Дистанция смерти - Александр Тамоников

– У меня все нормально, как и должно быть. Вижу банду талибов численностью в десять рыл, хорошо вооруженных, внешне свежих, готовых к бою.

– Как далеко от тебя талибы?

– Метрах в ста. Идут осторожно, ломаной линией, используя естественные укрытия.

– Так ты что, на своей прежней позиции?

– Э нет, «Ирбис», мы не глупее других. «Духи» выдвигаются прямо на пост, а я устроился в сторонке, южнее. А где ты?

– В километре от тебя. Обозначь точно свою позицию.

– Координаты старого поста вам известны?.. Бери двадцать метров на юго-запад, отклонение пять градусов. Там моя новая позиция.

– Когда начнешь бой?

– Как только «духи» сблизятся с постом на пятьдесят метров и окажутся на лишенном каких-либо естественных укрытий участке плато, в секторе обстрела, тогда и начну.

– Мы подойдем минут через двадцать. Держись!

– А куда ж я денусь, «Ирбис»? Отступать мне некуда, да и не привык я к этому делу.

– С боеприпасами проблем нет?

– Нет. Вы теряете время!

– Группа в движении.

– А, ну тогда, конечно, можно было еще поговорить; но и «духи» на месте не стоят. До них метров семьдесят.

– Я понял тебя. Удачи!

– Всем нам удачи! До встречи!

Отключив радиостанцию малого радиуса действия, американский полковник отдал приказ:

– «Ирбис»! До противника километр, против него один боец «Ориона». Напряглись, ускорились!

Американское подразделение перешло на движение перебежками.

Чернов же вызвал Тимохина:

– Первый, это Десятый! На связь выходил «Ирбис». Взаимодействие согласовали. Отряд «духов» входит в сектор обстрела. Вступаю в бой!

– С богом, Десятый!

Прапорщик, отключив станцию, поднял снайперскую винтовку, поймал на прицел первого слева бандита, перевел ствол на второго, третьего – и вернулся к первому. Выдохнув воздух и задержав дыхание, нажал на спусковой крючок и тут же перевел винтовку вправо. Прозвучало еще два выстрела. Трое талибов рухнули на каменистый грунт с разбитыми черепами.

Обстрел со стороны оказался неожиданным для полевого командира Али. Он должен был просчитать, что российский спецназовец может сменить позицию, но надеялся на превосходство в численности своего отряда. За что и поплатился, потеряв в считаные секунды треть бойцов. Причем никто из них не определил новой позиции, с которой стрелял российский снайпер. Пришлось Али отдать приказ остаткам отряда залечь, – что, впрочем, боевики сделали и без запоздалого приказа своего главаря.

Упав на землю, Али достал радиостанцию. Надо было связаться с Ходжани, но душман не знал, что его уже поймал в оптический прицел прапорщик Чернов. Раздался четвертый выстрел. Али уткнулся окровавленной головой в мелкую гальку, обильно поливая ее темной кровью. Бандиты открыли беспорядочную стрельбу по всему западному сектору.

Чернов сменил винтовку на автомат, передернул затворную раму, сместился левее на запасную позицию и посмотрел на часы. 6.57. Группа «Ирбис» должна находиться где-то поблизости, но ее мог задержать слепой огонь шестерых талибов. Поэтому Чернов не стал ждать. Используя небольшой валун, он открыл огонь по позициям боевиков. Услышал вопли двух или трех врагов, получивших ранения, и тут же спустился в укрытие. Сохранившие способность вести бой талибы перенесли огонь на валун, разбив его в пыль. Но они потратили на это время, а главное, не заметили, как во фланг им вышла группа «Ирбис». «Духи» так ничего и не поняли. Огнем автоматов бойцы Дака расстреляли остатки банды Али.

Чернов поднялся из ямы и крикнул:

– Ну, здорово, что ли, барсы? Лихо вы по горам бегаете, ничего не скажешь. Не то что по полосе препятствий. Одно слово, ирбисы…

К нему подошел улыбающийся Дак:

– Но и ты достойно встретил гостей. И как только умудрился практически без перерыва положить сразу трех «духов»? Я видел это через оптику.

– Как говорится, полковник, кто чему учился…

– Главарь банды успел сообщить Ходжани об обстреле отряда?

– Нет. Я успокоил его, как только он достал рацию.

– О’кей! Ты, Юрий, доложи Тимохину о разгроме банды, а я продолжаю выполнение задачи. – Дак повернулся к подчиненным: – Внимание! В подчинении прапорщика Чернова остаются сержант Шинлер и сержант Линке. Остальные за мной бегом марш! Встретимся еще, – обернувшись, бросил Дак Чернову.

– Конечно, полковник! Мы прикроем вас.

Группа «Ирбис» без двух бойцов пошла на восток.

Напрасно Абдул Ходжани вызывал Али. Станция его помощника из Купши молчала. Полевой командир выругался:

– Шайтан! Али не смог сломить сопротивления одного спецназовца? Но этого не может быть.

Его станция сработала сигналом вызова. Ходжани облегченно вздохнул:

– Али не мог выйти на связь – и делает это сейчас. Слушаю тебя, Али!

Но услышал он голос главаря банды из Джабдуса.

– Это не Али. Это Хамид.

– Хамид? Ты где?

– Послал шесть человек по вершине снять пост русских и обстрелять их опорный пункт газовыми зарядами. Сам нахожусь за поворотом. Со мной пятнадцать бойцов.

– Это хорошо. Будь готов атаковать кишлак.

– Ты считаешь, это потребуется?

– Да, – повысил голос Ходжани, – это может потребоваться. Ты послал шесть человек уничтожить северный пост русских, а Али с девятью воинами, похоже, не смог снять одного неверного на южной вершине. Так что в нашей ситуации возможно невозможное. От этих проклятых свиней можно ждать что угодно. Предупреди людей, которых послал на северный пост, чтобы те были предельно осторожны и внимательны, иначе попадут в капкан.

– Ты удивляешь меня… Али не смог уничтожить одного русского?

– По крайней мере, поверху слышалась интенсивная стрельба, а теперь он не отвечает на вызовы. Сейчас там все стихло.

– Значит, Али где-то допустил оплошность или халатность. Если вести людей, как баранов, гуртом, то и одному стрелку не составит труда перестрелять всю отару. А ты уверен, что основная часть русских до сих пор в доме?

– Да. Они положили оттуда двух моих бойцов – пулеметный расчет. И ведут огонь с разных позиций. Я угостил их выстрелами гранатометов, но они продолжают стрельбу. К тому же за домом ведется наблюдение. Русские не могли скрытно отойти в кишлак и спрятаться в подземелье, оставив в доме прикрытие. А то, что они ведут только прицельный огонь, – это объяснимо. У русских на исходе боеприпасы.