Карательный отряд - Александр Тамоников

– Давай, Чары, вскрой, что ли, пару банок тушенки?

– А не рановато ужинать, командир?

– В самый раз! Поужинаем и разойдемся.

– В смысле?

– Вернее, ты останешься на месте, а я спущусь вниз по ущелью. Заблокирую подход духов к расположению отряда.

– А что, они могут объявиться здесь?

– Вряд ли, а там кто знает? Так что лучше подстраховаться. Ну давай готовь ужин!

В полночь на перевал ушел прапорщик Стрекаленко. В 1.20 он доложил, что благополучно вышел ко входу в балку. Подтвердил наличие минного поля. В 2.10 он сообщил о том, что проход в балку открыт. И только в 3.50 от прапорщика поступил доклад, подтвердивший разведывательные данные. Овраг заминирован не был!

Наступила среда, 19 июня.

В этот день не произошло никаких значимых событий. Посты наблюдения сбрасывали одну и ту же информацию – на объекте и в кишлаке все спокойно! Стрекаленко устроился в балке, иногда давая о себе знать офицерам постов. Старший лейтенант Круглов и прапорщик Каримов прочесали чуть ли не весь квадрат. Нашли всего одну более-менее пригодную площадку для посадки и взлета вертолета «Ми-8», что означало, если и придется вызывать транспортные «вертушки», то либо непосредственно к лагерю, либо в Хайдарский проход. Тот на излете расширялся и вполне мог принять 3–4 вертолета одновременно. Ближе к полудню «Клен» сообщил, что штурмовая рота начала третий, пеший этап переброски в квадрат «Z». Подразделение Сергиенко шло с опережением графика. Впрочем, это особого значения не имело.

Дросов отработал окончательный вариант совместных действий отряда спецназа и штурмовой роты по реализации задач операции «Охота на призраков». Осталось согласовать ее с капитаном Сергиенко и утвердить у генерала Еременко. Но это все завтра! А сегодня очередной ужин сухим пайком, разделение ночи между бойцами отряда и… ожидание. Тягостное ожидание того, что несет с собой день завтрашний. Ожидание под холодным светом такой огромной здесь, в горах, луны!

Квадрат «Z». Четверг, 19 июня, 8.00.

Дросов умывался, когда его окликнул прапорщик Олимов:

– Командир! Буйный на связи!

Майор посмотрел на часы:

– Интересно, где сейчас находится рота? По времени, в четырех часах ходьбы от нас. А это значит, где-то на входе в верхнее ущелье. Наверное, ротный прикидывает, как лучше пройти заключительный участок марша. Что ж, поможем Сергиенко.

Дросов ответил:

– Я – Карат-2! Приветствую Буйного!

Командир роты произнес:

– Взаимно! К встрече готовы?

– Конечно! Остается узнать, где вы?

– В ущелье! Идем по вашему следу!

Майор удивился:

– Уже в ущелье? Резво вы, однако, идете?! Мысли попробовать прощупать нижнее ущелье не возникало?

– А зачем? Если оно сокращает путь, то ты, Карат, еще вчера сообщил бы это Первому. Или я неправ?

Дросов усмехнулся:

– Прав, Буйный! Когда планируешь выйти в Хайдарский проход?

– В полдень! Может, раньше! Как получится. Но ты кого-нибудь из своих выведи на встречу разведывательному дозору часам к одиннадцати, добро?

– Без проблем!

– Тогда, до встречи, Карат-2!

– До встречи, Буйный!

Передав наушники с микрофоном связисту, Дросов спустился на дно ущелья. Вызвал старшего лейтенанта Круглова и прапорщика Каримова. Дождавшись подчиненных, поставил задачу:

– Ты, Круглов, остаешься здесь за меня, мы же с Каримовым пойдем в проход встречать роту.

Круглов поднялся на позицию пункта связи. Дросов с Каримовым спустились в проход. Убедились, что он в пределах видимости чист, вышли к воротам верхнего ущелья. Держа в поле зрения подходы к воротам, стали ждать выхода из ущелья передового дозора роты.

Каково же было удивление Дросова, когда после встречи дозорных к ним вышли капитан – командир роты и… генерал Еременко.

– Вы? Здесь? – изумленно проговорил майор.

Генерал рассмеялся:

– Что, не ждал, Сергей Иванович?

– Да уж, сюрприз, ничего не скажешь.

– А не надо ничего говорить, надо докладывать, как положено! Ну?

Дросов доложил:

– Товарищ генерал, отряд «Карат-2» установил контроль над лагерем террористов и прилегающей к нему территории!

Еременко указал на капитана:

– Знакомьтесь, командир десантно-штурмовой роты, капитан Сергиенко Олег Михайлович, Герой Советского Союза. – Генерал перевел взгляд на спецназовца: – А это, командир отряда спецназа «Карат-2» КГБ майор Дросов, без звездочки на лацкане кителя, но тоже герой.

Офицеры пожали друг другу руки.

Майор спросил:

– Неужели и вы, товарищ генерал, вместе с ротой последний этап шли?

– Нет, Сережа, я на арбе ехал! Ты еще никак не придешь в себя? Встряхнись. А то вопросы, извини, глупые задаешь. Или я, по-твоему, рухлядь штабная, не способная пройти 40 верст пешком? Да я еще тебе фору на марше дам!

Дросов улыбнулся:

– А вот тут вы явно загнули, Сергей Дмитриевич. Но отдаю должное вашей прекрасной физической подготовке.

Генерал махнул рукой, будто отгонял муху:

– Ладно! Достаточно пустых разговоров. Веди роту к месту ее временного размещения. Да готовься доложить план реализации задач по операции «Охота на призраков»! Надеюсь, ты уже принял решение?

– Конечно, принял, товарищ генерал!

Майор вызвал прапорщика Каримова:

– Шерали! Давай к передовому дозору и веди его в наше ущелье. Я с генералом, капитаном и ротой следом!

– Есть, командир!

Прапорщик догнал бойцов-разведчиков, и рота начала последний переход. В 12.50 Сергиенко по схеме спецов развел взводы роты по ранее определенным местам временного размещения.

Генерал с Дросовым и Сергиенко поднялись на пункт связи отряда спецназа.

Еременко приказал связисту:

– Прапорщик, свяжитесь с «Кленом», сообщите, что оперативно-тактическая группа вышла в заданный район.

Олимов принялся вызывать «Клен».

Круглов спустился вниз.

Генерал взглянул на Дросова:

– Здесь будешь раскрывать план или поднимемся на один из постов наблюдения?

– Лучше поднимемся на пост, – ответил майор. – С вершины перевала будет удобнее докладывать о моем плане штурма лагеря.

– Тогда продолжим подъем!