Последняя роль неудачника - Фридрих Незнанский

Он выпил по дороге пива и вскоре появился на работе.

У Шкуро вид был сосредоточенно-хмурый. Он вперил взгляд в монитор и даже не обратил внимания на разбитую Валентинову физиономию.

— Что читаешь? — полюбопытствовал Валентин.

— Исследование агентства «Уильям Мессерер». Пришло по электронной рассылке — для твоих новостей.

— Что же они исследуют?

— Кому на Руси жить хорошо.

— В самом деле? На кой черт им это надо?

— Заказал один тип из Государственной думы. Наверно, чтобы было о чем языком с высокой трибуны молоть.

— Ну и что там интересного?

— Самыми неблагоприятными по качеству жизни городами России официально признаны Новосибирск и Казань.

— Каковы же критерии? — заинтересовался Валентин.

— Социально-экономические факторы, климат, уровень преступности, качество образования и медобслуживания, экология, общественный транспорт, жилищная инфраструктура, степень личной свободы населения, межэтнические отношения.

— А где живется лучше всего?

— В России явных фаворитов, увы, нет.

— А в мире?

— В Ванкувере, например. В Цюрихе, Вене, Берне, Сиднее, Женеве, Копенгагене, Хельсинки.

— Надо же, сразу три города находятся в маленькой Швейцарии. А как же европейские столицы?

— Париж занял двадцать третье место. Лондон — только тридцать четвертое: в основном подвели климат и вечные пробки на дорогах. Правда, в Нью-Йорке жить еще хуже: «столица мира» получила незавидное пятидесятое место. Москва и Питер в списке пятидесяти лучших не оказались. Как не оказались, впрочем, и среди пятидесяти худших.

— Что тоже приятно, — усмехнулся Валентин.

— Да. Зато среди этих худших шесть городов находятся на территории бывшего СССР.

— А самый худший?

— Браззавиль, столица Конго. Там уже которой год идет гражданская война.

— Это еще больше успокаивает, — покивал Валентин.

— А что совсем не успокаивает, — оскалился Шкуро, — так это то, что тип, который заказал исследование, между прочим, начальник службы безопасности в одной из парламентских фракций, отдал богу душу. Причем не сам, а ему помогли. Расстреляли в машине. Причем где бы ты думал? У нас за городом, совсем недавно. Вот так и живем.

— Ваши местные менты не очень-то суетятся, а? — как бы легкомысленно заметил Валентин.

— Наши менты… — Шкуро сокрушенно махнул рукой.

— Что так? — поинтересовался Валентин.

— Был тут толковый парень, да и тот разбился недавно…

А еще ты слышал, что одной из самых дурацких шуток является звонок по телефону с ложным вызовом пожарных или объявлением о бомбе? У нас в городке часто так развлекаются. И никто не чешется.

— Кажется, эта шалость распространена по всему миру, — кивнул Валентин. — Но я думаю, с этим бороться совершенно невозможно. Подростки в основном, что с них взять…

— А вот и нет. Я придумал как.

— И как же?

— Нужно модернизировать телефонную будку. Если человек, находящийся в будке, набирает номер пожарной команды, то дверь автоматически захлопывается и открывается только через пять минут — вполне достаточно, чтобы приехала милиция и наказала «шутника».

— А если в самом деле пожар?

— Тогда пусть награждают честного гражданина.

— Хм, логично. Ну и что же из этого вышло? — заинтересовался Валентин.

— Ничего не вышло. Они отказались.

— Почему? Чэм мативировали? — спросил Валентин с кавказским акцентом.

— А ничем. Это нам не нужно, сказали, и все… А почему вы говорили с акцентом?

— Это анекдот, не знаешь? Один грузин рассказывает другому, как он девушку соблазнял: «Цвет дарил. Театр водил. Дискотека танцевал. Ресторан кушал…» Второй все время переспрашивает с интересом: «Ну?» Наконец первый говорит: «Что — ну? Не дала!» Второй: «Вах! Слюшай, чэм мативировала?»

— Остроумно, — серьезно сказал Шкуро. — Надо запомнить. Ладно, ты готов?

Эфир свой Валентин начал так:

— Только что позвонили несколько зеленогорцев и буквально потребовали поставить композицию ДДТ «Дождь». В связи с чем не могу не спросить: что это вы, дамы и господа, все на жару жалуетесь? Вот в Арабских Эмиратах дождь идет только два раза в год, а как замечательно там живут люди! Впрочем, не во всем. Вот, например, что касается алкоголя, то он, конечно, чужд арабскому образу жизни. Если уж совсем невмоготу — извольте приобрести баночку-другую безалкогольного пива. А для развращенных западных туристов имеются специальные магазины, предлагающие широкий ассортимент «огненной воды». Но даже купив заветную бутылку, не стоит распивать ее на общественном пляже или в городской лавочке — увезут в кутузку, невзирая на иностранный паспорт и карьерные достижения. Ходят слухи, что для слабовольных любителей крепкого градуса в эмиратских тюрьмах созданы практически райские условия. Один мой знакомый попал таким образом за решетку и вернулся оттуда спустя десять дней в полном восторге. Он божился, что жил как минимум в четырехзвездной тюрьме, гулял, смотрел телевизор, спал вволю и ел от пуза и даже купался в теплых водах Персидского залива! Его компаньоны, коротавшие досуг в тесных номерах сомнительного отеля, завидуют узнику до сих пор… Зато совершенно по-другому обстоят дела с наркотиками. За них можно сесть надолго. Часто местные предлагают разомлевшим от солнца и моря гостям марихуану или чего позабористей. Купившие зелье почти наверняка попадают за решетку: на них доносят сами продавцы. Эмиратское законодательство приветствует активную гражданскую позицию и выплачивает всем настучавшим премию, эквивалентную трем тысячам американских долларов. При этом никого не интересует, откуда у свежеприбывшего туриста пакетик с гашишем. Впрочем, россиянам в основной массе наркотики ни к чему. У них есть дела поважнее. Они крепят арабскую экономику, покупая товары в буквальном смысле вагонами. Стоит нашей шоп-делегации появиться на рынке, как торговцы забывают о немцах, англичанах и прочих иноземцах. Русская речь действует на коробейников как дудочка заклинателя на змею. От себя добавлю, что зрелище торгующихся соотечественников угнетает людей с тонкой душевной организацией, и таковым лучше поскорее покинуть арену купли-продажи. И отправиться хотя бы в пустыню. И там поправить здоровье баночкой-другой пива… А сейчас по заявке бригады из мыльного цеха химической фабрики Зеленогорска группа «Сплин» и их «Мое сердце»…

15

Пока Валентин вел свой эфир, Шкуро вышел перекурить. В коридоре его остановил крепко сбитый моложавый мужчина.

— Моя фамилия Гордеев. Я адвокат.

— И что? — сказал несколько растерявшийся Шкуро.

— Вы Матвей Григорьевич Шкуро?