь ее знаешь, она непорядок не любит!

– Это тебе, может, достанется, а мне на нее наплевать! Я – человек маленький, что она мне сделает? Уволит, что ли? Да где она другого дурака найдет за такие деньги?

– Это ты сейчас, Степаныч, храбришься, пока ее тут нет. А как ее увидишь – сразу пойдешь на попятный… ты ее знаешь, Антонину Максимовну, она умеет страху нагнать… и вообще, Степаныч, что же я, зря стремянку тащил? Давай уж, полезай, тут всей работы, может, на пять минут! С твоей-то квалификацией!

Если этот человек надеялся, что такая примитивная лесть поможет ему уговорить Степаныча, то его надежды не оправдались.

– Много ты понимаешь – на пять! – ответил тот недовольно. – У меня, может, отвертки нету подходящей, полукрестовой, а без отвертки тут делать нечего! Только зря проваландаюсь…

– Что же ты, Степаныч, отвертку не взял? Ты же знал, что она понадобится!

– Знал, не знал – что сейчас-то говорить? Короче, раз нету отвертки, нечего и пытаться…

– Погоди, Степаныч, тут ведь кладовка есть… сейчас я погляжу, может, там отвертка найдется…

Шаги приблизились к Надеждиному укрытию.

Она замерла от страха, сжалась в комок и даже перестала дышать, чтобы не выдать себя случайным звуком. Вот сейчас этот человек откроет дверцу, заглянет сюда и увидит ее рядом с трупом… а дальше – все то, о чем она только что с таким ужасом думала… ее арестуют, отведут в полицию, продержат там неизвестно сколько времени, и в конечном счете вся эта история дойдет до мужа… нет, только не это!

Дверь кладовки уже скрипнула, готовясь открыться, но тут с галереи донесся голос несговорчивого Степаныча:

– Стой, не ходи в кладовку! Кажись, я нашел ту отвертку… ну да, вот она, та самая!

– Ну вот, давно бы так!

Дверь кладовки снова плотно закрылась, и на какое-то время наступила тишина. Затем снова донесся голос Степаныча:

– Да кто же тут так напутал? Провода болтаются, болты как следует не закреплены… удивительно, как вообще до сих пор короткого замыкания не было! Руки бы тому человеку оборвать, кто это сделал! Руки оборвать по самый локоть!

– Так это ты же и делал, Степаныч! Кроме тебя, тут никто не хозяйничал!

– Я? Да не может быть… а хотя да, точно, я… ну, так все и сделано по уму, как положено! Мастерство, его, брат, не пропьешь! Вот видишь, больше не мигает!

– Ну, я же говорил, что ты все за пять минут починишь! С твоей квалификацией…

Из-за двери снова донеслись шаги, на этот раз удаляющиеся.

Надежда перевела дыхание, выждала для верности еще пару минут и потянула дверь на себя… Дверь не поддавалась.

Надежда похолодела. Неужели тот человек, который хотел открыть дверь кладовки, запер ее? И теперь Надежде Николаевне суждено остаться здесь наедине с трупом до тех пор, пока кто-нибудь из работников центра не придет сюда по своим делам? А когда найдет ее здесь, рядом с покойником, со всеми вытекающими последствиями…

А если вообще никто не придет? Ну незачем им сюда ходить, ничего нужного в этой кладовке не лежит. Про эту кладовку могут забыть надолго. И тогда лет через десять, когда будут делать ремонт или перестраивать торговый центр, в кладовке найдут два скелета – ее и этого типа… Ужас какой!

Надежда постаралась успокоиться и взять себя в руки, больше ей ничего не оставалось. Переведя дух и сосчитав до десяти, она еще раз потянула за ручку двери… Дверь по-прежнему не открывалась.

Стараясь не оглядываться на покойника, она толкнула дверь… и та легко открылась. Действительно, дверь открывалась наружу, а не внутрь. Слава богу!

Надежда выглянула из кладовки, опасливо огляделась по сторонам. Убедившись, что на галерее нет ни души, она последний раз посмотрела на мертвого шантажиста, выскользнула наружу и припустила к ближайшему эскалатору.

Через две минуты Надежда Николаевна была уже внизу, в атриуме, среди суетящейся и спешащей толпы. Здесь она почувствовала себя немного увереннее, однако поспешила покинуть торговый центр.

Оказавшись на улице, она замедлила шаги, чтобы не привлекать внимания прохожих. На глаза ей попалась небольшая, с виду приличная кофейня. Внезапно Надежда осознала, что после перенесенного стресса ей страшно захотелось что-нибудь съесть и выпить чашку хорошего кофе.

Она вошла в кофейню и устроилась за свободным столиком. К ней тут же подошла немолодая официантка.

– Женщина, – проговорила она сочувственно, – что-то вы совсем бледная… надо вам кофе покрепче…

– Да, обязательно! – согласилась Надежда. – Мне большой капучино с шоколадом и… у вас какие пирожные есть?

– «Наполеон» есть, и миндальный торт… есть еще пирожные серии «фитнес» с низким содержанием калорий…

– Сегодня никакого фитнеса! Значит, так… большой капучино и кусок миндального торта! – решительно заявила Надежда.

Она решила на время забыть о похудении и поддержать организм калорийной и вкусной пищей.

Официантка отправилась выполнять заказ, а Надежда полезла в сумочку за кошельком, чтобы проверить, сколько у нее денег. И тут с удивлением обнаружила в своей сумке целых три мобильных телефона.

Видимо, от перенесенных за этот день переживаний ее острый аналитический ум несколько притупился. Надежда аккуратно выложила телефоны в ряд и растерянно смотрела на них, пытаясь понять, почему их так много.

Ну, вот этот, самый красивый и современный, – ее собственный, муж подарил его на день рождения. Вспомнив о Сан Саныче, Надежда тяжело вздохнула.

Второй телефон, простенький и дешевый, – тот, который она подобрала на похоронах. Тот, который зазвонил в кармане у покойного Константина. И из-за которого она оказалась замешана в самый настоящий криминал. Впрочем, ей не впервой.