Новая версия - Сергей Ковальчук

— Ладно, Саша, убедил, я буду считать эту твою самодеятельность досадным недоразумением, — смягчился Минк, — а теперь слушай меня внимательно…

* * *

Возвратившись из Северово, Мыльников собрал «семью»:

— Минк мне поверил. Мы решили создать новую компанию под названием «Третий Рим Трейдинг» и перевести оборотные средства из ООО «Минк» туда. Кроме того, мне удалось под маркой увеличения доли рынка, которую мы будем контролировать в будущем, уговорить его перечислить нам еще 10 миллионов баксов. Наш «Опт-Трейд» придется ликвидировать. — Он торжествующе улыбался.

— Саш, а какая доля в новой компании будет твоей? — осведомился тесть.

— Все те же 10 %. А теперь к главному. План наших действий таков. После того, как мы зарегистрируем новую компанию, накачаем ее деньгами Минка, перезаключим на нее договоры с поставщиками и магазинами, мы организуем свою, новую компанию, назовем ее, к примеру, «Торг-Опт». Учредителем выступлю я, а генеральным директором и главным бухгалтером станет Мария Федоровна. — Он многозначительно посмотрел на тещу. — После этого, немного поработав и «отъев» у конкурентов долю рынка — а я думаю, что мы должны иметь ее на уровне 35–40 % по бытовой химии и процентов тридцать по продуктам — мы переведем с «Третьего Рима» на «Торг-Опт» все финансовые потоки. Для этого мы попросту разошлем всем поставщикам и магазинам письма, в которых будет утверждаться, что правопреемником находящегося в стадии ликвидации ООО «Третий Рим Трейдинг» является ООО «Торг-Опт». — Мыльников гаденько улыбнулся.

— В этих письмах мы попросим контрагентов перечислять деньги по договорам, заключенным с ООО «Третий Рим Трейдинг», на счет ООО «Торг-Опт». И все!

— Саша, а ты не боишься, что после этого Минк точно тебя убьет, — взволнованно спросил тесть, — а с тобой и всех нас?

— Да, — поддержала тестя мать, — а потом, сколько мы так проработаем? Да тебя сразу же сдадут Минку. Сами поставщики тоже могут усомниться и начнут названивать ему в Северово. Даже если у нас и получится, сколько мы так проработаем — месяц, два? Ну полгода максимум, а что потом? Прилетит Минк — и нас либо пересажают, либо и вправду поубивают?!

— Я все продумал. Вряд ли контрагенты станут названивать Минку в Северово. В нашем распоряжении будут печати обеих компаний. Для убедительности в письмах мы будем ставить оба оттиска, чтобы у них было меньше оснований нас подозревать.

— Саш, но ведь это же статья, — прошептала жена.

— Послушайте меня внимательно, я еще не договорил! — начал закипать Мыльников. — Я пробивал, у Минка сейчас тяжелая ситуация, он схватился со Смирновым за губернаторское кресло и вряд ли выиграет в этой войне, потому что кандидатуру Смирнова поддерживает сам Президент. Кроме того, Минк воюет на два фронта: одной ногой он в политике, а другой в бизнесе. Главный его актив все равно не мы. Вы прекрасно знаете, что в Северовской области пересекаются интересы очень серьезных людей. Там идет жесточайшая война за угольные разрезы, металлургические комбинаты, лесопромышленные предприятия. У Минка там забот — полон рот. Следовательно, в обозримом будущем он в Москву не приедет. Даже если через год-другой он сюда и заявится, к тому времени мы будем уже очень богатыми людьми, а если у него еще и отберут бизнес в Сибири, то он вообще станет никем. Да с такими деньжищами, которые мы заработаем, он сам у нас сядет. А если еще и скооперироваться с его врагами по принципу «враг моего врага — мой друг», — мечтательно улыбнулся он…

* * *

Федор Минк проиграл. Он проиграл выборы Смирнову. В принципе, Федор Петрович понимал, что выиграть у Смирнова он вряд ли сможет.

На стороне его противника был административный ресурс и поддержка Президента. А Минк был ставленником опального экс-губернатора, который своим правлением довел некогда богатейшую и процветавшую в советское время область до ручки.

К выборам, которые состоялись в феврале 1997 года, Северовская область представляла собой глубоко депрессивный, буквально лежавший в руинах регион. Дотации, квоты и вообще все, что приходило из Москвы, разворовывалось на корню. Бюджет области принят не был. Зарплаты людям не выплачивались по полгода. Как во времена революции 1905 года — на заводах организовывались стачкомы, шахтеры перекрывали железнодорожные пути, стуча по рельсам касками и требуя выплатить им кровно заработанные деньги. За контроль над предприятиями велись ожесточенные криминальные войны. Каждый день в прессе и на телевидении появлялись сообщения об убийствах, совершаемых прямо средь бела дня. Регулярно из-за нарушения правил безопасности в шахтах гибли люди.

В этих условиях федеральный центр направил в Северово работавшего до этого в Правительстве России Андрея Смирнова, чтобы хоть немного навести порядок в регионе, где ситуация действующей властью уже не контролировалась.

Надо сказать, что Смирнов не был варягом, поставленным центральной властью во главе региона. Скорее наоборот. Он был коренным северовчанином. С 1992 по 1994 год Андрей Григорьевич являлся спикером Законодательного Собрания области. Будучи убежденным коммунистом и противником действующей в стране власти, он был опытным аппаратным работником и умел находить с этой властью общий язык. Обладая талантом руководителя, имея за спиной громадный опыт работы в народном хозяйстве и на высоких партийных постах, он имел огромный авторитет как среди своих сторонников, так и среди политических противников. Поэтому неудивительно, что после избрания его председателем Законодательного Собрания Смирнов встал в оппозицию к губернатору Кисловскому и их отношения очень быстро переросли в личную вражду.

В те годы ситуация в области очень напоминала ситуацию в самой Москве, где Верховный Совет противостоял Президенту — за исключением, пожалуй, лишь одного. В Северово Парламент из танков не расстреливали, и вооруженного противостояния удалось избежать.

В конце 1994 года Президенту стало окончательно ясно, что двум медведям в одной берлоге не ужиться. Поэтому Смирнов был переведен в Москву на министерскую должность в Правительстве России.

Однако, несмотря на то, что Смирнов был коммунистом, увеличение числа которых в губернаторском корпусе Ельцину было невыгодно, тот, скрипя сердце, все же пошел на то, чтобы назначить Смирнова и.о. губернатора в родную область. Более того, Ельцин стал поддерживать его и на выборах, поскольку иной сильной кандидатуры, способной изменить ситуацию к лучшему, не видел. Ведь продолжение правления Кисловского грозило сильнейшим социальным взрывом среди местного населения.

* * *

Став губернатором, Андрей Григорьевич решил во что бы то ни стало сместить Минка с поста спикера. Получив контроль над Законодательным Собранием, он сумел бы быстро добиться принятия бюджета и запустить все реформы, которые планировал осуществить в области. Минк же со своей депутатской группой были у него, как кость в горле. Над головой Федора Петровича потихоньку сгущались тучи…

— Андрей Григорьевич, разрешите? — На пороге губернаторского кабинета стоял недавно назначенный прокурор области Иван Семеренков.