Небесный телохранитель - Марина Серова

– Вениамин Эдуардович, – представился он. – Добрый день.

Несмотря на его любезный тон, старик вызвал в моей душе легкое состояние тревоги. «В прошлом этот дядька явно занимался криминальными делами, – пронеслось у меня в голове, и я покосилась на глыбообразного охранника. – А скорее всего, здесь и сейчас проворачиваются некие аферы…»

– Евгения, – я постаралась улыбнуться.

– Всегда рад видеть у себя новую гостью. Ко мне нечасто заходят новые покупатели, – прожурчал Вениамин Эдуардович. – В основном мои клиенты – состарившиеся любители старины. Ищете что-то конкретное? Для себя?

– Д-да, – не сразу отозвалась я.

– Буду рад помочь такой очаровательной особе!

– Меня интересует… – Я старательно шарила взглядом по сторонам, пытаясь отыскать в темных углах этой берлоги нужный мне предмет. – Ваза!

– Ваза? – Антиквар расплылся в сладкой улыбке. – Вы зашли точно по адресу! У меня имеется огромный выбор. Вот, посмотрите, чудеснейшая гжель начала двадцатого века…

Сухонькими лапками старичок схватил с одной из полок мелкую посудину.

– Или вот…

Я терпеливо шагала за ним от одной полки к другой, от одного захламленного угла до другого. Из всего этого бардака Вениамин Эдуардович извлекал различные предметы и вдохновенно мне о них вещал. Я слушала его вполуха и глазела по сторонам.

– А во-он та ваза… – в самом дальнем углу, заставленном кучей всякого барахла, я наконец-то заприметила интересовавшую меня вещицу. – Сколько она стоит?

Я решительно отодвинула запыленный торшер, оттащила в сторону картину в тяжеленной раме и коснулась кончиками пальцев глиняного горлышка высоченной – в половину человеческого роста – вазы.

– Сколько? – Я с любопытством разглядывала эту посудину.

Вениамин внимательно следил за каждым моим движением, за моими пальцами, которыми я погладила глиняные бока вазы.

– Должен вас разочаровать, – Вениамин слащаво улыбнулся. – Эта ваза уже продана. За нее оставлен залог. Клиент придет сегодня вечером, чтобы внести оставшуюся часть денег и забрать ее.

Моя искусственная улыбка стала еще шире.

– Шикарная… Шикарная вещь… – продолжала между тем я. – Давно такую искала! И такая досада… Продали, говорите… И за сколько же?

– За пятьсот тысяч, – после минутного колебания произнес он.

– Н-да… – Я перевела взгляд на продавца антикварной лавки и широко улыбнулась. – Хорошая вещь стоит таких денег! Это же Монблан?

– Да-а… Монблан…

Посылая меня на дело, вор не учел одного маленького обстоятельства. Я не была полицейской «ищейкой». Я – бывалый боец, плюс дама я достаточно умная, хитрая и сообразительная. А еще я неплохо разбираюсь в раритетных штучках. Мне достаточно было одного взгляда на всю эту антикварщину, чтобы определиться: из всего барахла, которое антиквар притащил в свою лавку, тут имелась от силы пара-тройка действительно стоящих дельных вещиц. Все остальное – сущий хлам! Впрочем, как и эта ваза – не больше, чем обычный глиняный горшок, красная цена которому – пять рублей. Какой-то умелец разрисовал его под тонкую кисть Монблана, но любой мало-мальски сведущий в этих вопросах человек мог легко распознать дешевую подделку. И за каким чертом Дмитрию Лившицу и его напарнику Сашке понадобилась эта бесполезная посудина, я никак не могла взять в толк… Возможно, это продуманный ход вора, чтобы сбежать от меня, и сейчас вишневая «девятка» уже уносит его по улицам Тарасова в неизвестном для меня направлении. Но что-то мне подсказывало, что не все в этой истории так просто, и тревожно бегавшие выцветшие глазки старика антиквара все больше и больше убеждали меня в этом…

– А может, мне удастся с вами договориться? Уж больно хорошая вещь! Давно такую искала…

– К сожалению, нет. Я дорожу своими клиентами и не могу так поступать.

– А если я заплачу больше?

– Нет, мадам, – антиквар начал терять терпение.

– Значит, ваза не продается? – уточнила я.

– Нет. – Вениамин больше не улыбался.

– И человек, купивший ее, отдал за нее пятьсот тысяч?

– Именно, – теперь моя навязчивость раздражала старика, пару раз он кинул взгляд на гориллу, столбом стоявшего у входа. Мне тоже надоел этот цирк.

– Но это же не настоящая ваза, – ровным тоном произнесла я. – Интересно, ваш клиент знает об этом?

Мое замечание стало последней каплей в чаше его терпения.

– Гарик! – Имя охранника прозвучало как команда «фас».

Одним прыжком горилла оказался рядом со мной. Мужик полоснул в воздухе огроменным кулаком, который должен был как минимум впечатать меня в стену. Но я успела увернуться, присела, а потом резко вскочила и, пока верзила не нанес мне очередной удар, который мог бы стоить мне жизни, схватила с пола эту – якобы старинную – вазу и со всего размаху грохнула тяжеленным горшком о голову противника. Посудина рассыпалась в мелкое крошево… На секунду Гарик замер с выпученными глазами, потом как-то странно всхрапнул и как подкошенной рухнул на пол.

– Фух, – я откинула со лба непослушную прядь волос, перевела взгляд на мертвенно-бледного Вениамина Эдуардовича и от всей души произнесла: – Зря вы мне вазу продать не захотели!

– Да… Это… Как… – запинался антиквар, пятясь от меня назад.

– Стоять, мой хороший! – вмиг растеряв всю свою любезность, прорычала я, выхватывая из-за пояса джинсов пистолет. – Я хочу услышать увлекательную историю про старинную вазу, которая на деле оказалась подделкой!

– Я ничего не знаю… – как загипнотизированный, глядя в дуло пистолета, выговорил антиквар.

– Или ты мне говоришь, что такого ценного было в этой вазе, или… – Я изобразила многозначительный жест.

Вениамин чуть не грохнулся на пол рядом со своим охранником.

– Живо, отвечай! У тебя есть ровно… – Я взглянула на бездыханную тушу Гарика. – Ровно пять минут! – оценила я последствия нанесенной мною мужику травмы. – Время пошло! Повторяю вопрос – что такого ценного было в этой вазе?

– Эт-то… Она… Там…

– Живее! – рявкнула я.

– На дне ее был приклеен ключ! – зажмурив глаза, на одном дыхании выпалил Вениамин.

– Что?

– Там был приклеен ключ!!! – завыл антиквар. – Я не вру! Правда! Проверь!

Мыском туфли я расшвыряла осколки глины. Мелкое крошево хрустело под ногами… Я уже хотела было устроить Вениамину допрос с пристрастием номер два, как вдруг каблук мой скользнул по чему-то твердому. Не выпуская антиквара из-под прицела, я наклонилась и из осколков разбитой посудины выгребла крошечный металлический предмет. Старик не обманул: на моей ладони лежал ключик.

– От чего этот ключ?

Загнанный в угол антиквар затрясся.