Последний штурм - Александр Тамоников

— Подожди, я запишу, значит, Сулико…

— Гададзе, – напомнил Заркаев.

Ризоев обещал:

— Скоро ты получишь определенную сумму! У тебя в Грузии есть люди, способные сделать документы для женщины и ребенка, чтобы переправить их через Турцию в Кунир?

— Есть! Но это потребует дополнительных расходов, и весьма крупных расходов, а также определенное время.

— Ты получишь любую сумму!

— Хорошо. Начинайте пересылать деньги частями. Всего для начала пять тысяч долларов. Позже еще столько же. И окончательный расчет в двадцать штук непосредственно перед отправкой в Турцию вашей семьи. Но тогда уже не почтой, а курьером. Из Аджарии или России. Мне все равно.

— Я принимаю твои условия, Ахмед. И прошу, береги женщину и ребенка!

— Не волнуйтесь, господин Ризоев, они в полной безопасности, памятью матери клянусь!

— Передай трубку женщине.

— Хорошо. Но, просьба, не затягивайте разговор.

— Да, конечно!

Услышав вновь Аллу, Ризоев сказал ей, что сделает все возможное, чтобы как можно скорее забрать ее и дочь к себе в Кунир. На этом связь прекратилась.

Ризоев, положив трубку, задумался. Счастливый случай? Или подстава российских спецов? Но какой резон русским затевать какую-то косвенную игру с чеченцами в Кунире, когда они и так получили то, что хотели? Скорее всего, счастливая случайность. Алле неслыханно повезло. Такое, впрочем, бывает. Не часто, но бывает. Что ж, господа из ФСБ, потеряли козырь против Ризоева? Потеряли. Теперь ситуация изменилась. Плевать на Интерпол и показания Мулдашева. Если эмирским гвардейцам удастся захватить или уничтожить штурмовую группу русских, это вызовет куда больший скандал, нежели подстава их агента и само убийство Усамбиева. А поэтому надо играть против проклятых неверных. Теперь, когда его любовница и дочь на свободе и в безопасности, он, Висхан, не только может позволить себе это, он обязан сделать все, чтобы наглецы русаки не ушли из Кунира. С его, Ризоева, помощью. Данное обстоятельство не останется без внимания и в американском посольстве, а значит, и в ЦРУ. А это то, что надо. Надо до момента, когда Ризоев встретит в Кунире Аллу с Лейлой, подготовить их бегство в одну из стран Южной Америки и бежать за океан, прихватив с собой кассу новой администрации. Что позволит ему безбедно прожить остаток дней своих! Без войны, без проблем, вне угрозы быть настигнутым, преданным или убитым своими же соратниками!

Приняв решение, Ризоев достал мобильный телефон, вышел на улицу. Из сквера набрал номер:

— Абу? Висхан.

— А? Господин Ризоев? Что-то давно не слышал тебя. Зазнался, да? Забыл старых друзей? А это нехорошо и даже опасно! Но… шучу… Как дела, Висхан?

— Слушай, Абу, внимательно. В Кунир прибыла диверсионная группа российской ФСБ с целью освободить Карнаухова. Того самого подполковника, которого 30 числа должны казнить в Кайрауне.

После непродолжительной паузы Абу спросил:

— Ты это серьезно, Висхан?

— Абсолютно. Русские в Кунире, более того, они в Эль-Саиде, а возможно, и в Кайрауне. Готовят операцию. Где планируют провести ее, не знаю, но, скорее всего, в самой столице. Хотя это всего лишь мое личное предположение.

Араб протянул:

— Та-а-ак! Давненько русские не работали за рубежом. Зацепил их таки случай с подставой подполковника. Это очень ценная информация, Висхан. Если она подтвердится и эмирской службе безопасности удастся нейтрализовать эту группу, за информацию эмир заплатит щедро. Кое-что можно выбить и из американцев.

Ризоев раздраженно произнес:

— Ты все на деньги переводишь! Не рано ли считаешь их? Надо немедленно принять меры, чтобы данная информация попала к нужным людям.

Абу ответил:

— Да, я считаю деньги! А ты – нет? Или ты служишь исключительно идее? Молчишь? Правильно делаешь. О том, что информация попадет к кому надо, не волнуйся. Сегодня я уже не успею связаться с человеком, который протолкнет ее до эмира, но будь уверен, завтра служба местной безопасности будет поднята на уши! И она успеет подготовить для русских засаду.

Отключившись от араба, Ризоев успокоился быстро. Висхану теперь надо думать о том, как быстрее переправить в Кунир Аллу с Лейлой и начать готовить втайне от всех план бегства с Ближнего Востока. Благо, время для этого у него еще есть. Так же, как и возможности.

В дом-резиденцию возвращаться не хотелось, и Висхан решил прогуляться по скверу.

Пока он гулял, вдыхая посвежевший к вечеру воздух, спутниковый телефон Сургина выдал сигнал вызова. Оторвавшись ото сна, Андрей ответил:

— Да?

— Потапов. Ризоев проглотил дезу!

— Понял вас.

— Ты не осложнил этим ситуацию?

— Нет.

— Значит, завтра?

— Да.

Связь отключилась. Андрей положил телефон под подушку и тут же мгновенно уснул. Сквозь сон он слышал, как часов в десять Талал ввел в дом людей Семашина из числа дополнительных сил. Вставать не стал. Со своими ребятами пусть разбирается сам командир морского спецназа.

27 июня 2005 года, 4.00

Ровно в это время дом Талала Халифа ожил.

Офицеры поднялись, как по тревоге, хотя никто никакой команды не подавал. Принялись приводить себя в порядок. Сургин увидел двух новых морских спецов. Группа эвакуации раненых, а заодно и оперативный резерв. Майор поздоровался с прибывшими вечером офицерами и также занялся собой. На улице рассвело, и свет в доме не включали.

В это время проснулся и Талал Халиф. Спустился в гараж, проверил свой подержанный «Бьюик». В шесть часов выехал со двора и начал медленное выдвижение на выезд в сторону Кайрауна. Город просыпался. Торговцы спешили на рынки. Таксисты спешили к отелю и частным гостиницам, занять очередь за многочисленными туристами. Город начинал обычную жизнь.

Ровно в 6 утра, как и Талал Халиф, из дома вышел первый человек – боец штурмовой подгруппы подразделения морского спецназа «Скат». Через 15 минут, но уже с тыла, усадьбу покинул второй спец. За ними третий, четвертый… Последними, закрыв калитку массивных ворот, к объекту Шаргаур направились Сургин с Павловым. Пройдя квартал, они разошлись. Все офицеры были облачены в светлые костюмы, под которыми были надеты бронежилеты. В туристических сумках спецов находились бесшумные автоматы «ВАЛ». Двое вместе с автоматическим оружием несли два гранатомета «Муха». Также в карманах спецназовцев покоились пистолеты «ПММ» и документы на граждан Польши, Болгарии и Венгрии. Семашин имел паспорт румына, так как очень был похож на цыгана.

Подгруппа благополучно вышла в указанные ей места ожидания и рассредоточилась с тыла высокого забора тюрьмы Эль-Саида. Талал Халиф остановил свой «Бьюик» в пяти километрах от города, повернув его в сторону населенного пункта.