Дезинформация прошла - Альберт Байкалов

Тем временем парни миновали Полынь, оставив его позади себя. Антон отложил автомат, вынул пистолет и быстро навернул глушитель. Однако шедший первым неожиданно поднял взгляд прямо на него. Антона обдало жаром. Парень, замешкавшись, остановился. Его лицо исказил ужас. Второй налетел на него и тоже остановился.

Догадавшись, в чем дело, Полынь приподнялся над землей и кашлянул.

Оба повернулись на звук. В тот же момент мелькнули тени Дрона и Джина. Мгновение – и оба парня оказались на земле.

Оттащив пленников в заросли густого кустарника, их быстро обыскали и связали руки. Кроме автомата, оружия не оказалось. В рюкзаке обнаружили пару пустых мешков. Один был в пятнах крови. Во втором, в швах, Дрон обнаружил рис.

– Они куда-то продукты носили, – выдвинул предположение Джин.

– Кто такие и куда шли? – нахмурившись, спросил Антон.

– Мы в Гелдогене живем, – заговорил выглядевший постарше своего напарника чеченец. – В Морзой-Мохк ходили… Там скоро у племянника свадьба. Крупа, мясо носили…

– Автомат зачем? – Антон сделал вид, будто поверил.

– Опасно без оружия…

– Ты же закон нарушаешь.

– Я никого не убил…

– Откуда мы знаем? – Антон посмотрел на часы, потом поднял голову вверх. Сумерки сгущались, надо было торопиться. – В такое время в лесу, да еще с оружием…

– Не боевики мы! – заговорил второй. – Можете проверить. Племянника Юсуп Дадашев зовут.

– Ничего я не буду проверять, – покачал головой Антон. – Потому что не верю. Еще ни один бандит вот так, с ходу не признался. Нам этого просто не надо. Достаточно автомата, – он перевел взгляд на Полынцева: – Уколи их.

– Понял, – майор вынул контейнер со шприцтюбиками. В это время Дрон задрал одному из парней рукав.

– Мы даже патроны теперь на вас не тратим, – прокомментировал он свои действия. – Сейчас бац укольчик – и через часок ты уже у своего бога.

– Не надо! – глаза парня округлились. Он резко выгнулся, пытаясь освободить руку, но Дрон крепко придавил его к земле.

Антон не собирался убивать этих двоих чеченцев. Но и возможности тащить сейчас в комендатуру эту парочку не было. Просто вскоре после инъекции они уснут, и в течение десяти часов их не поднимешь даже пушкой. Этого времени, как он считал, будет достаточно, чтобы решить все вопросы, а на обратном пути они парней заберут.

Наблюдая за тем, как товарищ сначала обмяк, потом закатил глаза, пробормотав что-то бессвязное, его напарник неожиданно заговорил:

– Не надо меня убивать, я все скажу. Это все он. Мы живем по соседству. Он пришел две недели назад и попросил помочь. Сказал, деньги заплатит.

– Что помочь? – нахмурился Антон.

– Продукты в лес носить надо. Говорит, там люди живут. Есть его родственник.

– Дальше!

– Я согласился.

– А как он тебе сказал? Подробнее!

– Он сказал, – парень покосился на доктора, в руках которого был второй шприцтюбик, и закатил глаза к небу, – бензин они там делают.

– И ты поверил?

– Нет, – парень покачал головой. – Зачем здесь его варить? Возить надо… Тут даже дорога нет…

– Хорошо, – задумчиво протянул Антон. – А как найти этих людей?

– А ты потом им не скажешь, как узнал? – Парень был не на шутку напуган.

– Не волнуйся, – успокоил его Антон. – Никто ничего не узнает.

– Еще километр надо вдоль ручья идти. Увидишь упавшее дерево. Оно в воде лежит. От него – в лес. Там овраг…

– А сколько человек там живет? – напрягся Антон.

– Не знаю, – парень пожал плечами. – Мы близко не ходил… Нас охранник встречал, потом звал какой-то Салман. Старый уже…

– Дрон, – Антон показал взглядом на парня, – давайте.

– Ты же обещал! – глаза чеченца округлились от ужаса.

– Я свои обещания выполняю, – Антон поднял автомат и выпрямился. – Хотя погоди. – Он некоторое время смотрел на перепуганного чеченца, взвешивая все «за» и «против» своего решения.

– Я могу показать, где они прячутся, – словно прочитав мысли офицера, громким шепотом заговорил парень. – Клянусь, сделаю все, как скажешь…

* * *

– Здесь это, – Рашид, так звали проводника, показал рукой на противоположный склон ложбины. – Там начинается овраг, где у нас забирали продукты. В нем я видел машины.

Антон достал ночной бинокль. Прильнув к наглазникам, нажал на кнопку включения питания. Из зеленоватого свечения выплыли очертания контуров кустарника и песчаные обрывы.

– Охранник один? – спросил Антон.

Парень неуверенно кивнул.

– Дрон, – окликнул Антон капитана. Через полминуты Василий бесшумно опустился рядом. – Проверь, есть следы транспорта или нет.

Василий осторожно направился вниз.

Антон видел его крадущуюся фигурку. Вот он, осторожно ступая, добрался до кромки поляны, за которой начинался овраг. Присел. Покрутил головой, прошел вперед. Снова сел на корточки.

– Трава примята, – раздался его голос в наушнике переговорного. – Есть колея… Часто ездили.

– Понял, – Антон облегченно вздохнул. Значит, пленник не врал. – Оставайся на месте. Мы выдвигаемся.

Миновав поляну, укрылись в кустарнике. Дальше начинался овраг.

Некоторое время Филиппов размышлял, как поступить. Существовала вероятность того, что заложники здесь. Какова численность банды, неизвестно.

– Дрон, Банкет, – он оглянулся на притаившихся позади него офицеров. – Берите Джина и посмотрите, что там.

Спустя минуту все трое растворились в темноте.

Сбоку послышался едва различимый шорох, и вскоре рядом присел Полынцев.

– Что решил?

– Пока не знаю, – откровенно признался Антон. – Если пленники здесь, штурмовать вслепую опасно. Снять часовых без шума – не проблема. Но в схроне обязательно кто-то бодрствует.

– А если они в селе? – спросил Полынь.

– Как это узнать? – Антон вздохнул. – Даже если немцев здесь нет, выкурить эту братию из блиндажа «по-тихому» не выйдет. До Ники-Хиты километр. Услышат стрельбу.

– Может, обложить их и понаблюдать?

– Где гарантии того, что они нас с утра не обнаружат? – Антон посмотрел на силуэт майора.

– Можно газом, – пробормотал Полынь.

Последнее время на случай обнаружения схронов группа брала с собой трехлитровый баллон газа, который был тяжелее воздуха. При вдыхании он вызывал состояние апатии и почти мгновенного сна.

– Сначала посмотрим, с чем придет Дрон. Да и газ – это не выход из положения. Не дай бог, кто-то из бюргеров сердечник. Отправится на тот свет, потом греха не оберешься…