Смерть оловянных солдатиков - Андрей Ильин

* * *

Длинны коридоры власти. Извилисты. И непредсказуемы. Случается, входишь туда через парадное крыльцо – князем. А выводят тебя оттуда через запасной выход, в колодках, а то и – вперед ногами.

– Проходите, пожалуйста…

Знакомые лица. Знакомые фразы. Знакомые интерьеры.

Первый раз его отсюда отвезли копать могилу. Себе. Второй – обошлось. Что-то будет теперь…

– Подождите, пожалуйста.

Ждем.

– Проходите.

Проходим… Кабинет. Не тот. Поменьше. За столом человек. Другой, не тот, что нужен. Хотя из ближнего окружения. Самого ближнего. Из обоймы. Но не «Первый».

– Я слушаю вас.

Пауза. Внимательный, изучающий взгляд.

– Извините, но я не могу с вами разговаривать.

– Что? Что вы сказали?

– Я не могу с вами разговаривать.

Человек за столом расплылся в улыбке. Довольно идиотской, потому что немного растерянной.

– Вы, кажется, не поняли. Вы, наверное, не узнали меня. Я…

– Я узнал вас. Но я не могу разговаривать с вами, простите. Я имею право разговаривать только с Первым лицом. Не бывшим «Первым»…

Чиновник побагровел.

– Что вы себе позволяете?!

– Ничего. Я лишь исполняю пункты служебной инструкции. Я имею право докладывать и получать приказы от первого лица государства либо от назначенных им доверенных лиц.

– Значит, будем считать, что я его доверенное лицо.

– Мы не можем ничего считать. Существует соответствующее положение. «Первый» должен подтвердить ваши полномочия лично, либо письменно, собственноручной подписью. После чего ответственность за данное решение он примет на себя.

– Кто примет?!

– «Первый».

– Какую ответственность?! Вы с ума рехнулись! Он за всю страну ответствен! Вы кто, вообще, такой?

– Никто. Посредник.

– А ведете себя как… господь бог. Да если я сейчас распоряжусь, то вы… То вас…

– Извините. Мне можно идти?

– Куда? Я не отпускал тебя… вас. Я здесь не хрен с изюмом. Я допущен! Я в отсутвие Хозяина имею право подписывать любые бумаги…

– Извините. Но есть инструкции, которые я не вправе нарушать.

Человек за столом как-то скис. Он не привык… На этом месте другой посетитель давно бы уже винился, ползал по ковру на коленях и норовил облобызать ручку или даже ботинок. А этот как истукан. Как не знаю что! Никаких эмоций на лице, ни боязни, ни хотя бы уважения.

– Вы или идиот, или черт вас знает кто такой! Передайте вашему вышестоящему начальнику, что я распорядился уволить вас к чертовой матери без выходного пособия.

– Сожалею, но меня нельзя уволить. Я не состою на государственной службе. В привычном понимании.

– Тогда погоны… Погоны на стол!

– Я не имею званий. И, соответственно, не имею погон.

– А зарплата? Зарплата вам тоже не нужна?

– Я не получаю зарплату.

Хозяин кабинета опешил. А как тогда его? За какое место ухватить? И призвать? И припечатать!

– Кто вы, дьявол вас подери?!

– Я уже говорил – посредник.

Чиновник замер. Он что-то такое услышал. Сообразил.

– Если вы посредник, то между кем и кем?

– Между «Первым» и Учреждением, которое я представляю.

– Ага! Значит, есть Учреждение! Что же вы мне голову морочите! – уцепился за мысль, добавил в голос металла человек за столом. – Кто ваш начальник? Самый главный? Назовите его имя.

– Я его не знаю.

– То есть… А кто знает?

– Никто. Наш начальник работает под прикрытием, и любые контакты с ним исключены.

– Но он же должен подчиняться кому-нибудь?

– Да, «Первому».

– Ну так пусть он, а не вы… Если всякая мелкая шваль будет…

– Простите, это невозможно. Он не может встречаться ни с кем, включая «Первого». Все контакты осуществляются только через посредника либо обезличенно.

– Это не шутка? Вы серьезно?!

– Таков регламент, который должен исполнять я, должен исполнять начальник и должен исполнять «Первый».

– Хозяин никому ничего не должен! Он Хозяин!

– Простите, но правило не знает исключений. При контактах с нашей организацией «Первый» обязан придерживаться утвержденных инструкций.

– Но почему?!

– Сегодня «Первый» – глава государства, а завтра – пенсионер или преследуемый новой властью преступник. Наша организация не может рисковать.

– Дурдом!

– К сожалению, мне нужно идти. – Посетитель встал.

– Постойте…

Открылась дверь. Не та, не парадная. В кабинет вошел Главный Телохранитель. А за ним… «Первый».

– Спасибо, – поблагодарил он. – Дальше я сам.

Человек за столом встал. Поздоровался за ручку и вышел из кабинета. Прикрыл за собой дверь.

– Присаживайтесь.

Сели.

– Я слушаю вас.

– Я должен отчитаться по итогам работы. Боевики. Организации. Контакты. Кофликты. Оружие. Снабжение. Планируемые акции…

– Судя по всему, вы владеете значительным объемом информации по существующему положению дел в Регионе.

– До девяноста процентов.

– Девяноста?!

– Да. Десять процентов – это одиночки и мелкие группировки, которые никому не подчиняются и их почти невозможно отслеживать. Но все более-менее организованные группы находятся под контролем.

«Первый» удовлетворенно кивнул.

– Как вам это удалось?

– Путем создания «болвана».

– Простите, кого? – не понял «Первый». Потому что вокруг него было много болванов, но от этого управление страной никак не упрощалось.

– Это сленг. «Болван» – это фигура, созданная для решения тех или иных оперативных задач. В данном случае его функции исполняет так называемый Галиб. Благодаря различным мероприятиям он смог занять лидирующие позиции в Регионе, замкнув на себя всю полезную нам информацию по готовящимся акциям, составу террористов, персоналиям, снабжению. Ему докладывают о существующем положении дел, он утверждает предложенные сценарии акций и их участников…

– Ваш человек?!

– Да.

– То есть они сами приходят и все про себя выкладывают? – как-то по-детски удивился «Первый».

– Да, приходят и докладывают. Таковы условия достигнутых договоренностей.