Параллельное существование - Чингиз Абдуллаев

– Мне очень приятно познакомиться с вами, графиня, –сообщила Глория с интересом и энтузиазмом.

– Мне тоже, – честно призналась Джил, опасливопокосившись на Дронго, – мне всегда нравился ваш стиль, миссис Бэкман.

Женщины отошли на один шаг, чтобы поговорить друг с другом.Артур сделал шаг в сторону Дронго.

– Надеюсь, что они подружатся, – добродушно прошепталон.

– Джил в восторге от вашей супруги, – призналсяДронго, – ей кажется, что миссис Бэкман присуще особое чувство моды.

– У нее свой стиль, – согласился Артур, – и нетолько в моде. Но и в поведении с остальными людьми, хотя она довольнозамкнутый человек.

Дронго вспомнил, что читал в одной из английских газет опоразительном факте из жизни Глории. Когда она села в самолет, который долженбыл лететь из Америки в Великобританию, она переоделась и сняла макияж. Но неожиданнообъявили срочную эвакуацию всех пассажиров. Хладнокровная Глория не вышла изсамолета, пока снова не переоделась и не нанесла макияж. Он увидел, как Артурпосмотрел на секретаря преподобного Гуру.

– Только не смотрите на Руну, – предложил Дронго, –она, по-моему, вообще не смотрит в вашу сторону.

– Я так и думал, – огорченно кивнул Бэкман, – этотГуру прокипятил ей мозги. Какой кошмар. Придется два дня смотреть только напрелести Аманды Джаннуцци. Или этой русской. У нее такое имя – Изольда. Как будтоона испанка. Хотя Чистовский говорил, что ее друг грузин. Может, она грузинка?

– Судя по ее фамилии, она украинка. Украина и Грузия – двеновых страны, появившиеся на карте после распада Советского Союза, –пояснил Дронго. – Но если вам нужно за кем-то обязательно ухаживать иливлюбляться, то ухаживайте за Амандой Джаннуцци. Она, по-моему, будет непротив...

– Я же не сумасшедший, – рассмеялся Бэкман, –конечно, она не будет против. Да и Стивен Харт, я думаю, тоже не будет против.Но зато очень даже против будет моя супруга и я сам.

– Почему супруга, мне понятно. А почему вы? Или вам ненравится Аманда?

– Посмотрите на нее внимательно. Разве она может кому-то ненравиться? Фантастическая женщина. И, по-моему, она не надела нижнего белья. Нодаже находиться рядом с ней очень опасно. Она ведь ничего не будет скрывать. Онашем романе моментально узнает весь мир. Она гарантированно даст интервью всеммировым агентствам, обсудит с корреспондентами мои мужские достоинства инедостатки. Одним словом, достаточно сделать шаг – и об этом узнает весь мир.Зачем мне такой скандал на весь мир?

– Согласен, – кивнул Дронго, – вам действительноне стоит подходить к ней ближе чем на пять метров.

– Что я и стараюсь делать, – сообщил Бэкман, – а кэтим русским, или, как вы сказали, грузинам и украинцам, я даже не знаю, какподходить. По-моему, они плохо владеют английским языком. И вообще, мне лучшене связываться с русской мафией.

– И поэтому вы решили выбрать Руну, – понялДронго, – только потому, что вы с ней уже были близки пять лет назад.Господин Бэкман, нельзя так вести себя. Вы идете по самому легкому пути. Длямужчины с вашей славой и внешностью это самый простой выход. Нужно иногдарисковать.

– Это не мой случай, – возразил футболист, – уменя слишком ревнивая жена. И не забывайте, что у нас уже трое детей. Троемальчиков. И мы мечтаем о девочке.

– Надеюсь, что вы еще осуществите свою мечту, –улыбнулся Дронго, – вы еще так молоды.

– Посмотри, Артур, – окликнула Бэкмана его супруга, –там стоит Руна. Наша Руна Теннесен. Ты помнишь, что она работала у нас вМадриде?

– Конечно, помню, – кивнул Артур.

Они приблизились к Руне, которая беспокойно топталась наместе, видя, как они направляются к ней.

– Здравствуйте, Руна, – улыбнулась Глория, протягиваяруку, – я рада вас видеть.

– Добрый вечер, миссис Бэкман, – подала свою рукуРуна, – здравствуйте, мистер Бэкман, – поздоровалась она с Артуром.

За их спинами возник Гуру Дэ Ким Ен.

– Я рад видеть такого великого спортсмена, как вы, мистерБэкман, – пожал он руку Артуру, – хотя, насколько я знаю, вы несторонник нашей церкви и даже не христианин.

– Он иудей, – пояснила его жена, – зато я –христианка. Правда, я отношу себя к англиканской церкви, досточтимый Гуру.

– Главное, чтобы в ваших душах была вера в Единого Творца, ак нему каждый приходит своим путем, – кивнул Дэ Ким Ен.

У Чистовского зазвонил мобильный телефон. Он достал аппарат,выслушал сообщение и улыбнулся.

– Сейчас на катере приплыли Лев Давидович Деменштейн и егосупруга, – громко сообщил он, – моя жена уже встретила их внизу, унашего причала, и через минуту они присоединятся к нам. Таким образом нашигости будут вместе с нами.

Дронго подошел к Джил.

– Сейчас они появятся, – напомнил он ей, – я тебяочень прошу – будь осторожна. Эта особа способна на любую пакость. Постарайсядержаться от нее подальше. Ты помнишь, о чем я тебе говорил?

– Конечно, – усмехнулась Джил, – но мне кажется,что здесь все готовы на любую пакость. За исключением Глории, к которой тынапрасно относишься с таким предубеждением. Мне кажется, что она единственныйискренний человек среди этой тусовки.

– Не уверен, – успел пробормотать Дронго.

Чистовский поспешил на край площадки. Там уже поднимались полестнице Лев Давидович Деменштейн, его супруга и хозяйка дома. Первым показалсяЛев Давидович. Ему было за пятьдесят. Вытянутое лицо, зачесанные назад редкиеволосы, умные, внимательные, требовательные глаза. Прямой ровный нос, тонкиегубы. Деменштейн появился на площадке, надевая очки. Они обнялись с хозяиномдома. Следом за ним на площадку вышла супруга Чистовского, и наконец появиласьзаметно похудевшая блондинка лет тридцати пяти. Это была Снежана НиколаевнаАлтуфьева. Та самая Снежная королева, которую Дронго разоблачил в прошлом году.Она оглядела собравшихся и сразу увидела Дронго. Лицо у нее вспыхнуло.

– Позвольте представить всем новых гостей. Мой многолетнийдруг – господин Деменштейн Лев Давидович, – объявил Чистовскийпо-английски, – а эта молодая женщина – его супруга. Она была звездой наглавном канале Российского телевидения. Снежана Николаевна. Миссис Деменштейн.

Все подошли поближе. Дронго не шевельнулся. Чистовскийвесело взмахнул руками:

– А теперь наконец мы сможем попробовать все, чем решилугостить нас сегодня Марсель. Прошу к столу, дамы и господа.

Столы были уже накрыты, стулья расставлены таким образом,чтобы все сидевшие оказались лицом к морю. Дронго смотрел на прибывших.Деменштейн, заметив его взгляд, быстро кивнул. Он взял свою супругу за руку,очевидно, намереваясь пройти к столу. Но она вырвала руку и сама подошла кДронго.