Комбат не ждет награды - Максим Гарин

– Завтра в четыре вечера, – растягивая слова, – проговорил парень, – Гапон ждет тебя на своей квартире в Москве.

– А если я?..

– Никаких если.

– Но…

Крепко сбитый парень еще раз затянулся, загасил сигарету прямо о пластик стола и поднявшись, вышел в коридор. Иваницкий услышал как хлопнула входная дверь, быстро схватил окурок, сдул пепел, чтобы его не увидела на столе жена.

– Кто это был? – послышался ее встревоженный голос.

– Да так, – торопливо крикнул Иваницкий, – по делам.

– Тебе что, дня мало, что они уже по ночам в дом ходят?

Иваницкий вздохнул. Теперь ему еще предстояло объясниться с женой. Следовало придумать, какого черта ему нужно завтра ехать в Москву.

* * *

Вторично об аварии узнал и Матвей Гаврилович Супонев. Первый раз ему об этом сообщил секретарь, чуть позже позвонил генерал из Минобороны и сообщил:

– Знаешь, Матвей Гаврилович, тут у нас неприятность.

– Какая? Что случилось? – уже понимая, о чем скажет генерал, участливым тоном осведомился Супонев.

– Офицеры из ГРУ погибли.

– Какие офицеры?

– Да те, которыми ты интересовался. Проверка с нашего полигона.

– Неужели погибли? – словно бы не веря услышанному, пробормотал Матвей Гаврилович.

– Дорожно-транспортное происшествие.

«КамАЗ» с ними, мать его.., столкнулся, погибли все четверо – три офицера и водитель.

– Послушай, – сказал Супонев, – ты там уж; поруководи, чтобы в этом деле слишком не копались. А то знаешь, сейчас любопытных пруд пруди, везде норовят всунуть свой нос. Пусть все будет так, как есть – дорожно-транспортное происшествие и все.

Незачем им на полигон соваться. Ты меня понял?

– Конечно понял, Матвей Гаврилович. Как же не понять? Я так и думал.

– Завтра мой человечек к тебе подъедет, привезет кое-что. Я как бы твой должник.

– Да что ты! Что ты, Матвей Гаврилович! – уже совершенно другим тоном заговорил генерал.

– Кстати, где ты будешь?

– Днем в министерстве, как всегда, а вечером на даче, – отрапортовал генерал.

– Ну вот на дачу к тебе и подъедет мой человечек. Так что далеко не отходи.

Супонев положил трубку. Ему не хотелось слушать восторженные словоизлияния генерала, тем более, что он не относил его к очень важным людям. Так себе, мелкая сошка, хоть и служит в министерстве начальником.

Супонев велел своей охране приготовиться к выезду. Он решил съездить к своему партнеру Якову и посмотреть партию бриллиантов. Камни были отечественные, из Якутии, и огранены лучшими российскими мастерами.

Матвей Гаврилович решил, что если камни ему понравятся, он заберет всю партию. Все-таки камни лучше, чем пачки долларов.

Да и места занимают намного меньше. К тому же с камнями как-то спокойнее.

«Завезу за границу, спрячу в надежный сейф и пусть лежат до поры до времени. А когда понадобятся деньги, я их преспокойно продам и еще заработаю, куш сорву, неплохой куш. Да, Матвей Гаврилович, думать ты еще не разучился, голова работает почище любого компьютера!»

Супонев оделся и покинул свою квартиру в радостно-возбужденном состоянии, предвкушая то удовольствие, которое он получит от созерцания граненых алмазов.

«На что, на что, а на камни денег жалеть не стоит. Камни и картины – вот единственно стоящие в жизни вещи. Да еще женщины, блондинки, брюнетки, – Матвей Гаврилович стоял перед зеркалом, любуясь своим отражением. А я еще ничего, лет десять протяну. Ну может и не десять, но если буду следить за собой, то все десять красавцем и протяну. Бассейн, теннис, баня… И главное, не перенапрягаться с алкоголем, тогда все будет хорошо. Правда, может быть, с женщинами надо немного поубавить прыти, особенно с молоденькими. А то как ни увижу, аж озноб начинает бить. Хотя уже вроде бы все и перепробовал. Странно все-таки я устроен», – думал Супонев, садясь в салон своего длинного лимузина.

Через полчаса Матвей Гаврилович Супонев был уже на месте – в одном из московских коммерческих банков, председателем которого являлся Яков Березин, партнер Супонева по бизнесу. Яков Березин встретил Матвея Гавриловича с распростертыми объятиями и с немного виноватой улыбкой на ухоженном лице:

– Здравствуй, дорогой Матвей Гаврилович!

– Что это ты улыбаешься, как кот после ночи проведенной в подвале?

– Да уже есть чем тебя порадовать, Матвей Гаврилович. Пойдем, сам посмотришь.

– Мой человек приехал? – спросил Супонев.

– Да, уже ждет тебя около четверти часа в приемной моего кабинета.

– Так зови его.

– Слушай, неужели ты мне не веришь?

– Я верю всем, но в первую очередь специалистам, – коротко бросил Супонев, по-хозяйски двигаясь коридорами банка к кабинету управляющего.

Хозяин банка едва поспевал за своим гостем. Охрана осталась во внутреннем дворике.

Лишь двое из людей Супонева пошли с ним, один из них нес кейс с кодовым замком. Мужчина, сидевший в приемной, в твидовом костюме, роскошном галстуке с золотой булавкой, сразу же подскочил со своего места, направляясь к Матвею Гавриловичу.

– Здравствуй, здравствуй, – пожал руку с длинными пальцами Матвей Гаврилович. – Ну как твое ничего?

– Нормально. Благодаря вам, Матвей Гаврилович, я не сижу без дела.

– Пойдем, посмотришь.

Войдя в роскошно обставленный кабинет управляющего банком, Супонев уселся за стол хозяина и посмотрел на экран компьютера, по которому бежали, как вода из невыключенного крана, колонки цифр.

– Что, смотришь котировки?

– Да, смотрел.

– Хотя на хрен мне все это, я так и не пойму, – ответил управляющий банком. Людей нанял – пусть они и смотрят.

– Ну показывай, чего тянешь.

Яков Березин бросил недовольный взгляд на двух дюжих людей Супонева.

– Что, они мешают тебе? Тогда я скажу, чтобы вышли. Мальчики, идите в приемную! – махнул рукой, сверкнув перстнями с крупными бриллиантами Матвей Гаврилович. – Давай, не томи.

Ювелир, дожидавшийся в приемной, уже сел к маленькому столику, стоящему у окна, и повернул лампу, несколько раз щелкнул выключателем.

– Давай, не тяни. Хочу поскорее увидеть.

Ты же знаешь, Яша, я ужасно нетерпелив, – Супонев потер ладонью о ладонь, показывая этим движением управляющему банком как он волнуется и ждет встречи с бриллиантами.

Тот подошел к сейфу черного цвета с двумя золотыми табличками и стал набирать коды.

Когда сейф был открыт, Яков Березин извлек из его недр, где Матвей Гаврилович Супонев успел увидеть аккуратные пачки денег, небольшую черную коробку, похожую на пенал для карандашей. И аккуратно держа коробочку в руках, подошел к столу, за которым сидел Матвей Гаврилович, и поставил ее.