Славянский «базар» - Сергей Зверев

– Ты видел?

– Рассказывать на ночь не стоит. Лучше бы я туда не ездил.

Мальтинский криво усмехнулся:

– Все там будем. Вопрос времени. Но все же хотелось бы окончить жизнь в своей постели.

– Он на встречу с осведомителем ехал…

– Знаю, – оборвал его «араб», – и еще знаю, что Карла с мальчишкой упустили. Хочешь стать старшим в группе?

Василий задержался с ответом, таким неожиданным было предложение, Мальтинский похлопал его по плечу:

– Значит – нет. Если человек хочет командовать, он сразу выпалит – да. Будешь исполнителем. Есть еще хреновые новости. На болоте у авиаремонтного менты труп нашли – бабу, которую Петрович пристрелил. Последнее время он слишком самонадеянным стал. Не повторяй его ошибки. Если менты серьезно за дело возьмутся, то и двух таджиков отыщут. А у них морды такие, что и без паспорта ясно, откуда прибыли. Сразу свяжут наш самолет и их. Надо ниточку оборвать. Завтра «кукурузник» назад погонят. Летчиков нужно убрать так, чтобы шума не было.

– Как?

Василий впервые почувствовал слабость системы, в которую был встроен винтиком. Он подозревал, и даже кое-что знал достоверно: за Мииром и Петровичем влиятельные люди, чины ФСБ, чиновники из правительства, а тут оказывается, что опасаются они и блатных, и ментов.

– Как – спрашиваешь? Петрович никогда таких вопросов не задавал. Брался и делал. Но по твоей молодости подскажу. Пусть в воздухе что-нибудь случится. Авария, катастрофа. У вас специалист по двигателям в группе есть, пиротехник. Посоветуйся. И про Карла не забывай. Вы упустили, вам его и найти предстоит. Петрович – его рук дело. Не сам, конечно, взрывал, но заказал наверняка. Я звонок на завод сделал, сказал, что ты вместо Петровича приедешь.

– За самолет Юсуф недоволен будет.

– А что Юсуф, он моя головная боль, а не твоя.

* * *

Утром в номер к летчикам заглянула администратор.

– Вас внизу ждут, – сообщила она.

На этот раз в ее глазах не было и тени вчерашней развратной игривости. Обыкновенная служащая гостиницы.

– Кто?

– Сказал, что вместо Петровича приехал.

Калинин и Жуков даже чай пить не стали.

Василий поджидал их, сидя на мягком диване в холле. Калинин сразу его узнал, вспомнил, что видел среди людей Петровича на аэродроме. Василий представляться не стал, пожал руки и тут же открыл папку с документами.

– Все готово, вот бумаги на самолет, карта полета. Назад полетите пустыми. Осмотрите, опробуете машину, и в путь.

У проходной их уже поджидал руководитель полетов, приветливый капитан с пшеничными усами. Он поехал впереди, показывая дорогу. Василий сам сидел за рулем личного «Форда». Летчики – на заднем сиденье.

– Как здоровье? – Василий старался улыбаться, но улыбка получалась кривой и неискренней.

– Не жалуемся, – за двоих ответил Калинин.

– Работы теперь будет достаточно. Только успевай деньги огребать. Теперь уже спокойно станет. Это вам просто не повезло в первый раз.

Калинин заметил, как подрагивают колени у Василия.

«Нервничает. И он не привык к крови».

– Это, конечно, не мое дело, – произнес Калинин, – но военные в курсе, что мы возим?

– Кто в курсе, кто – нет. Но к вам никаких претензий быть не может, есть грузоотправитель, грузополучатель, а вы – воздушные извозчики.

– Просто не знаю, как с кем себя вести. Всегда спокойнее, если знаешь, что человек из одной с тобой… – Калинин осекся, чуть не сказав «банды», – команды. Вот вы приехали, говорите, что вместо Петровича. А мне откуда знать, что это так?

– Вы же меня с ним видели, – нервно рассмеялся Василий, – со временем своих и чужих нюхом отличать станете.

«УАЗ» капитана остановился у свежевыкрашенного «кукурузника». Калинин вместе с Жуковым обошел машину. Летчики не доверяли глазам. Самолет мог сиять лаком и краской, но их интересовало содержимое. Усевшись за штурвал, Калинин раскрыл папку с документами, полистал. Особых замечаний по заводским испытаниям в акте не было.

– Принимаете работу? – спросил капитан, хотя это являлось пустой формальностью, все документы уже были подписаны и без участия летчиков. Им предстояло перегнать готовую машину в Таджикистан.

– Куда же денешься? – Калинин легонько хлопнул по приборам. – Красить на вашем заводе хорошо умеют, а самолет себя в воздухе показать должен.

– Фигуры высшего пилотажа демонстрировать на нем не рекомендую, а в остальном старичок в полном порядке. Значит, принимаете. Вылет через полтора часа. Заправитесь – и в полет. Могу к столовой подвезти.

Калинин осмотрелся в салоне.

– Вы же сказали, что пустыми полетим, – он приподнял сложенную вдвое стеклоткань, под ней оказались новенькие блестящие баки с винтовыми крышками, – Калинин постучал по ним ногой – пустые, проверил крепление, те намертво были прикручены к стойкам фюзеляжа.

– По пути может горючего не оказаться. Обещали подвезти, но сами знаете, как бывает. Зачем время на ожидание терять? Запас не помешает, – Василий отвел взгляд.

– Ведь не положено.

– На всякое не положено в России бывает положено, – засмеялся капитан, распахивая дверцу «УАЗа».

Военный «Урал» с цистерной подъехал к самолету. Заправщик с напарником отвернули крышку на фюзеляже. Бензин с бульканьем лился в баки. Заправщик сверился с ведомостью.

– А куда я еще четыреста литров залью? – изумился он, обращаясь к Василию, потому как никого больше у самолета, если не считать прохаживавшегося неподалеку часового, не осталось.

– Баки еще и в салоне стоят.

– В салоне, – без должного уважения произнес заправщик, – это в лайнерах салон, а здесь – сарай.

Помощник затянул шланг в самолет и по очереди заполнил баки. Туго завернул крышки, протер горловины ветошью, спрыгнул на землю.

Оставшись один, Василий забрался в самолет и осторожно вытащил из кармана плоскую фляжку, в каких обычно носят с собой коньяк состоятельные любители выпить по чуть-чуть. Поглядывая в мыльное стекло иллюминатора, он зажал фляжку между коленей и трясущейся рукой извлек из кармана брюк пачку презервативов. Один презерватив вставил в другой и, открыв пробку, надел их на горловину фляжки, перевернул. Прозрачная маслянистая жидкость стекла в резину и повисла, качнулась подвижным шариком.

Василий, затаив дыхание, завязал горловину презервативов тугим узлом. С шумом выдохнул, от напряжения его лоб покрыли капельки пота.

Проклиная старательного помощника заправщика, он с трудом отвернул крышку на блестящем баке и двумя пальцами осторожно опустил в него двойной презерватив. Послышался тихий всплеск, словно рыбку выпустили в тихий пруд.