Бой после победы - Александр Тамоников

Горшков подошел к коменданту:

— Лежи тихо, чухан! Шевельнешься, всю обойму вгоню в башку!

Он накрыл бандита одеялом с головой и отскочил к стенке. Как раз вовремя. В коридоре послышались шаги. Вскоре в проеме появились двое, то ли молдаван, то ли прибалтов. Они вошли в комнату. И тут же Горшков вонзил одному из них, коренастому парню со светлыми волосами, кинжал в горло. Костя же, выйдя из-за шкафа, вскинув автомат, сделал два одиночных выстрела во второго гостя. Наемники упали вперед, в помещение. Пораженный выстрелами наемник затих сразу. Обе пули вошли ему в переносицу. Второй, с раной в горле, дергался и хрипел. Николай выстрелом в затылок успокоил его. Взглянул на Ветрова.

— К постели Байзеда их, Костик!

Бойцы оттащили трупы к топчану.

Николай привязал ремнем, позаимствованным у того, кого он убил, коменданта к железному каркасу нар. Затем, подумав, резко развернулся и нанес Байзеду сильный удар в голову, лишив коменданта сознания.

Обернулся к Ветрову:

— Дергай на прежнюю позицию, я свяжусь с прикрытием и подойду! Тогда и начнем крутить карусель!

Костя напомнил:

— Шаху о произошедшем сообщи! Наши дела, похоже, ломают всю схему общей операции!

— Это точно! Ладно, Костик, иди! Если кто еще сунется в блиндаж, вали на хер, хуже теперь нам все равно не будет!

— Понял!

— Давай, брат! Я скоро!

Ветров ушел. Николай вызвал Расанова, объяснил ему, что вынужден начать акцию немедленно, довел причины принятого решения. Шах воскликнул:

— Как это некстати! Говорил же, не нравится мне обстановка, вот и пошло все наперекосяк!

Колян произнес:

— Кто бы спорил! Но и делать больше нечего! Бандюки по-любому скоро поднимут тревогу.

— Это так! Ладно, Колян, держись там! Я что-нибудь придумаю!

— Только думай, Шах, быстрее, ладно? Нас здесь пять человек, боевиков херова туча. Соотношение покруче, чем у Косых Ворот в свое время, будет!

— Я постараюсь! Держись, Колян!

— А куда я денусь? Мне подыхать нельзя, свадьба на носу! Но ладно, давай, Шах, даст бог, увидимся! Отбой!

Горшков переключился на разведчиков.

Ответил старший группы:

— Я — Тропа-4, слушаю тебя, Высота!

— Засветились вы, ребята! Уж кто лично, не знаю, но засветились. Я вынужден преждевременно начать акцию! Вы же, как в лагере поднимется шухер, валите всех на территории. Но смотрите, чтобы кто за периметр не вылез, не обошел вас. Если все же окружат, то укрывайтесь в подземных ходах. Двое в левом, один в правом. В левый, Равиль, уходи сам с напарником, в наш ход пошли Гольдина. Все под моим контролем будет! Ты понял меня, Равиль?

— Понял! — Но уточнил: — Ты Первому об изменении обстановки и принятии решения доложил?

— Естественно! Куда ж я без Шаха?!

— Извини, Коля, я не хотел…

— Брось, Равиль! Давай, до встречи! Надеюсь, что все встретимся! Конец связи!

Уложив станцию в карман, Николай вышел в коридор. Подошел к перегородке, где стоял Ветров, спросил:

— Что охрана?

— О чем-то говорят на своем языке! Наверху!

— Так! Как будем валить их?

— Боевиков должно быть видно от двери отсека, где содержат Доронина.

— Не факт, что двоих. Отсек может контролировать и один охранник. А нам надо замочить их обоих одновременно! Значит, придется выходить из блиндажа. Пойду я! Как только отстрелю охрану, займу позицию в окопе на входе. Ты же выносишь Доронина и переносишь в отсек Байзеда, дав пистолет. Сам ко мне!

Колян, поправив «АК-74», взглянул на друга:

— Ну я пошел, Костя!

— С богом, Колян!

Николай усмехнулся:

— Да, нам бы не помешала его помощь. Но сейчас ночь и как бы он не спал. Впрочем, обойдемся и без посторонних сил. Как говорится, на бога надейся, а сам не плошай. Вот и будем надеяться на лучшее. А худшее само придет, без всякого приглашения.

Николай вышел на середину бункера, наклонив голову, прошел к лестнице. Охранники увидели фигуру неизвестного, но ее появление явилось столь неожиданным, что бандиты не успели ничего предпринять. Николай же, зацепив взглядом две цели, медлить не стал, выстрелы автомата уложили охранников в секунды. Убедившись в поражении цели, Николай устроился на ступенях входа в блиндаж, опустил на глаза прибор ночного видения, осмотрел территорию. В зеленоватом, искаженном цвете, где темное становится светлым, а светлое темным, но вполне различаемым, увидел трех боевиков у шлагбаума, метрах в пятидесяти справа. Они смотрели на блиндаж, явно не понимая, что происходит. Колян срубил их двумя очередями. И только после этого откуда-то слева ударила очередь, разорвавшая ночную тишину лагеря, и рядом с окопом поднялась полоса земляных фонтанов. Его обнаружил третий пост. Боевики сумели правильно оценить обстановку и открыли огонь по входу. К счастью, первый стрелявший по Николаю не скорректировал огонь автомата, и пули легли ближе цели. Колян ударил по третьему посту. Задел одного из боевиков, укрывшихся за дровяной кладкой. Ранил, так как слышал крики боли. Послышались голоса с разных сторон. Лагерь проснулся. Боевикам потребуется минут десять, чтобы оценить обстановку, организовать согласование действий под командованием одного полевого командира. После чего они вовсю проявят себя. На стороне спецназа было то, что блиндажи строились так, чтобы лагерь имел возможность ведения круговой обороны при нападении противника извне, следовательно, бандиты могли эффективно вести огонь по лесу, а вот накрыть свою территорию были не в состоянии. Данное обстоятельство играло на руку Николаю, но до тех пор, пока бандиты не решатся одновременно со всех направлений атаковать главный, штабной блиндаж. Тогда подобную толпу ни одним, ни двумя автоматами, да ни всем вооружением малочисленной группы не удержать. Кроме того, способ построения обороны противника грозил гибелью людям группы, оставшимся вне лагеря. Поэтому прежде чем ввести их в бой и заблокировать огневые точки, направленные на позиции разведчиков и Гольдина, Николаю следовало вызвать ответный удар бандитов на себя, создав иллюзию нахождения противника только в главном блиндаже. Для начала. Это несложно, учитывая то, что боевикам, не знающим о подземных ходах, еще придется почесать репы, просчитывая, каким образом неизвестный враг смог спокойно, обойдя посты, оказаться в их штабе и оттуда начать акцию против лагеря. Что тоже на какое время дезорганизует их командный состав. Расчеты Николая полностью оправдались. После первого обстрела входа и ответной очереди Николая, криков в блиндажах в лагере вдруг наступило молчание. Кто-то взял на себя общее командование и сейчас решал это делать дальше. Он не мог исключить варианта предательства и того, что штаб захватил кто-то из духов, вызвавших огонь на себя, обеспечивая этим отвлекающим маневром подход к лагерю со стороны леса основных сил противника. Наверняка сейчас духи во все глаза следили за «зеленкой». Но это скоро пройдет. Бандиты вынуждены будут действовать. Часть сил оставят для прикрытия лагеря с внешней стороны. Но и это не спасет Коляна с товарищами от штурма блиндажа. Но пока восстановившуюся тишину ночи прерывали лишь вопли раненого боевика за дровяной кладкой.