Кровавый план египтянина - Борис Бабкин

– С чего это ты добрый-то такой? – посмеиваясь, спросила полная брюнетка. – Или влюбился в кого из наших девчонок?

Остальные рассмеялись.

– Может, и влюбился, – улыбаясь, кивнул Антон. – Но пока это секрет. – Он пошел к воротам.

– На хрен бы они не упали, – недовольно проговорил усаживающийся за руль Мамалюк. – Сколько бабок на этих шкур потратили. Хватило бы и по шоколадке.

– Зато теперь мы там желанные гости, – рассмеялся Антон. – И этих двоих нам запросто отдадут. Надо будет разок забрать их, когда Пашка будет в полете, чтоб воспитательницы привыкли ко мне.

– Маман Пашкина устроит тебе забрать, – усмехнулся Мамалюк. – Хотя тут можно пьесу о злой мамаше и добром дяде сыграть. Возьмем спиногрызов и к Пашкиной матери отвезем. Скажем: эта Тонюха чертова хотела их увести. А Тоньке скажешь, что детей к себе приучаешь.

– Варит у тебя башка! – захохотал Антон.

– Еще бы пару тысчонок прибавили, – фыркнул Мамалюк, – я бы им такой план «Барбаросса» подкинул, бен Ладен за голову ухватился бы.

Оба рассмеялись.

Белгород

– Здравствуйте! – Улыбаясь, стоявшая наверху трапа светловолосая стюардесса посмотрела на высокого молодого мужчину в темных очках и с дипломатом в руке. – Снова в Москву и нашим рейсом обратно?

– Конечно, – улыбнулся он. – Сейчас все дела в Москве решаются, да и семью проведать надо. У вас прекрасная зрительная память.

– Снова адвокат с нами летит, – тихо сказала стюардесса напарнице. Но не отказывается, что семья есть. Сейчас это редко от кого услышишь. – Она рассмеялась.

– Я его по конфетам запомнила, – улыбнулась вторая, красивая брюнетка. – И где он только берет такие?

Чечня

– Довести ее, – требовательно говорил Абу Бакар крепко сложенному арабу, – в любом случае. Она должна остаться живой и невредимой. За это отвечаешь лично ты.

– Доведем, – отозвался тот. – С нами группа чеченцев пойдет. Если что, они на себя кафиров отвлекут.

– Желательно без столкновений, – сказал Басаев. – А вот когда пойдете назад, нанесите удар, если будет возможность. И конечно, растяжки ставьте, где сможете. Аллах поможет вам.

– Аллах акбар, – отозвались шесть боевиков.

– Да поможет тебе Аллах, – торжественно проговорил Учитель, – пролить кровь гяуров. Отомсти за отца, убитого ими, и за свою отнятую девичью честь. Освободи испытавшее грязь рук кафиров тело и попадешь в рай. И встретит тебя Аллах, и будет всегда твой путь усыпан цветами. Аллах акбар.

– Аллах акбар, – прошептала стоявшая на коленях со склоненной головой Седа.

Она коснулась рукой края белого одеяния Учителя.

– Осталось два дня, – сказал старик чеченец с палкой. – Ты готов выполнить волю Аллаха?

Коренастый чеченец молча кивнул.

– Стрелять будешь через пять минут после звонка, – напомнил старик. – И в то окно, которое я тебе…

– Да помню я, – грубо перебил его коренастый. – И что дальше делать, тоже.

– Внимание, внимание и еще раз внимание, – осмотрел четверых мужчин в российском камуфляже невысокий мужчина с усами. – Даже если увидите одного федерала, не трогать. Шахидку необходимо доставить ко мне. Она должна дойти в любом случае, если даже вам придется погибнуть, прикрывая ее.

– Аллах акбар, – негромко проговорили остальные.

– Отмени приказ, – остановившись в двух метрах от Хабиба, твердо сказал Горец. – Пошли мою группу, и мы…

– Кто ты такой? – выпуская дым кальяна, усмехнулся сидевший на коврике араб. – Пришли деньги, – зло продолжил он. – А платят нам не…

– Отмени приказ, – повторил Горец и коснулся рукоятки пистолета.

Раздался выстрел. На долю секунды опередив выстрелившего в него лысого темнокожего мужчину, Горец, падая, выхватил пистолет и всадил пулю в живот стрелка. И, откатившись вправо, выстрелил во вскинувшего автомат телохранителя араба. Пули простучали рядом. А пуля, выпущенная из пистолета Горца, вошла автоматчику в горло. С трех сторон по Горцу ударили автоматные очереди. Они пригвоздили тело боевика к каменистой поверхности.

– Арабы убили Горца! – На поляну выскочил рослый чеченец.

– Они у нас на родине, – резко отозвался невысокий бородач, – а не мы у них.

– Пошли к Шамилю, – шагнул вперед боевик с перевязанным плечом.

– Стойте! – властно проговорил вышедший на поляну Басаев. – Горец пытался убить Хабиба и понес наказание. Если бы его не убили, он был бы предан шариатскому суду. Наши братья по вере приехали, чтобы поддержать нас в борьбе с Россией. Можно много говорить о нашем бесстрашии, о вере, о нашей готовности погибнуть за независимую Ичкерию. Но все вы прекрасно знаете – с самого начала нам помогают братья по вере. И если бы не их помощь, ничего уже не было бы. Я не стал говорить о нашей ответственности перед народом Ичкерии. Сейчас мы в первую очередь защищаем себя. Войну как таковую мы проиграли, а теперь в основном наносим точечные удары, главным образом с помощью смертников. Горец пытался убить Хабиба и убит как враг. Все вы выбрали жизнь, полную опасности и веры в новый ислам. Запомните – если у каждого из вас есть ктото, кто сможет помочь вам укрыться от федералов, то у пришедших на помощь к нам здесь ничего и никого нет, кроме веры в новый порядок ислама. Аллах акбар!

– Аллах акбар! – громогласно отозвались боевики.

– Арабы убили Горца, – войдя, сообщил Ваха.

– Этого только не хватало – раздраженно воскликнул Масхадов, – чтобы боевики сцепились с нукерами Хабиба!

– Басаев сможет успокоить мужчин, – сказал Ваха.

– Да поможет ему в этом Аллах, – вздохнул Масхадов. – Только недавно закончились разборы из-за денег, а тут Горец, который весь в крови неверных, неожиданно проявил сострадание к детям предавших нас чеченцев. Да покроются их головы пеплом.

– Взгляд у нее… – тихо проговорил мужчина в джинсах. – Сейчас я понимаю, почему ей нужны темные очки. Если бы она могла, убила бы взглядом любого. Что с ними там делают? – удивленно спросил он. – Доводят до такого состояния… Это ведь даже не гипноз, а…

– Учитель, – перебил его пожилой мужчина с трубкой в зубах, – духовный наставник в основном шахидов и шахидок. Он разжигает в человеке ненависть и вселяет веру в загробную жизнь – райский сад, исполнение семи желаний и так далее. Конечно, сначала надо, чтобы человек перенес что-то ужасное. Ваххабиты на такие штуки мастера, – усмехнулся он. – Эта рванет себя, где прикажут.

Москва

– Подходит, – посмотрев большую карту Москвы, буркнул Абу Саид. – Он занимался на тренажере?

– Ежедневно, – ответил Ягуар. – Но он не знает, откуда заходит на посадку самолет. Сейчас этим и занимается. Тренажер – просто чудо техники. Я был в кабине, возникает полное ощущение полета.