Обратный отсчет - Лев Пучков

— Что именно?

— Место там не очень приятное. На ночь глядя ехать в такое местечко — не самое большое удовольствие.

— А что за место?

— Алтуфьево, ГСК. Рядом, в квартале оттуда, — авторынок. В этом ГСК у Володи бокс, работает он почему-то по вечерам, а вроде бы такой знатный мастер… Такой вопрос: и какого черта он там делает, по вечерам? У нас тут приличных автосервисов — видимо-невидимо, такого парня с руками бы оторвали.

— Ты хочешь сказать, что он занимается «левыми» тачками?

— Не хочу. Я просто излагаю тебе свои соображения. Кстати, если он завсегдатай тусовок на Смотровой и при этом занимается «левыми тачками», далеко ехать не надо. Там рядом, на Вернадского, — самый крупный столичный отстойник.

— В смысле — отстойник?

— Ну, туда сгоняют все ворованные машины.

— Не понял… Это не секретная информация?

— Да ну, какой, на фиг, секрет! Вся столица об этом знает.

— А куда в таком случае органы смотрят?!

— Смотрят, чтоб никто не мешал разбирать ворованные машины и подгонять их под аварийные и совсем «убитые» тачки. А потом смотрят, чтобы «отмытые» и «перебитые» машины без проблем регистрировали в ГИБДД.

— Да, вот это порядки тут у вас…

— Ну, теперь это и у вас. Вы-то теперь тоже вроде бы местные!

— Вроде бы… Ну, пусть даже он там перелицовывает краденые тачки — самый худший вариант, — нам-то что с того? Ты там бывал, в том месте, и тебе что-то не понравилось?

— Я там бывал проездом, в сам ГСК не заезжал — незачем было, на авторынок — тоже… Но о местечке этом наслышан, и не забывай, что я отсюда родом.

— Вывод?

— Вдвоем, без стволов и прикрытия, в такую пору ехать в ту степь небезопасно. Совсем не обязательно, что на нас там кто-то бросится, но исключать такой вариант не стоит.

— Предложения?

— Отложить визит на завтра.

— Да ну, целые сутки терять! Может, мы уже через полтора часа будем знать что-то такое, что на порядок продвинет разработку.

— Ну, в этом я почему-то сильно сомневаюсь…

— Да ладно тебе! Кстати, что нам мешает попросить прикрытие из учебного центра? Пусть пришлют парочку смекалистых парней, пока Вася не угнал всех на очередное ночное занятие.

— Хорошо, уболтал. Давай попросим да прокатимся в это скверное местечко…

Серега позвонил Иванову и спросил разрешения на использование силового прикрытия. Иванов разрешение дал, но силу запретил применять категорически. Даже если будут бить — лучше удрать, чем поломать там кому-то чего-то с перспективой фигурирования в милицейской сводке.

— Да мы, в общем-то, не собирались ничем таким баловаться, — заверил Серега. — Нам просто по душам поговорить с человечком… А прикрытие — это так, для поддержки штанов…

Потом Серега позвонил Петрушину — на ходу, мы уже ехали, сказал, что нужна пара толковых ребятишек, и назвал пункт встречи. Петрушин, естественно, сразу запросил, какой арсенал ребятишкам брать с собой. Серега замялся.

— Ну, я не знаю… Вообще-то мы ничего такого не собираемся… В общем, огнестрельного ничего не надо, это однозначно. Дайте им дубинки, наручники, «черемуху» и рации. В крайнем случае промеж лопаток кого-нибудь там вытянут, хотя и это вряд ли…

* * *

Прикрытие прибыло на место встречи раньше нас. Съехали мы с моста, свернули на Юрловский проезд, смотрю — у заправки стоит пятидверная «Нива», а рядышком трутся две такие до боли знакомые фигуры в камуфляже… Угадайте, кто: одна возвышается монументально и практически неподвижно, как скала, вторая подпрыгивает рядышком этаким мелким бесом и ручонками машет — что-то рассказывает взахлеб…

— Ну и чего вы сами приперлись? — удивился Серега. — Сказал же — пришлите двух толковых хлопцев!

— Следи за речью, мою юный друг, — с небывалой солидностью заявил Вася. — Ты намекаешь, что мы бестолковые?

— Гхм… — Серега от неожиданности даже поперхнулся. — Ну, Вася… Ни на что такое я не намекаю… Но я же сказал: рутина, ничего острого не будет. Отправили бы парочку парней покрепче…

— Да просто скучно дома сидеть, — признался Петрушин. — Решили прогуляться, свежим воздухом подышать.

И Аркадию тоже скучно дома сидеть: поэтому он пригласил нас на полтора часа раньше, и мы получили возможность работать уже сегодня. Миром рулят люди, которым скучно сидеть по вечерам дома.

— Надо будет их как-нибудь на Смотровую свозить, — предложил я. — Им наверняка понравится.

— Им-то понравится. А вот тем, кто там постоянно тусуется, — вряд ли… — Серега постучал Петрушину в грудь — раздался характерный туповатый отклик титановой пластины. — Ну и зачем нам броник? Я же сказал — ничего острого не будет. Оружие тоже взяли?

— Обижаешь, коллега, — Петрушин, широко улыбнувшись, распахнул полы камуфляжной куртки и продемонстрировал две вручную «расточенные» оперативные кобуры, удобно примостившиеся у него под мышками. Из кобур зловеще торчали рифленые пистолетные рукоятки. — Вот они, родные «вектора»…

— Их давно опробовать пора! — мгновенно вступил поэтически озабоченный Вася. — Чтобы пели пули, выли люди, чтоб валялись трупы во дворах!

— О-о-о! — Я не мог не оценить творческого порыва своего подопечного. — Какая высокая лирика… А чего тут опробовать? Вы из них и так каждый день палите.

— А по живым мишеням еще не пробовали. Гы-гы…

— Вот черт… — Серега от огорчения даже зубами лязгнул. — У Васи — тоже «вектора»?

— А то! Чего мелочиться? Разнесем им там все к е… матери, чтобы знали, с кем связались, скоты!

— Я никуда с вами не поеду! — воскликнул Серега. — Разносите, что хотите, но без меня! Я просил двоих людей без оружия, а вы…

— Да успокойся, брат, — Петрушин нежно похлопал Серегу по плечу. — Шуток не понимаешь? Все будет тихо и пристойно. Клянусь Васиной задницей.

— А чего это моей? — возмутился Вася.

— Да чтобы понятно было, какая это высокая ответственность! Ж… боевого брата — это вам не хухры-мухры! Я тебе отвечаю: никто даже и не думал об этом.

— А зачем тогда «вектора»[7]взяли? — напористо уточнил Серега.

Резонный вопрос. Если кто-то думает, что мы, пользуясь статусом Исполкома, можем раскатывать по городу, обвешанные гранатометами, и тащить за собой пулеметы на станке — это вы зря. Арсенал Исполкома детально продуман специалистами, ничего лишнего там нет, все четко разнесено по категориям. Применение каждой категории вооружения строго регламентировано параграфами инструкций. В частности, для самозащиты и повседневной оперативной работы (то есть практически в течение всего служебного времени и при проведении любых «городских» операций) мы имеем право ношении маломощного «ПСС» (6П28),[8]который Петрушин презрительно обзывает «пукалкой». Все остальное — только для особых случаев и при наличии специального письменного распоряжения с печатью Исполкома…