Крысиная тропа - Василий Веденеев

— Это кто?

— Ну, одну ты знаешь: Танечка.

Сергей тут же вспомнил симпатичную девушку с большими лучистыми глазами из приемной фирмы «Кимур». Оказывается, Володька даром времени не терял и успел взять у хорошенькой секретарши не только объяснение. Молодец, ничего не скажешь.

— А еще?

— Увидишь! И останешься доволен, гарантирую.

— Не до развлечений сейчас, — вздохнул Серов.

— Разве я предложил развлечься? Я прошу тебя приехать навестить сослуживца и подчиненного. Обещаю сюрприз. И все.

— Какой сюрприз?

— Не скажу, — засмеялся Тур. — Приедешь, увидишь, а не приедешь — потом будешь очень жалеть.

— Ладно, змей-искуситель. Может, загляну вечерком.

— Нет уж, давай точно в восемь.

Сергей положил трубку, закурил и выпустил тонкую струйку синеватого дыма в сторону открытого окна — вечно Володька мудрит. Но поехать придется. Хотя бы чтоб он не обиделся…

Дверь открыла Татьяна. Увидев Серова, она лукаво улыбнулась, сделала подобие книксена и нараспев проговорила:

— О, сэр Ланселот! Как мы рады, что столь славный рыцарь нашел время посетить скромное жилище юного Роланда, страдающего от ран!

— От ран любви? — проходя в прихожую, засмеялся Сергей. — Учтите, прелестная леди Ровена, на него это не слишком похоже.

— Поживем, увидим!

Она крутнулась на каблуках, захлопнула дверь, мельком взглянула на себя в зеркало и расстегнула одну пуговку на блузке, заправленной в модные джинсы. Серов деликатно отвел глаза, дабы не смущать молодую женщину, собирающуюся очаровывать «юного Роланда», — красивая грудь, говорят, всегда в моде! Вдруг барышне все-таки удастся сделать то, что еще не удавалось никому: заманить любвеобильного и ветреного Тура в загс?

В комнате слоями плавал табачный дым. Сквозь гул голосов едва прорывались звуки музыки из стоявшего в углу магнитофона. Компания расположилась вокруг большого стола, заставленного бутылками и кувшинами с соком. Закуска была легкая — салаты из овощей, фрукты, хлеб, сыр и немного копченостей. Наверное, родители Володьки уехали на дачу, а роль хозяйки выполняла Татьяна.

Большинство гостей Серов уже встречал в этом доме и раньше. Он приветливо кивнул молодому лысоватому актеру — приятелю Тура, игравшему неизвестно в каком театре, но неизменно появлявшемуся на любой вечеринке с новой подружкой. Рядом с ними, по-хозяйски обняв за плечи дородную супругу, сидел вечно сонный и бородатый, похожий на бегемота художник Мощагин — когда-то он был отчаянным второгодником и отпетым лентяем, поэтому судьба распорядилась так, что они с Туром учились в одном классе, хотя Мощагин был значительно старше. Со временем он остепенился, добился определенной известности и успеха, однако дружбу юных лет не забывал. Честно говоря, Сергею картины Мощагина никогда не нравились: он плохо понимал их и усматривал в работах Володькиного друга явное подражательство некоторым всемирно признанным западным мастерам, но сам Мощагин был душа-человек.

— Ага, вот и он! — увидев нового гостя, пробасил художник. — Налейте ему штрафную.

— Обойдешься, — в знак приветствия Серов похлопал его по плечу. — Я за рулем.

Потом он поздоровался с братьями-близнецами Пашей и Семой, один из них был фотокорром, а другой кинооператором, и их удивительно похожими друг на друга молоденькими женами.

«Богема!» — с иронией подумал Сергей, пробираясь к Туру, который сидел в кресле, пристроив загипсованную ногу на большой подушке, положенной на маленькую скамеечку. Похоже, опять заботы Татьяны?..

Но более всего Серова заинтересовала незнакомая гостья — красивая блондинка, сидевшая на диване с бокалом сока в руке. Неужели она и есть обещанный Володькой сюрприз?

— Ну, ты как? — Сергей пожал руку приятеля.

— Развлекаюсь, — Тур поморщился. — Скучно!

— Ну да? Не хватает острых ощущений?

— Грешно смеяться над инвалидом. Танечка! Представь, пожалуйста, Сережу своей подруге, а то я сейчас не могу в полной мере выполнять обязанности хозяина дома, — Володька заговорщически подмигнул и, как ни в чем не бывало, задал какой-то вопрос Паше. За столом вновь зажурчала прерванная появлением Серова оживленная беседа.

Татьяна подвела его к дивану и просто сказала:

— Это моя подруга, а это тот самый друг и начальник Володи, о котором он столько рассказывал: один из самых знаменитых сыщиков на Петровке…

— Ну, не стоит преувеличивать, — улыбнулся Серов. — Просто Сергей, и все.

— Элла.

Девушка поднялась с дивана и поставила бокал на стол. На какое-то мгновенье тонкая ткань туго обтянула ее красивую грудь, и Серов невольно замер в восхищении.

У нее были светлые блестящие и тщательно уложенные волосы, гладкая чистая кожа и зеленоватые, цвета глубокой воды, глаза. Легкое темное шифоновое платье очень шло ей и выгодно подчеркивало прелестную фигурку. А какой голос! Звонкий и в то же время с волнующими грудными нотками.

Она подала руку. Сергей поднес ее к губам и нежно поцеловал пахнувшие незнакомыми духами тонкие пальцы.

— Эллочка у нас звезда эстрады, — объявила Татьяна. — Она певица.

«Эльвира Ларионова?!» — внезапно догадался Серов. Так вот, оказывается, какой сюрприз приготовил ему Тур!

Кто бы мог подумать: он ломал голову, где найти девушку, а она стоит перед ним. Как только Володька сумел ее разыскать и пригласить к себе? Впрочем, скорее всего, это сделал не он, а Татьяна по его просьбе.

— Мы с Эллочкой учились в одном классе, — как бы подтверждая предположение Сергея, сообщила Татьяна. — Ладно, вы поговорите, а я побегу. У меня там цыплята на плите.

«Ну все, — подумал Серов. — Быть Туру под венцом: путь к сердцу мужчины лежит через желудок. А в остальном и гипс не помешает».

Он сел рядом с Эльвирой на диван и отметил: у Зайденберга явно губа не дура. На месте Левы он тоже стал бы искать новых и новых встреч с этой девушкой, особенно если бы мог надеяться на взаимность. И, с какой-то непонятной ревностью, подумал — но вдруг она действительно отвечала Зайденбергу взаимностью?

— Вам сок? Я слышала, знаменитый сыщик за рулем? — Элла с улыбкой наполнила бокал апельсиновым соком. — И какой у вас автомобиль?

— Вынужден разочаровать: всего лишь служебные «жигули», которые давно дышат на ладан. Да и те позаимствовал в другом отделе, поскольку наши разбиты, — Сергей немного помолчал и сказал: — Странно, я никогда не видел вас на эстраде.

— И я вас вынуждена разочаровать, — она вновь мило улыбнулась, подавая ему бокал с соком. — Перед вами далеко не звезда эстрады, а скорее ее обычный чернорабочий. Певиц сейчас множество, с голосами и без…

— Чаще без, — вставил Серов.

— Да, чаще без, — согласилась Эльвира. — Мои вокальные данные тоже средненькие, поэтому вы меня не только не видели, а наверняка даже не слышали обо мне.