Излом зла - Василий Головачев

Экзарх: «Почему ты отказался помочь Удди (пентарху) закодировать непосвященного?»

Бабуу-Сэнгэ: «Удди по натуре источник агрессии и революционной ломки социума. В результате его деятельности Россия уже четырежды переживала падения: когда меняла веру, воевала с монголами, строила коммунизм и в конце двадцатого века воевала сама с собой».

Экзарх: «Он – лишь правая рука Монарха».

Бабуу-Сэнгэ: «Это не меняет существа дела. Как ему и вам удается миновать декарха[26]?»

Экзарх: «Декарх кодирован и не может контролировать весь диапазон частот границы. Мы используем интервал «разрешенной неизвестности».

Бабуу-Сэнгэ: «Мы называем этот интервал «вероятностной прецессией закона границы». Не боитесь, что кто-то сможет повторить ваш путь в обратном направлении?»

Экзарх: «Чего может бояться иерарх пятого уровня? Но такая опасность существует, ты прав. Из-за этого я и нарушаю закон границы».

Бабуу-Сэнгэ: «Соболев? Из-за него?»

Экзарх: «Он аватара, хотя еще идущий, незавершенный. Существует шанс, что он выйдет в «розу» и соединится с инфархом. Что грозит Изменением не только вашей реальности, но и Круга. Допустить этого мы не можем».

Бабуу-Сэнгэ: «Разве его так трудно уничтожить?»

Экзарх: «Неизвестным нам образом он стал задатчиком программ одной из Великих Вещей Мира – «Иглы Парабрахмы».

Бабуу-Сэнгэ: «Не может быть!»

Экзарх: «Это произошло. В будущем. В вашем будущем. Для нас же это факт свершенный. Но это еще можно было бы простить. Самое плохое в этой ситуации, что ему помогает Конкере».

Бабуу-Сэнгэ: «Если для нашей реальности деяние Соболева еще не произошло, его можно предотвратить».

Экзарх: «Если факт включения хранится в коллективной памяти нашего эгрегора, значит, изменить вы ничего не сможете».

Бабуу-Сэнгэ: «Печально. Однако есть и другая сторона медали. Людьми изобретена формула: в свое время, рано или поздно, демон разрушит того, кто его вызвал. Известно, что Монарх уничтожает любого, кто ему становится не нужен».

Экзарх: «Мы не можем ждать. Удди предпринял попытку, весьма удачную на наш взгляд, но вам предстоит продолжить начатое».

Бабуу-Сэнгэ: «Что я должен делать?»

Экзарх: «Нейтрализовать помощников Соболева. В первую очередь отступника, лишенного доступа ко второму уровню континуального поля сознания, но тем не менее не ставшего от этого менее опасным».

Бабуу-Сэнгэ: «Речь идет о Горшине? Мы контролируем его деятельность».

Экзарх: «Горшин начал работать в паре с Соболевым, а это уже иной уровень. Речь идет также о трех Посвященных I ступени: Иване Парамонове, Вахиде Самандаре и Ульяне Митиной. Срочно организуйте «волну выключения» всех троих».

Бабуу-Сэнгэ: «Без уведомления патриархов Круга?»

Экзарх: «Сейчас не до соблюдения традиций, под угрозой существование Круга, его надо сохранить любой ценой, даже ценой сокрытия правды. В данном случае цель оправдывает любые средства».

Бабуу-Сэнгэ: «А кто займется Соболевым? Я уже дал задание Юрьеву и Рыкову нейтрализовать его…»

Экзарх: «Пусть занимаются им в меру своих возможностей. Им вряд ли удастся остановить его, но они заставят его торопиться, а это уже на руку нам».

Бабуу-Сэнгэ: «Не понимаю».

Экзарх: «Удди применил кодон».

Чувства координатора Союза Девяти после этих «слов» можно было бы передать только изумленным присвистом. Потому что кодон, чье происхождение и тайна воздействия на мир тщательно оберегались Хранителями, по легенде являлся, наравне с «Иглой Парабрахмы», еще одной Великой Вещью Мира, оставленной Инсектами потомкам. По другой легенде кодон представлял собой одну из Сил Бога, воплощенную в материале, и возможности его были велики.

Бабуу-Сэнгэ: «Каким образом Удди удалось завладеть кодоном?»

Экзарх: «Не суть важно. Главное, что с его помощью можно реализовать любую «темную передачу».

Бабуу-Сэнгэ: «Удди удалось закодировать Соболева?»

Экзарх: «Мы надеемся. Удди пожертвовал ради этого своим авешей Шароевым. Пока Соболев не добрался до Знаний Бездн, он уязвим. Пусть идет как наметил. Мы будем контролировать его шаги. Но его надо поторопить».

Бабуу-Сэнгэ: «Я его совсем не знаю, но мне он почему-то симпатичен».

Экзарх: «Существуют косвенные доказательства того, что он осуществил инициацию эйнсофа. Вероятно, отсюда и ваши эмоции, базирующиеся на «ложной памяти». Самое плохое, что ему симпатизирует инфарх».

Бабуу-Сэнгэ: «Пущен слух, что инфарх в изоляции и не покидает свою реальность».

Экзарх: «Зато активно действует его второе «я» – Светлена. А она практически неуязвима. Итак, ты знаешь, что делать. Прощай. С нами Сатариал!»

И экзарх Квестор исчез.

Бабуу-Сэнгэ с минуту сидел в той позе, в какой его застало «проявление» личности экзарха, потом поднялся из кельи в свой рабочий кабинет этажом выше, но все равно располагавшийся под землей, под фундаментом храма. Со своими кардиналами он мог бы связаться без техники, по астральному каналу пси-связи, однако не хотел лишний раз «колебать» болото астрала, контролируемое иерархами. Поэтому просто набрал код и позвонил. Тарелка спутниковой радиосвязи на крыше храма позволяла ему контактировать с любым человеком на Земле, имеющим сотовый телефон с кодовой защитой.

Советник президента по национальной безопасности Юрий Венедиктович Юрьев отозвался через десять минут:

– В эфире.

– Соболев ушел из Чечни.

– Знаю. Ему помогли Посвященные.

– Их надо «погасить».

– Один я не справлюсь.

– Вдвоем с Германом Довлатовичем. Если понадобится, привлеките Виктора Викторовича. Используйте все средства.

– Понял.

– Может вмешаться Ельшин, он контактирует с Конкере. Переориентируйте его или уничтожьте канал выхода Монарха в нашу реальность.

– Попробуем.

– И последнее: разблокируйте один из МИРов.

– Зачем?

– И пусть Соболев узнает об этом.

– Понял, – ответил Юрьев после паузы.

Бабуу-Сэнгэ выключил связь. Он обеспечил «спуск программы» до исполнителей, оставалось лишь контролировать этот процесс.

* * *

Мало кому известно из простых людей, регулярно любующихся по телевизору спектаклями, называемыми «работой правительства, президента и Государственной Думы», что каждый чиновник высшего эшелона власти – это, по сути, контора, то есть глубоко эшелонированная система исполнения решений и защиты, имеющая собственные базы, финансовые и технические связи, интересы и цели. Интересы и цели этих контор иногда совпадают, но нередко пересекаются и расходятся, после чего начинается борьба систем, первым этапом которой является лоббирование, то есть поиск и вербовка союзников, а последним – устранение непокорных, в том числе и физическое.