Умереть дважды - Александр Тамоников

– Доброе утро, господа! Пожалуйста, меню!

Он положил перед Шепелем, интуитивно определив в нем старшего, красную папку.

Майор отодвинул ее в сторону, спросил парня:

– Тебя как зовут, уважаемый?

– Анатолий! На бейдже указаны и фамилия, и имя с отчеством!

– Ага. Только не прочитать ни хрена на твоем бейдже, но ладно. Тут такое дело, Толик, у меня сегодня сын родился.

– Поздравляю!

– Спасибо. Так вот, у меня родился сын, и мы с друзьями решили отметить это событие. Посему давай-ка ты нам водки – пару бутылок по 0,7, хорошей водки, – закуски на свой выбор, но чтобы малосольные огурчики были, минералки на всех, да и пепельницу. Надеюсь, у вас тут курить не возбраняется?

– Нет, в этом зале курить можно.

– Ну и ладненько. На закуске не экономь. Но и цену не ломи, свои чаевые ты и без этого получишь.

Официант изобразил подобие легкого возмущения:

– Мы не берем чаевые.

– Конечно, какой разговор? – усмехнулся Шепель. – Ну, давай работай. Сначала водки с пепельницей принеси. Все остальное можно и потом.

– Хорошо! Один вопрос: горячее будете?

– Шашлык есть?

– Да, разный.

– По порции на каждого, обычного, из свинины.

– Понял.

Парень отошел от столика.

Ким проговорил:

– Не много заказал – почти полтора литра водки?

Шепель взглянул на друга:

– Ну ты чего, Леня? Когда это полторашки было много для трех спецов?

– Для двух. Ты уже прилично на взводе.

– А у меня сейчас такое состояние – чем больше пью, тем больше трезвею. Что происходит, сам не пойму.

– Родившееся вместе с ребенком чувство отцовства в тебе, майор, явилось допингом, который нейтрализует все другие вводимые внутрь веселящие вещества, – сказал Дрозденко.

Шепель взглянул на капитана:

– Ты сам-то понял, что сказал?

– Конечно! А ты нет?

– Тебе бы не по горам, Андрюша, за духами бегать, а преподавать где-нибудь философию! Так студентам баки забьешь, за умного считать будут…

– Я, по-твоему, идиот?

– Заметь, Андрюша, я этого не говорил.

Официант принес бутылку водки, рюмки, минеральную воду, фужеры и пепельницу. Открыл бутылку, разлил по рюмкам и фужерам водку и минералку:

– Пожалуйста, господа!

Шепель потер руки:

– Оперативно работаешь, молодец!

– Я хотел посоветоваться насчет закуски.

– Погоди!

Майор поднял рюмку:

– Ну что, мужики, вздрогнули? За наследника!

– Давай!

Офицеры выпили. Михаил повернулся к официанту:

– Что там по закуске?

– Предлагаю салаты ...

Он перечислил названия, которых Шепель ранее не слышал.

– А попроще можно?

Парень объяснил, что входит в блюда.

– Неси овощной, – приказал Михаил.

– Хорошо, шашлык скоро будет готов. Вам в тарелки мясо разложить или подать на шампурах?

– В тарелки!

– Понял!

Толик незаметно удалился.

Офицеры отставили рюмки, разлили водку по фужерам. Бутылку уговорили в два приема. Вместе с шашлыком и салатами официант подал еще одну бутылку. Ее распечатал Ким. Выпили за тех, кто погиб, исполняя свой долг. Постепенно опьянели, особенно Шепель. Но держали себя в руках. Дрозденко отошел в туалет. И все закончилось бы спокойно, если бы в кафе внезапно не ворвалась девушка в разорванном от плеча до пояса коротеньком платье. Волосы ее были растрепаны, щека покраснела от сильной пощечины. Она закричала с порога:

– Кто-нибудь, пожалуйста, помогите, там... там, у кафе, избивают моего парня.

Шепель поставил фужер на стол:

– Ну не твою мать? И тут проблемы… Кто избивает твоего друга?

– Отморозки какие-то!

– И сильно бьют?

– Сильно! Вы поможете?

– А куда ж деваться?! Пошли! Нет, Лень, – обратился майор к Киму, – не жизнь, в натуре, пошла, а непонятно что. Уже и расслабиться негде!

Девушка вскричала:

– Да быстрей вы, ведь убьют Леона!

– Леона? Он не русский что ли?

– Да какая разница?

Офицеры подались из кафе. За ними последовал официант, но остался на входе. Спецы же вышли на площадку, где четверо накачанных парней усердно молотили ногами сжавшегося на асфальте худощавого темнокожего парнишку.

– Эй, придурки, а ну отвалили от пацана! – крикнул Шепель.

Парни перестали бить жертву, двинулись на спецов, но их остановил властный голос мужчины, стоявшего неподалеку. Ухоженного, одетого в дорогой костюм мужчины:

– Стоять!

Один из парней обернулся:

– Шеф! Да что на этих алкашей смотреть? Отдайте команду, вместе с черным отоварим.

– Успеете.

«Костюм» подошел к Шепелю, спросил:

– Что тебе надо, мужик? В героя решил поиграть?

У майора задергалась щека – первый и верный признак того, что он приходит в ярость:

– А ты кто такой? Это по твоему приказу четверо бьют одного?

– По моему, и что?

– А то, что тебе лучше забрать своих придурков и по-быстрому слинять отсюда!

Мужчина рассмеялся:

– Ты никак угрожаешь мне?

– Предупреждаю!

Смех мужчины усилился. Заржали и парни.

– Да ты знаешь, червь, с кем разговариваешь?

Вот этого Шепель уже стерпеть не мог. И дело было не в выпитой водке, хотя и она, конечно, подогревала. В ответ на оскорбление майор нанес резкий удар головой прямо в физиономию респектабельного мужчины, разбивая нос и губы. Тот вскрикнул и, зажав окровавленное лицо руками, опустился на одно колено. Парень, что находился рядом, крикнул:

– Ах ты, сука! Шефа бить?

И ринулся на Шепеля.

Майор движением в сторону пропустил нападавшего к Киму, который встретил незадачливого бойца прямым ударом в переносицу. Парень отлетел к урне. Он находился в глубоком нокауте. Оставшиеся трое нападавших не сделали выводов из произошедшего и бросились на офицеров. Напрасно. Уже через секунды они лежали рядом со старшим, зажимая руками расквашенные физиономии.

Шепель осмотрел поле «битвы» и пошел к избитому парню, над которым склонилась девушка. Спросил у нее: