Сынок министра - Алексей Макеев

Курносов сидел один за столиком полупустого бара. Перед ним стояли кружки с темным густым пивом и разнообразные закуски. При виде запотевшей кружки Стасу до смерти захотелось выпить пива, но он решил держать марку и наотрез отказался от предложенного угощения.

– Виноват, на работе ни-ни! – заявил он, подмигивая. – Начальство у нас строгое. Спиртного духа на дух не переносит – такой вот каламбур! Вам-то, Анатолий Владимирович, проще – сам себе хозяин, верно? Сам себе выговор писать не будешь, ха-ха! – балагуря, Крячко исподволь присматривался к предпринимателю, пытаясь понять, что за человек сидит перед ним.

Курносов показался ему самоуверенным и не слишком добрым типом. Впрочем, Крячко редко встречал добряков, занимавшихся большим бизнесом, они ему как-то не попадались.

Курносов, несомненно, нравился женщинам. Он превосходно одевался, следил за собой, был подтянут и мускулист. Некрасивое, но мужественное лицо его было покрыто ровным шоколадным загаром. «На Кипре небось кайф ловит, эксплуататор трудового народа!» – с веселой завистью подумал Крячко.

– Зря отказываетесь! – заметил Курносов, поднимая тяжелую кружку и сдувая махровую белую пену. – Пиво замечательное, чешское… Я, между прочим, его ни на какое другое не променяю – ни на германское, ни на голландское. Чехи – вот кто лучшие в мире пивовары! А ваше начальство сейчас само, наверное, квасит где-нибудь по кабинетам. Так что зря вы!

– Не зря, Анатолий Владимирович, не зря! – убежденно заявил Крячко. – Вспомните поговорку «с утра выпил – весь день свободен»! Верно ведь, на сто процентов верно! А у меня еще дел невпроворот. Никак мне нельзя расслабляться.

Курносов усмехнулся. Простоватое лицо опера и его невинный треп ввели бизнесмена в заблуждение. Он решил, что перед ним действительно простак, недалекий служака, с которым не будет много хлопот.

– Что мне пара кружек? – сказал он. – Как слону дробина. Вон во Франции за стол вообще без пол-литра не садятся.

– Что вы говорите? – изумился Крячко. – Бывали во Франции?

– Да где я только не бывал! – махнул рукой Курносов и хитро прищурился. – А вы что же, о моих зарубежных впечатлениях поговорить хотели?

– Да нет, что вы! – возразил Крячко. – Просто невольно заслушался. Надо же – в самой Франции побывали!.. Но, однако, мы, действительно, вернемся лучше к нашим баранам. Я ведь вас по делу ищу, Анатолий Владимирович! С Панченко Виталием Андреевичем знакомы?

Лицо у Курносова мигом помрачнело. Глядя в стол, он нехотя ответил:

– Ну, допустим, знаком… А вы поверили ему, что я виноват в том, что его обчистили?

– А вы откуда, Анатолий Владимирович, знаете, что Панченко, извиняюсь, обчистили?

На щеках бизнесмена заиграли желваки.

– Этот козел сам мне позвонил на следующее утро. В истерике бился – наверное, всю трубку слюной забрызгал. По его словам выходит, что это чуть ли не я ему эту сучку в постель положил, а он мягкий и пушистый, как овечка! А он самый настоящий козел, понимаете?!

– Пока с трудом, – мирно ответил Крячко. – Какие-то овечки, козлы, сучки… Давайте без зоологических ассоциаций. Итак, вы знаете, что вашего знакомого обокрали. Чудесно. Тогда я сразу начну с главного. Нам сообщили, что с той женщиной, которая подозревается в краже, познакомили гражданина Панченко именно вы, Анатолий Владимирович. Будьте добры прокомментировать.

– Да что тут комментировать! – раздраженно сказал Курносов, в сердцах отталкивая недопитую кружку и хватаясь за пачку сигарет, лежавшую на столе. – А, кстати, вы мне ни документов своих не показали, ни полномочий своих… А если я не желаю отвечать на ваши вопросы?

– Тогда нам придется вызывать вас на допрос в официальном порядке, Анатолий Владимирович, – мягко пояснил Крячко. – Давайте уж лучше так пока…

– Ну ладно, вообще-то мне особенно и нечего скрывать, – сказал Курносов, удивительно быстро успокаиваясь. – Глупо, конечно, получилось, но я-то тут при чем? У этого Виталия Андреевича к тридцати шести годам голова на плечах могла появиться? Нормальную бабу от шалашовки отличить не может!

– Простите, Анатолий Владимирович, а у вас как с этим делом? Вы-то сразу поняли, что за штучка перед вами?

– Ловите меня на слове? – криво ухмыльнулся Курносов. – Ну, согласен, тоже лоханулся! Выглядела она, эта стерва, по первому классу – ничего не скажешь. И морда просто ангельская. Но я к тому веду, что я-то ее на улице подцепил, а Виталий домой к себе поволок. При ближайшем знакомстве неужели нельзя было сообразить, с кем имеешь дело? А она действительно, того… свистнула колье? – Курносов посмотрел на опера с нескрываемым любопытством. – Или это Виталик страху на меня нагоняет?

– Колье действительно похищено, – спокойно сказал Крячко. – Если верить заявителю. Но у нас нет оснований ему не верить. Поэтому давайте разбираться. Вы говорите, подцепили эту женщину на улице. При каких обстоятельствах?

Курносов наконец щелкнул зажигалкой и закурил. Выпустив к потолку струю дыма, он улыбнулся и снисходительно сказал:

– Ну, какие тут могут быть обстоятельства? Выпили немного, покатались по городу. Потом Панченко предложил зайти в «Палитру». Чего ему не предлагать? За всю ораву я платил. Он это как должное принимал.

– Большая была орава? – поинтересовался Крячко.

– Я, Виталий, еще один тип по фамилии Астахов, – начал перечислять Курносов, загибая пальцы. – Да двоюродный брат Виталия. Ну, в общем, не чужие люди. Я, чтобы вы знали, с Панченко одну школу заканчивал и даже один класс.

– А женщина, значит, посторонняя?

– Женщина посторонняя, – согласился Курносов. – Когда мы из машины вышли, она в переулке стояла неподалеку от входа в клуб. Будто кого-то ждала. Да она так и объяснила, что ждет своего жениха. Наплела мне, что жених у нее офицер какой-то крутой, из особой службы. А мне что? Мне хоть премьер-министр. Предложил ей с нами поужинать, вместо того чтобы на улице торчать. Она поломалась немного для приличия и согласилась. Сказала, что ее суженый вряд ли уже появится. Мне, если честно, она в тот момент показалась приличной особой. Даже на проститутку она не была похожа. Но вот теперь наука – внешность обманчива!

– Это старая истина, Анатолий Владимирович, – заметил Крячко. – Но дело не в этом. Значит, уговорили вы эту даму, и что было дальше? Кстати, как ее имя?

– Назвалась Аленой, – иронически ответил Курносов. – Ну а дальше поднялись мы в ресторан. Наши уже за столиком сидели. Я, как положено, представил новую знакомую. Мужики, естественно, начали хвосты распускать. Знаете, перед красивой бабой даже заморыш старается себя Шварценеггером показать. Ну, здесь больше в словесной форме – кто больше комплиментов наговорит, кто кого переострит. В общем, обычный треп. Потом вина выпили. И тут Виталий вдруг домой засобирался.

– Как это вдруг? – удивился Крячко. – Вы говорите, все в Шварценеггеры подались, а тут вдруг домой – на самом интересном месте… Что-то не вяжется тут у вас.