Дистанция смерти - Александр Тамоников

– Не знаю. Разберемся. Выполняйте поставленную задачу.

– Да в кишлаке от силы пятнадцать-двадцать «духов». А после гранатометного обстрела – и того меньше; это определяется интенсивностью огня, что ведет противник. Мы можем и должны провести штурм Гердеза с трех направлений. Ведение позиционного боя в данной обстановке необоснованно.

– Все сказали, «Ирбис»?

– Все!

– Тогда повторяю приказ: вести обстрел кишлака. Если вы сумели все просчитать, полковник, то для меня обстановка неясна. Мы на ровном месте потеряли майора Рифа, желаете еще потерь?

– А так мы можем до бесконечности перестреливаться с «духами».

– Штурм объекта только по моей команде! И не задавайте больше ненужных вопросов, а также не утруждайте себя предложениями, которых я не приму. Отбой!

Дак выключил станцию. К нему подполз сержант Ларсен:

– Командир, в Чаракском ущелье вновь слышна стрельба. И это тревожит. Русские, похоже, завязли в Ханбаке. Не мешало бы связаться с Тимохиным. Здесь-то, по большому счету, нам делать нечего.

– Как связаться с Тимохиным? Обычная станция не достает, спутниковые у Дрейка и Стоуна.

– Замечу, сэр: в наступление Стоун не взял с собой «Сигму».

– И что?

– А то, что надо нам забрать ее. Она наверняка на позиции Дрейка, но вытащить ее оттуда можно. Генералу сейчас не до станции Стоуна.

– И кто вытащит станцию капитана из-под носа Дрейка?

– Я, если разрешите!

– Ты?

– Почему нет, командир? Ведь по вине Стоуна мы лишились связи. Он уничтожил нашу станцию, значит, должен отдать свою. Она ему вообще ни к чему.

Недолго подумав, Дак согласился:

– О’кей, Пол! Давай двигай. Но, смотри, аккуратно. И чтобы Дрейк тебя не видел.

Ларсен обернулся за пять минут. Залег рядом с Даком, держа в руках кейс:

– Вот она, голубушка, цела и невредима.

– Дрейк не видел тебя?

– Нет. Он увлеченно смотрел на кишлак. Даже не обернулся, когда я стащил станцию с полотна палатки.

– Давай ко мне Кроша.

Связист «Ирбиса» подполз к Даку.

– Вот тебе станция Стоуна. Быстро приведи ее в рабочее состояние.

– Откуда она у вас?

– Генерал подарил… Работай, лейтенант!

– Минуту, сэр!.. Упс! Стоун закодировал станцию.

– Так раскодируй ее! Кто у нас связист – ты или я?

– На это потребуется время.

– Значит, не теряй его.

Крош не заставил себя ждать:

– Все, командир, станция к работе готова.

– Вызывай Тимохина.

Лейтенант набрал номер, но, получив сигнал отсрочки переговоров, доложил:

– Сэр, в данный момент Тимохин не может ответить.

– Плохо… Так! А ну-ка набери номер Вайринка, он должен быть в Кабуле.

– Есть!.. Генерал Вайринк на связи, сэр!

Командир «Ирбиса» взял трубку:

– Генерал! Это Дак!

– Ну, наконец-то! Почему молчал до сих пор?

– У меня станция выведена из строя. Пришлось воспользоваться «Сигмой» капитана Стоуна.

– Хорошо, что воспользовался… Какова обстановка у Гердеза?

– Группа «Ирбис» и подразделение Рифа, который, кстати, погиб при очень странных обстоятельствах от подрыва гранаты, ведут позиционный бой с кучкой талибов, засевших в кишлаке.

– Позиционный бой? Штурм невозможен?

– В том-то и дело, что мы можем без проблем занять Гердез и уничтожить талибов, но Дрейк тупо настаивает на ведении позиционного боя.

– Ты с Тимохиным связывался?

– Пытался, но он передал сигнал отсрочки вызова. Я вообще не понимаю, что происходит. Русские вступили в бой раньше определенного времени. Мы сидим на позициях. Риф каким-то образом подорвался на гранате…

– Понятно, – прервал полковника генерал Вайринк, – а теперь слушай меня. Генерал Дрейк, майор Риф и капитан Стоун – предатели. Они работают на талибов. То, что происходит в Гердезе, – имитация боя, имеющая целью удержать у кишлака группу «Ирбис», не допустив ее выхода к русским, которые попали в засаду. И отправил их в засаду генерал Дрейк.

– Так вот почему эта сука держит нас у кишлака!..

– Да. Положение «Ориона» весьма серьезное. В настоящее время он успешно ведет бой с бандой Ходжани, однако совсем скоро обстановка изменится. Полевой командир талибов вызвал поддержку из Купши и Джабдуса. Подкрепление к Ходжани может подойти в ближайшие два часа, и тогда русским не выдержать натиска значительно превосходящих сил противника.

– Почему наши не окажут Тимохину поддержку авиацией?

– Сейчас пилоты штурмовиков просто не увидят отряды, идущие к ущелью либо по «зеленке», либо рядом с ней. Вертолеты же смогут дойти минут через сорок, а с учетом адаптации к местности – начать действовать не ранее часа с лишним. За это время талибы в состоянии выйти в ущелье. И потом, применение авиации запланировано по вызову Тимохина. Тот молчит, и я его понимаю. Командир «Ориона» прекрасно знает, что в данной обстановке применение авиации малоэффективно. Вот позже, когда прояснится ситуация с силами талибов, что выйдут на него, Тимохин, возможно, и вызовет авиацию. Но, скорее всего, он рассчитывает на нее во время эвакуации.

– Я все понял, генерал, кроме одного: что делать мне? Начать марш к ущелью, сняв группу с позиций у Гердеза? Но тогда Дрейк может нанести нам удар в спину, используя людей Рифа, вместе с талибами, что засели в кишлаке.

– Слушай приказ, полковник. С этого момента командиром «Марса» являешься ты! Группе немедленно провести штурм Гердеза, объявив личному составу о предательстве Дрейка и Стоуна. Разбив отряд талибов в Гердезе, связаться с полковником Тимохиным и согласовать с ним ваше дальнейшее взаимодействие.

– Есть, генерал. Что делать с Дрейком и Стоуном?

– Арестовать, обезоружить, связать и охранять до прибытия спецконвоя.

– Каким образом сюда прибудет спецконвой?

– Это уже не твоя проблема, а парней из контрразведки. Оставь в охранении людей из группы Рифа.

– Но они могут освободить генерала и капитана и вместе с ними свалить к талибам в Купши!

– Не думаю. Кому теперь в Купши и Пешаваре нужны эти подонки? Все, Дак! Действуй!