Идущие на смерть - Дмитрий Захаров

– Ты все еще грустишь, мой сладкий беби!

Едкий запах формалина ударил несчастному в ноздри.

– Нет!!! – закричал мужчина тоненьким женским голосом, сверху обрушился оглушительный удар.

Москва. 8-е отделение Генерального штаба Российской Федерации

Генерал пребывал в возбужденном состоянии. Он мерил шагами кабинет, дважды останавливался возле столика, порывисто наливал в рюмку коньяка, выпивал, залихватски крякал. Выглядел он немного комично. Широкоплечий, коротконогий, с черными густыми бровями и такой же смоляной богатой шевелюрой, которую пощадили годы. Лишь редкие серебряные нити просвечивали в жестком ежике бравого вояки. От его беспрестанного движения на столе дрогнули карандаши в стаканчике.

– Андрей Петрович! Прошу тебя, присядь на минутку! – взмолился Марков.

Генерал ожег взглядом старого товарища.

– Какого же черта ты молчал все эти годы, сукин сын?!

– Не было доказательств.

– А у американцев доказательства были?!

– Ты же смотрел видео…

– «Видео»! – передразнил генерал. – Ты лучше остальных должен понимать, что могло случиться, если бы наши заокеанские «друзья» получили сыворотку!

– Они ее и получили. Только недостаточно эффективную. У тебя так давление подскочит, Петрович! – сказал Марков.

– К черту давление! Это ведь сенсация, понимаешь!

– Понимаю. И не я один…

– Ты что имеешь в виду? – Генерал нахмурился.

– Ситуация не из простых. – Марков с трудом подбирал слова. – Разработку препарата вначале проводили крупнейшие институты страны. Сам понимаешь, исследования велись в строжайшей тайне, но результат – ноль. Миллионы были выброшены на ветер. Тогда мы и организовали операцию. Риск был слишком велик, официальные службы не имели права вмешиваться в суверенные дела независимого африканского государства. Для подобного рода акций обычно нанимались специальные люди. Отлично обученные, имеющие опыт работы в экстремальных условиях. Смертники. Долго не живут, но дело свое знают неплохо. В случае провала противник обнаружит гражданина без имени, страны и отечества. Мы даже их трупы сжигали, а не забирали с собой! – он налил коньяка, выпил, сжевал дольку лимона. – Парни совершили невозможное, в той стране американцы проводили эксперименты над местным населением. Вводили PL-14 в микродозах и выпускали пошалить. В малых пропорциях сыворотка действует постепенно, эффект не ярко выражен, лица только чернеют, словно головешки. Но сам понимаешь, по тамошним местным это не особенно заметно. Таких подопытных называли «лешими».

– Почему «лешие»?

– Назвали их так в шутку, а слово прилепилось, наждаком не отодрать. Скорость бега инфицированного субъекта возрастает во много раз. Пустишь такого на Олимпийские игры, он золото на всех дистанциях заберет. К тому же кожа темная, одним словом – леший, а не человек! Странно другое. «Лешие» действовали организованно, будто меж собой имели телепатический контакт.

– Как это понимать?!

– Понимай как хочешь. Рациями испытуемых не снабжали, сотовых, как ты понимаешь, у них тоже не было. Но стоило появиться одному, тотчас, словно из-под земли, объявлялись остальные. Для вооруженных людей «лешие» не представляли опасности, хозяева не снабжали их оружием…

– Пока не снабжали! – Генерал многозначительно поднял левую бровь.

– Пока… – в тон собеседнику ответил Марков.

– Продолжай.

– Короче говоря, мы добыли споры американского препарата, доставили его в наши лаборатории. Нужен был человеческий материал для опытов…

– Зэки? – полувопросительно кивнул генерал.

– Обычная практика, – пожал плечами Марков.

– Они умирали?

– Не так быстро. Но результат был слабо выражен. Там возник странный побочный эффект. Кроме потемнения кожных покровов, менялся характер инфицированных людей, говоря по-простому, они становились жестокими, кровожадными, что ли…

– Уголовники редко похожи на Льва Толстого!

– Хотя сыворотка действовала на всех по-разному. Небольшой процент испытуемых оказался вовсе не подвержен разрушающему действию на личность, хотя изменения наблюдались.

– Например…

– У отдельных субъектов появлялись ранее несвойственные им привычки. Некоторые начинали курить, хотя никогда не курили раньше, возникала наркотическая тяга и тому подобное. Человеческий внутренний мир – тема малоизученная. Важно другое. Искомые сверхспособности сыворотка PL-14 в микродозах давала сомнительные, испытания не имели перспективы. Замкнутый круг. Высокая концентрация препарата людей убивает, на короткое время превращая их в суперменов, низкая всего лишь выявляет скрытые дефекты души. Опять-таки меняется интеллект, но не в ту сторону, чтобы пичкать сывороткой ученых. Конечно, для психологов это интересно, но практическое применение – нулевое. Любой обычный стимулятор выгоднее и проще.

– А что дальше?

– Решено было прекратить разработки. Но часть имеющегося материала я на свой страх и риск разослал по областным лабораториям. Прошло несколько лет, и вот безвестный гений из ставропольского института находит новую версию препарата!

– Судьба… – медленно проговорил генерал. – То есть ты хочешь сказать, что секретности нам уже не сохранить?

– Не уверен. Важно другое. Нам нужны здоровые мужчины для проверки «красного жука». Пока все эти выкладки, графики и рисунки не более чем теория.

– Не сомневаюсь, что ты уже нашел кандидатуру! – одними губами улыбнулся Андрей Петрович, но глаза его пристально смотрели на собеседника.

– Пока об этом говорить преждевременно… – уклончиво ответил Марков.

Генерал опустился в кресло и задумчиво выбил дробь пальцами по кожаному подлокотнику.

– Что есть такого, что ты мне еще не сказал, Иван Сергеевич? – медленно, будто размышляя вслух, спросил он.

– Есть одна неприятная деталь, – кивнул Марков.

– Американцы, – почти утвердительно кивнул генерал.

– Так точно. Мы считаем, что они продолжали разработки PL-14. И я могу лишь предполагать, какого результата они добились. По имеющимся данным, за минувшие годы в некоторых странах мира, включая Россию, осуществлялись экспериментальные диверсии. По сути дела, ничего серьезного, важно другое. Очевидцы описывали чужаков, сильно напоминающих «леших». Я убежден, что некто, находящийся сейчас в соседнем кабинете, очень внимательно выслушал доклад о ставропольском открытии.

Андрей Петрович придирчиво оглядел свой мундир, смахнул с лацкана несуществующую пылинку.

– Надо доложить обо всем президенту… – сказал он, но как-то вяло, будто размышляя вслух.

– Я бы не стал пока этого делать, – с деланым равнодушием ответил Иван Сергеевич. Он сделал нажим на слово «пока». – До окончания результатов эксперимента. Знаешь, плохая это примета – рассказывать о деле до его завершения.