Крестоповал. Война совести - Альберт Байкалов

– Хорошо. Нужно только исключить угрозу жизни заложникам, – сказал Матвей, размышляя, как это сделать.

По всему выходило, что у бандитов в руках Никита и Званцева. Принес же черт ее именно сегодня!

– Почему молчишь? – Марта заглянула ему в глаза.

– Приедет на моей машине Леонтий, отправь его к дому старосты. – Матвей убрал ее руку со своего плеча. – А сама будь на связи.

Еще издали Матвей увидел у дома старейшего жителя деревни уже знакомый джип. Он стоял у развороченного палисадника. Правая фара была разбита, капот слегка горкой. Стало ясно: бандитов здесь уже нет. Матвей не мог понять, на что они рассчитывают. Транспорт у них никудышный, да и приметный. Машина без стекла и с разбитым передом сразу привлекает внимание. Даже если случится чудо и им удастся сесть в самолет или поезд, то уехать им не дадут. Все-таки Ульи не на Луне находятся. Может, у Самурая на этот случай есть какой-то свой вариант? Или мысли о золоте напрочь затмили рассудок?

Матвей на ходу достал трубку сотового телефона и набрал номер Дешина. Надо было попробовать навести справки об этом Самурае. Кто он, чем занимается и какими средствами располагает. Однако телефон разрядился. Выругавшись, он вспомнил, что в машине, которую должен пригнать Леонтий, есть запасные батареи и спутниковый телефон, и зашагал быстрее.

Как Матвей и предполагал, джип бандитов был пуст. Он бегло осмотрел его, заглянул в разваленный палисадник и направился к калитке.

Клима Матвей увидел в самый последний момент и зарычал от досады. Бандит преспокойно сидел в темном углу сеней, и едва он вошел, направил на него пистолет:

– Заждался я тебя, ненаглядный!

– Я знал, что ты здесь, – поднимая руки вверх, выпалил первое, что пришло на ум, Матвей.

Нужно было сбить бандита с толку, и это у него получилось.

– Неужели? – Клим медленно встал. – И чем я обязан такому вниманию?

«Почему ты остался? А если здесь еще и Тонус? Нет, исключено, – лихорадочно размышлял Матвей. – Самурай поручил тебе обеспечить ему спокойную работу. Что мы имеем? Как можно одурачить тебя? – думал он, глядя бандиту в глаза. – Ты до сих пор не знаешь, кто я, значит, надо использовать это. За кого я могу себя выдать? Конечно, за такого же, как и вы, бандита, который также узнал о кладе. Лучше убедить тебя, будто я занимаюсь этим профессионально».

– Ты обязан такому вниманию тем, что намного умнее своих дружков, – заявил Матвей, следя за реакцией бандита.

– Даже так! – удивился Клим.

– Послушай, Самурай уже обречен, – начал уговаривать его Матвей. – Даже если ему удастся забрать клад, он не сможет его вывезти. У меня же все для этого есть. Поверь, я давно занимался этим вопросом и достаточно хорошо подготовился. Помоги мне, и тебе больше никогда не придется думать о деньгах.

– А если я откажусь? – скривился Клим.

– Тогда остаток своих дней проведешь на нарах, – пообещал ему Матвей. – На тебе два трупа…

– Один Хвастуна, – покачал головой Клим.

– А сам Хвастун?

– Он же жив! – воскликнул Клим. – Да и не я его.

– Какая теперь разница? – медленно опуская руки, спросил Матвей. – Так или иначе, меньше пятнадцати тебе не дадут. Теперь считай…

– Хорошо, что предлагаешь?

– Сейчас сюда пригонят мою машину. – Матвей подошел к Климу почти вплотную. – Нужно будет догнать Самурая.

– А кто здесь присмотрит? – оживился Клим.

– Ты забыл, что я не один?

– Баба, что ли? – удивленно спросил Клим.

– Она лучше любого мужика, – заверил его Матвей. – К тому же на ней ничего нет. Ее не надо будет отсюда забирать. Менты примут, максимум через год выйдет. А вообще, я ее отмажу.

– Лихо, – с восхищением разглядывая Матвея, усмехнулся Клим. – Я сразу понял, ты парень не простой.

– А то… Кстати, полиция после всего сосредоточится на Самурае, – привел Матвей еще один довод. – Так что, как говорится, сорвем банк, и на дно…

Матвею стоило протянуть руку, и все, биография бандита потечет по строго регламентированному руслу. Сначала пару часов, а может, суток, в зависимости от его настроения, Клим проведет в бессознательном состоянии. Потом некоторое время будет привыкать в новом качестве к неволе. Его можно будет связать и поместить, например, в подпол. После того как Матвей утрясет дела с оставшимися бандитами, Клим переместится сначала в следственный изолятор, а потом, по усмотрению суда, в тюрьму или зону. Так или иначе, но Матвею ничего не стоило сейчас сотворить из него что угодно. Бандит находился на расстоянии, которое не оставляло ему шансов. Однако Матвей решил поступить по-другому.

«Пусть он едет со мной и думает, будто у меня та же цель, что и у его дружков. Я всегда смогу обезвредить его. А он, в свою очередь, не ведая того, может помочь мне… Да и скуку развеет».

За воротами скрипнула тормозами машина.

– Кто это? – заволновался Клим.

– Это мою «ласточку» пригнали, – успокоил его Матвей и не удержался, добавил: – Которую вы с Хвастуном уделать пытались.

Увидев Матвея в обществе Клима, Леонтий опешил.

– Не ожидал? – Матвей подошел к машине, открыл дверцу, заглянул в салон и снова развернулся к старообрядцу: – Такие, брат, дела…

– Не брат ты мне вовсе, – пробурчал Леонтий, сжимая ремень висевшего через плечо ружья. – Значит, заодно с ним? А я уж было поверил…

– Ты сейчас бери своего сына и езжай в райцентр, – краем глаза наблюдая за Климом, сказал Матвей.

– Ты что? – Глаза бандита округлились. – Он же нас всех сдаст!

– Не сдаст, – заверил его Матвей. – Верно я говорю?

Леонтий стоял, не понимая, шутит он или говорит серьезно.

– Там скажешь, что сам случайно на охоте подстрелил, понял? – продолжал инструктировать его Матвей.

– Понял, – дошло наконец до мужчины. – Как не понять-то… Только как же я сына-то…

– Случайно, скажешь, самострел ставили, зацепил струну самострела. – Матвей махнул рукой. – Сам придумаешь, что сказать…

– Ты что, веришь ему? – ужаснулся Клим.

– Верю, – подтвердил его предположение Матвей. – Он мне слово даст.

– Врать нехорошо, – насупился Леонтий. – Грех это.

– Тогда сын умрет, – как само собой разумеющееся ответил Матвей.

– Хорошо, – согласился Леонтий. – Тогда точно не тронешь никого?

– Не трону, – заверил его Матвей, усаживаясь за руль «уазика». – Поезжай.

* * *

– Далеко еще? – спросил Самурай, не отрывая взгляда от дороги.

– Немного осталось, – заверил его сидевший рядом Никита.

Бандит взялся вести машину сам, поручив Тонусу присматривать за заложниками. Журналистка ехала с ним на заднем сиденье и уже пару раз предупреждала его, чтобы он не распускал руки.