Имя приказано забыть - Сергей Самаров

– Скажите тогда, полковник, – так и не восстановив дыхание, спросил он, – на что вообще годятся «Стингеры»? Три попытки, и все неудачные…

– На новые самолеты и новые вертолеты необходимо иметь какое-то новое оружие, – сказал Доусон почти нравоучительно. Или же совсем старое… Без электроники… Топор легко разбивает любой компьютер.

– А что разбивает «Стингер»?

– Старые самолеты, старые вертолеты, гражданские…

Обейда перекинул сумку с плеча на плечо и оглянулся, быстро пробежав взглядом по окружающим. Капитан Дэн этот взгляд оценил и сунул руку в карман куртки.

Абу Обейда уже оказался рядом с полковником, тогда как капитана Дэна опять отрезали от него спины бойцов группы Обейды. Но сумка по-прежнему висела на плече йеменца, следовательно, Дэвид мало что терял – только время, через которое он узнает результаты разговора, чтобы передать его генералу Ханту.

* * *

– По заключению эксперта, выделенного нам подполковником Лавровым, доктор Шинкуа сразу вник в суть работы и внес значительное количество качественных изменений. Много мелочей, которые в сумме оказываются полезными. Больше всего эксперт удивляется памяти Шинкуа. Эти изменения… То есть эти системы должны быть у него в голове. Их невозможно просчитать за то короткое время, что наш профессор работает с проектом. И не просто просчитать. Кое-что можно внедрять только после экспериментальной проверки. Следовательно, Шинкуа все помнит. Помнит то, над чем работал больше десяти лет назад. Такое впечатление, что произошла «расконсервация» памяти. И эта память вполне здорова – «продукт» сохранился в том виде, в котором был «законсервирован».

Капитан Сергеев сел в раздумье на широкий подоконник, в тот момент когда у него зазвонил мобильник.

– Да… Да… Слушаю… Он здесь… Передаю… – произнес он и протянул трубку Яблочкину.

– Майор Яблочкин, слушаю. Да. Через систему GPRS? Понятно. И что? Да, обязательно. Если можно, адресата лучше не блокировать полностью. И передавать те же данные позже, после проверки. Спиридонову доложили? Хорошо. Я понял. Пусть Шинкуа поработает.

Отдав трубку хозяину, Сережа посмотрел на капитана с видом победителя.

– Что говорят?

– Говорят, что через мою трубку был осуществлен выход в Интернет с передачей каких-то данных в системе быстродействия. Общее время передачи составило около двадцати секунд. Но объем данных незначителен. Трубку взяли под контроль. Наши эксперты не знают системы, с помощью которой можно пользоваться чужой трубкой, находясь в соседней комнате, но не отрицают возможности существования такой системы. Это может быть какая-то радиоприставка, работающая на определенной волне и вклинивающаяся в определенный канал связи.

– Ну, такое устройство не может быть большим по размеру, – сказал капитан. – Шинкуа может носить его в кармане, и найти его можно только при личном обыске.

– А вот этого не следует делать. Мою трубку взяли на контроль. И просят, чтобы я не отлучался далеко от доктора Шинкуа. Иначе он будет искать другие пути связи.

– Значит, сидеть нам здесь еще долго?

– До тех пор, пока профессор Юрков подготовит материал, который заинтересует Шинкуа настолько, что тот обязательно перешлет его своим. Видимо, есть большая необходимость направить работу китайских лабораторий по ложному пути. Потом мы будем уже не нужны, потому что доктора Шинкуа переведут на работу в закрытом режиме.

* * *

«Ночной охотник» завис в трех метрах над землей. Спустилась стандартная петля бортовой лебедки. Подполковник Сохно перехватил негритянку петлей на уровне бедер, объяснил жестами, чтобы держалась руками за трос. Клер испуганно таращила глаза, тем не менее выполнила все приказы подполковника молча. Пленницу быстро подняли в грузовой отсек.

– Пока, Толя, – сказал в «подснежник» подполковник Разин. – Это, говорят, вторая твоя пленница. Постарайся больше женским полом в боевых условиях не увлекаться. В крайнем случае, зови на помощь моего Парамошу.

Старший лейтенант Парамонов из группы Разина, небольшой, щупленький, с лошадиным улыбчивым лицом, отчего-то всегда нравился женщинам и мог вскружить голову любой.

– Сам справлюсь, – отмахнулся Сохно. – Взлетай, командир ждет.

Вертолет чуть ли не с места лег на крыло и круто взмыл на довольно большую высоту. Чувствовалось, что пилот, недавно получивший новую машину, играет управлением, наслаждаясь полетом.

– Я жду. Я уже рядом. Кордебалет со мной, – отозвался полковник Согрин. – Толя, заходи к Обейде с левой стороны. Постарайся обогнать. Шурик говорит, что часть группы поддержки ушла вперед. Готовит, судя по всему, выход в Грузию. Будем им помогать, не попадаясь на глаза.

– Тогда я пошел, – согласился Сохно. – Они шустро бежали. Надо догонять.

* * *

После того как «Ночной охотник» оставил их в покое, шагали ритмично, не слишком торопились, не переходили на бег, но и не задерживались. Сейчас, налегке, без оборудования, и американцам идти было значительно легче.

– Так наш разговор состоится? – Полковник тоже заметил все перемещения людей Обейды и, естественно, понял их значение.

– Да. Теперь уже можно.

Абу Обейда, казалось, почувствовал облегчение, но полковник постарался вернуть йеменцу дурное расположение духа.

– Меня, скажу честно, смущает совпадение суммы. У тебя десять миллионов и там десять миллионов… Хочется тебе верить, но сомнение, как сам понимаешь, не спрашивает разрешения на посещение головы. Я не верю в совпадения.

– Я верующий мусульманин.

– И что? Верующие мусульмане не воруют женщин? – В голосе полковника слышалась горечь и обида за произошедшее. – Тогда я неправильно информирован о вероисповедании чеченцев. Мне говорили, что они с шестого века были христианами, а потом насильно омусульманены мамлюками, большинство из которых по национальности были тоже чеченцами.

– Воруют и мусульмане… Но я, как верующий мусульманин, могу именем пророка поклясться, что я не имею отношения к этому похищению.

– Пусть так, – вздохнул полковник. – Так, что ты хочешь от меня?..

– Я хочу – диск. – Абу Обейда ответил просто, словно попросил воды.

– Какой диск? – вроде бы и не понял полковник, но рука против его воли легла на грудь, где во внутреннем кармане куртки лежала коробка с диском записи всех испытаний.

– Этот самый, – сказал Обейда.

– Очень интересно. Может, объяснишь?

Обейда обрел уверенность в речи.

– Объясню. Диск я все равно буду иметь. Здесь слишком много моих людей, чтобы вы сумели мне воспротивиться. У меня есть на него покупатель, и я обещал, что доставлю его за десять миллионов долларов. Сумма солидная, чтобы за нее поработать.

– Да, очень солидная сумма, – согласился полковник с насмешкой. – И что дальше?