Комбат - Александр Тамоников

– Есть, товарищ подполковник.

Танкист бросился к танку. Комбату доложили, что роты готовы к продолжению марша. Голубятников приказал выдвинуться в авангард 9-й роте, выставив головной боевой дозор, и отправил вперед разведку. Батальон продолжил движение, обходя пригород Грозного с юго-западной стороны. БМД разведки метались с одной стороны дороги на другую. Туман создавал условия, при которых разведку проводить было сложно. Но этот же туман помог российским десантникам избежать катастрофы. Пройдя три километра от места подрыва, БМД командира разведроты старшего лейтенанта Телинского вышла к небольшой роще, и впереди метрах в ста Телинский заметил стволы гаубиц Д-30. Гаубичная батарея из шести орудий стояла на позициях, нацеленная на дорогу, по которой могла открыть губительный огонь прямой наводкой. Боевики, видимо, предполагали, что этой дорогой воспользуются российские войска при выдвижении к Грозному, и выставили батарею. В своих расчетах они не просчитались. Впрочем, просчитаться было довольно сложно, так как, кроме этой дороги, поблизости никаких других, пригодных для прохождения крупных подразделений, просто не существовало. Мятежники, видимо, и рев двигателей машин батальона слышали, приготовившись расстрелять колонну. И это им удалось бы. Шесть орудий Д-30 перебили бы технику батальона в считаные минуты, и «Нонны» не помогли бы. Но десантникам помог туман, скрывший от боевиков выход во фланг артпозиций разведывательной БМД. Телинский приказал остановиться и своей, и второй, находившейся за дорогой, БМД. Вызвал комбата:

– Лидер! Я – Вьюга!

– Я – Лидер! Что у тебя?

– Вижу позиции вражеской гаубичной батареи. Шесть Д-30 нацелены прямо на дорогу. Духи ждут появления колонны.

– Духи видят тебя?

– Нет. Иначе уже расстреляли бы к чертям собачьим!

– Понял! Стой на месте, жди дополнительной команды.

Командир батальона остановил колонну, вызвал командира 9-й роты капитана Боревича, довел до него обстановку и приказал выдвинуть взвод на рубеж атаки батареи, не входя в сектор обстрела гаубиц прямой наводкой. О готовности к атаке приказал доложить через 10 минут. Вновь связался с Телинским:

– Слушай меня, Вьюга! В 10.45 батарею атакует взвод Егеря. Выдвини к этому времени вторую машину на противоположный от себя фланг. Как только пойдет атака взвода Егеря, поддержи ее ударами с флангов. Задача – уничтожение батареи!

– Есть, Лидер. Атака в 10.45, я поддерживаю ее с флангов. Задача – уничтожение противника!

Как уже говорилось, подполковник Голубятников приучал подчиненных к краткости при выходе в эфир, но в Чечне обстановка изменилась. Здесь было главное, чтобы подчиненные понимали, что от них требуется в той или иной ситуации. И все чаще решение приходилось принимать немедленно и ставить задачи, используя радиосвязь. В двух словах же ее не поставишь. Чеченская война вносила свои коррективы в действия офицеров.

Получив приказ, Телинский передал распоряжение командиру второй БМД разведроты, пользуясь туманом и особенностями местности, выйти в противоположный фланг обнаруженной батареи. Что и было сделано через семь минут. А в 10.45 из тумана правее сектора обстрела батареи по позициям гаубиц ударили пушки «Гром» боевых машин десанта взвода старшего лейтенанта Гришина. И одновременно с флангов открыли пулеметный огонь разведчики. Боевики, не ожидавшие нападения, бросив орудия, побежали, скрывшись в тумане. На этот раз он помог бандитам, не позволив расстрелять их на открытой местности. В 11.00 взвод Гришина вышел к позициям. Разведка осталась на месте. Голубятников подъехал к роще на командно-штабной машине. Вместе с заместителем по вооружению майором Корсаровым осмотрел орудия, заметил:

– Ты смотри, Виктор Алексеевич, а гаубицы-то новые, в смазке, будто только что с хранения сняты.

Корсаров невесело усмехнулся:

– Чему удивляться, командир, если наше руководство оставило Дудаеву целые склады и с техникой, и с оружием, и с боеприпасами. Вооружили чеченов под завязку, а нам пожинать плоды очередной глупости правящих чиновников. Интересно, сколько получили чинуши разных ведомств за предательство?

– Этого, Виктор Алексеевич, ни ты, ни я не узнаем никогда, но, думаю, немало. И самим, и детям, и внукам хватит. Предательство стоит дорого. Впрочем, иногда не дороже пули. Но черт с ними, с чинушами, надо в полк доложить, пусть забирают трофеи.

К комбату подошел командир 1-го взвода 9-й роты старший лейтенант Гришин:

– Разрешите обратиться, товарищ подполковник?

– Обращайся, конечно!

– Я по результатам атаки батареи.

– Да?

– Обнаружено трое боевиков убитыми, двое ранеными, один тяжело, в живот. Остальные разбежались, бросив не только орудия, но и стрелковое оружие.

– Трупы духов и раненых разместить ближе к дороге, в стороне от подхода к батарее машин эвакуации. Раненым оказать возможную медицинскую помощь.

– Они нас ждали, чтоб расстрелять прямой наводкой, а мы им помощь?

Комбат повысил голос:

– Ты что-то плохо понял, Гришин?

– Никак нет!

– Так выполняй приказ и помни: сейчас духи наши пленные, а мы не бандиты, чтобы убивать безоружного и не способного к защите противника. Всегда это помни, Гришин!

Отпустив взводного, комбат вернулся к командно-штабной машине, приказал связисту вызвать командира сводного полка. Семенов ответил немедленно:

– Я – Титан! Что у тебя, Лидер?

Голубятников доложил:

– В ходе марша в обозначенном районе разведка батальона обнаружила засаду из батареи гаубиц Д-30. Всего шесть орудий. Атакой с ходу подразделение батальона отбило гаубицы у противника, уничтожив трех боевиков, двух ранив. Остальные разбежались. У орудий штабеля ящиков со снарядами. Высылайте технику для эвакуации гаубиц, боеприпасов, раненых и убитых боевиков. До подхода колонны эвакуации остаюсь на месте. Мои координаты…

– Так это же рядом?!

– Вот и я о том же! Поторопитесь, пожалуйста, Станислав Юрьевич, а то я и так выбился из графика.

– Понял тебя, высылаю подразделение эвакуации!

Батальон простоял полчаса, пока не прибыло подразделение, отправленное Семеновым. Гаубицы утащили на буксирах, убитых и раненых увезли на санитарной машине.

В 12.00 колонна батальона вновь продолжила свой долгий, опасный марш, обходя пригороды Грозного по полям, лесополосам, оврагам. Пройдя без приключений километров пять, подразделение вышло к месту встречи с колонной дивизии точно в обозначенное приказом время. Почти тут же на дороге появился головной боевой дозор соединения. Впрочем, соединением войсковую группировку можно было назвать лишь условно, так как состояла она из двух таких же, как у Голубятникова, усиленных батальонов да подразделений десантно-штурмовой бригады. Но командовал группировкой командир дивизии, генерал-майор! Видимо, дозор доложил о стоявшем поперек дороги батальоне, так как к «Сороке» Голубятникова подъехала командно-штабная машина «Чайка». Из нее вышел генерал.