Фуршет с трагическим финалом - Светлана Алешина

Но Лариса, не дослушав его причитаний, уже повесила трубку. Евгений победным взглядом посмотрел на Козырева.

— Сейчас за меня внесут залог, — надменно произнес он, — и вы будете обязаны меня отпустить. Мне вообще непонятно, на что вы рассчитывали, привозя меня сюда!

На этот раз, поговорив с мужем, Лариса разволновалась не на шутку. Что там могло случиться? Во что опять вляпался этот неугомонный болван? Почему он в милиции?

Лариса задавала себе эти вопросы, лихорадочно собираясь. Она накинула легкий сарафан, сунула в сумку деньги и, заглянув в спальную к дочери и убедившись, что она спит безмятежным сном, поспешила на улицу.

Выводя свой «Вольво» из гаража, Лариса поехала к Кировскому РОВД. На проходной она, предъявив документы, быстро объяснила дежурному, что приехала для того, чтобы внести залог за своего мужа, Евгения Котова, которого держат здесь по неизвестной ей причине. Лариса не знала даже фамилии следователя, но сумела своим напором убедить дежурного выполнить ее требование. Помимо этого на него произвела впечатление ее дорогая машина, и вскоре Лариса, соблюдя все формальности, получила возможность увидеть своего мужа.

— Пойдем скорее! — Евгений подхватил Ларису под руку и повел к выходу.

Они сели в машину. Лариса не задавала мужу вопросов, ожидая, когда он сам начнет рассказывать. Но Евгений молча курил сигарету, делая длинные затяжки.

Лариса тоже взяла сигарету, завела мотор, и «Вольво» на небольшой скорости отъехал от Кировского РОВД.

— Ну так что с тобой произошло? — не выдержала Лариса.

— Черт знает что! Такая канитель заварилась… — пробормотал Евгений.

Несмотря на то что жена внесла за него залог и теперь он благополучно ехал домой, Евгений чувствовал себя не очень хорошо. Он испытал сегодня непривычное для своего положения унижение, злился на ментов, на конференцию, на демократов, на американцев, будь они неладны, и вообще на весь белый свет.

Стараясь отогнать раздражение, чтобы оно не перекинулось еще и на Ларису, Котов принялся рассказывать о случившемся.

— ..А потом я проснулся оттого, что этот дуболом Козырев трясет меня за плечо. Он даже не объяснил мне, что происходит, начал задавать вопросы. Я все честно рассказал, но он, похоже, не поверил, потому что поволок меня к себе. Оказывается, пока я спал, Парамонова выкинули из окна собственного номера.

Или он сам выпал, бог его знает, что там произошло на самом деле. Но он, хоть и был пьян, все же не настолько, чтобы на ногах не удержаться…

— А зачем ты вообще туда пошел? — начала заводиться Лариса, до этого момента внимательно слушавшая мужа. — В смысле в номер к Парамонову.

— Ну… Посидеть, расслабиться, — неуверенно проговорил Котов. — Поговорить… Ты же знаешь, какой Парамонов влиятельный человек. И мы с ним как раз обсуждали эту стрельбу в зале, и Парамонов попросил обратиться к тебе, чтобы ты расследовала это дело. Я посчитал, что это хорошая идея.

— Хорошая идея! — передразнила Лариса. — Это вы могли бы обсудить и завтра на свежую голову. Я же сказала тебе — ложись спать! А ты вместо этого пошел приключений искать на свою задницу! И теперь вляпался так, что я даже не знаю, кто тебе сможет помочь!

— Лара! — Евгений с тревогой посмотрел на жену. — Но ведь ты не бросишь меня в беде? Да, теперь Парамонова нет, и о благодарности с его стороны можно забыть, но ведь ты почти всегда занималась расследованиями бескорыстно. Тебе всегда было скучно вести жизнь домохозяйки или директора ресторана. К тому же я как-никак человек не посторонний…

— Я очень часто об этом жалею! — огрызнулась Лариса и с досадой смахнула пепел с колен.

— Лара! — В голосе Котова зазвучала мольба. — Но ведь ты не хуже меня знаешь, что такое наша милиция.

Ведь им все равно, кого засадить, лишь бы дело было «раскрыто», особенно когда речь идет о такой фигуре, как Парамонов! Я понимаю твои эмоции, но рассуди здраво — что будет, если меня посадят? И как бы ты ни пыталась от меня откреститься, это коснется тебя в первую очередь. Ну что я тебе все это объясняю, ты же сама прекрасно понимаешь…

Лариса только вздохнула. Да, конечно, хотя она и ругалась на Котова, которого, видимо, только могила исправит, в голове она уже прокручивала примерные пути для расследования этого преступления. Правда, здесь пока даже непонятно — одно это преступление или несколько? Связана ли гибель Парамонова с гибелью тех двоих в зале? Она даже пока не знает толком, кто они.

Котов продолжал убеждать Ларису, ласково поглаживая ее по руке. Голос его журчал, то поднимаясь до пафосных интонаций — «ты просто обязана это сделать, это твой долг», то опускаясь до умоляющего шепота — «Ларочка, куда же я без тебя?» Этот день можно было назвать бенефисом Евгения Котова, несостоявшегося актера. Он, невзирая на разраставшуюся головную боль, продолжал играть и «умирать» на сцене.

Лариса долгое время не отвечала, погруженная в свои мысли, затем неожиданно спросила:

— Ас чего Парамонов решил, что покушались именно на него?

— А на кого же? — удивился Котов. — Ну, может быть, не только на него, а и на меня тоже, а тех, двоих, просто по ошибке пристрелили.

У Ларисы слегка дрогнули уголки губ, но язвить она не стала, а вместо этого спросила:

— Кстати, что представляют собой те двое?

— Да я же тебе рассказал…

— Мне их имена ни о чем не говорят, опиши подробнее — кто, что, чем занимались.

— Элис Симпсон, американка, двадцать восемь лет, приехала из Штатов, а может быть, и из Москвы.

По-моему, она там жила и разъезжала по стране. Совершенно, знаешь ли, неинтересная женщина, корова просто какая-то. Ну как все американки, которые живут не в Голливуде. А что касается Ростовцева, то я его мало знаю, хотя он довольно крупный бизнесмен. Владелец сети супермаркетов «Планета», слышала же наверняка.

— А что за человек?

— Да говорю же, я его плохо знал, — махнул рукой Котов. — Мне он всегда казался надутым, неприятным в общении. Некомпанейский какой-то. А от других слышал, что вроде широкой души был. Не знаю, это ты уж не от меня лучше выясни.

Ларису невольно охватило зло. Она видела, что Котов уже успокоился, уверился, что жена возьмется его выручить, и теперь беспечно развалился на сиденье, обрадовавшись, что спихнул с себя ответственность.

— Ладно! — резко сказала Лариса, подъезжая к дому. — Разберусь сама. Только имей в виду — выкинешь очередную глупость, брошу все это к чертовой матери! И пусть тебя кто угодно из дерьма вытягивает.

— Что ты, что ты, как можно! — замахал руками Котов. — Ты главное, постарайся!

Лариса поставила машину в гараж и поднялась с Евгением в квартиру. Там она налила себе стакан в высокий бокал холодного сока и направилась в спальню. Котов сунулся было за ней, но Лариса решительно запротестовала: