Я выжил, начальник! - Борис Бабкин

- Поедешь. - Он положил трубку. - Приказ не обсуждается. Но я умоляю тебя, не впутывайся больше в истории. Пусть преступников ловит милиция.

Восточный

- На выезде, значит, работаем? - спросил Борис мужика, пившего чай.

- Ага, стройка. А у тебя какая профессия на воле была?

- Да никакой.

- Бомж, значит? А не похож. Отрядный мужик тут ничего. Завхоз, Немец, так себе. Ну не явный козел, не стучит, но все равно с ним поосторожнее. Запросто подставить может. А ты откуда?

- Из Воронежа.

- А сидел до этого где?

- В Ярославской области. Еще вопросы есть?

- Извини. Меня Валерием зовут. Москвич я. За шесть хат срок тяну, домушник. Сейчас сварщиком работаю. А тебе невесело там будет. Побегушников проверяют постоянно. Так что хрен куда отойдешь. Каждый час будешь ходить на КПП и отмечаться. Бугор у нас Михей. Михеев Мишка. Так себе мужик, но работяга. В общем, жить можно. Хозяин Компанейцев, нормальный мужик, не беспредельничает и просто так не прессует. Санчасть, правда, не шоколад. Начальник медчасти та еще сволота! И как врач дерьмо, а как человек - мент. Врачиха там есть, Любовь Андреевна. Как врач она волокет в болезнях, а как человек тоже ментовка. У нее на щеке шрам. Разное про это базарят. Кто говорит, ей зэк щеку порвал, кто - муж с бесконвойником застал. В общем, по-разному чирикают. Ты угощайся! - Валерий кивнул на маргарин и конфеты. - Сейчас футбол будет, - посмотрел он на часы. - Ты за кого болеешь?

- За ЦСКА.

- А я за «Спартак». Тут ставят на команды. Обычно пару пачек сигарет, но можно и больше. Ты в стиры силишь?

- В карты не играю.

- Правильно делаешь. Сейчас «Спартак» с «Локомотивом» играют. Пойдешь смотреть?

- Башка болит, - вздохнул Борис. - Полежу лучше.

- Перекуси малость, - посоветовал Валерий.

- Борис Вулич. - Майор открыл папку с делом. - Тот еще пассажир. Побег с общего режима, попытка уйти с Котчихи. Кстати, если бы не сдали его, ушел бы. Этот умелец требует особого внимания. Держится одиночкой, к себе никого не подпускает. Будет пытаться уйти. И не на везуху понадеется, а что-то придумает. Со здоровьем у него проблемы. - Он посмотрел на капитана-медика. - Вообще как жив остался, все поражаются. У Заева из-за него неприятности. Поэтому…

- Так, - перебил его начальник колонии, - зря Вулича не тревожить. Он уже получил неприятностей сверх положенного. Хотя неприятности и не предусмотрены законом. Поэтому лишний раз его не трогать. Но внимание и еще раз внимание. Он во втором отряде, бригада хорошая, отрицаловки почти нет. Кстати, что у нас в котельной? - взглянул он на мужчину в штатском. - Через месяц надо будет тепло пускать. А у вас, Тимур Павлович…

- Все будет в срок, - торопливо проговорил тот.

- Я на это очень надеюсь, - сказал начальник.

Красноярск

- Значит, Котов так и не появился ни разу. А ведь очень нужно поговорить с ним. Убит Тимофей, его брат. Сын погиб. Я беспокоюсь за Тамару. Ведь из-за нее начался весь сыр-бор. Правда, об этом он ни разу не заикнулся. Только в начале разговора о золотодобыче. Но сейчас Роман мертв, и хотелось бы знать, что он думает, - вздохнул Азов.

- Да что он думает? - усмехнулся Пухов. - Семью охранника Романа убили, малышей и то не пощадили. Это его рук дело. А милиции доказательств не хватает.

«Добро» на убийство сына Котов сам и дал. Понимал, что Ромка его с потрохами сдаст. И заметь, Элеонора не приехала даже на похороны. А это значит, что и Король вот-вот исчезнет. Но сначала сделает все, чтобы золотодобыча стала его, и только его. Поэтому будь начеку, Николай. Конечно, открыто тебя не уберут, хотя, если не получится, и шлепнуть могут. И снова Король выйдет сухим из воды. Так что поосторожнее будь. И чтоб Томка не возвращалась пока. Жаль, Ромку не взяли живым. Тогда точно Короля упрятали бы надолго.

- Ладно уж, - покачал головой Азов. - Мне самому не по себе. Не хочет Котов встречаться, и это тревожит.

Ну все, поехали.

- Где сейчас Котов? - спросил прокурор.

- А черт его знает! - пожал плечами рослый оперативник. - Последний раз его видели на вокзале, Олега встречал. Брали эту паскудину, а он…

- Снова упустили мы его, - проворчал прокурор. - А сейчас он законным делом занят, золото моет. И наверняка под это дело его старатели золото пихать будут. В том районе есть золото, и сколько там людей, которые лотками для Котова золото моют, один Бог знает. А вот мы не знаем. Пискунов пропал, и его подручные нигде не показывались. Может, убили их, а тела…

- Вряд ли, - возразил полковник милиции. - Похоже, предпринимателя с охранником и водителем расстреляли именно Рожков и Костюков. Найдены три гильзы с отпечатками пальцев Рожкова и две - Костюкова. И там были еще люди. Но кто?

- Вот именно, - вздохнул прокурор, - кто? Ответ мы вроде и знаем. Но… Что говорят золотоприемщики?

- Слава тебе Господи! - прошептала лежавшая на кровати мать Ирины. - Прибирает меня Господь. Спасибо, Боже.

К дому стремительно бежала Ирина.

- Что ты так летишь? - спросил идущий навстречу дед Антип.

- Маме плохо.

- Да уж пора бы и в гроб ей, сколь лет тело душу мотает. А там, глядишь, и мое время придет. Но покедова в силах еще, - вздохнул он.

- Мама! - раздался из дома Мальцевых отчаянный крик.

Антип заспешил к вышедшей из калитки их двора жене.

- Померла, Катюха, - сообщил ей Антип. - Вроде и жаль должно быть, ан не выходит жалеть. Сколь лет мучилась. И Иринке всю жизнь она поломала. Если б…

- Да замолчи ты Бога ради! - Жена перекрестилась. - Слова сейчас не такие говорить надо. Пойду я туда.

- А как же там без тебя-то? - проворчал он.

Восточный

- Здравствуйте. - Женщина в белом халате посмотрела на вошедшего в кабинет Бориса. - Что с вами?

- Голова болит. И ноги какие-то ватные. Поработал и…

- Садитесь, - кивнула она и взяла тонометр.

- Любовь Андреевна, - заглянула в кабинет молодая медсестра. - Вас к телефону.

- Я сейчас занята, - сухо ответила врач.

«А она хорошо выглядит, - подумал Борис. - Шрам на щеке, конечно, ее не украшает, но…»

- Давление, как у космонавта, - сообщила врач. - Вулич… - посмотрела она на медкарточку. - Значит, это вы…

- Я, - недослушав, кивнул Борис. - Но что со мной сейчас, Любовь Андреевна?

- А что еще беспокоит?

- В пояснице тупая боль. И ноги становятся как ватные.

- Ложитесь на живот, - кивнула она на кушетку.

- Вулич? - спросил капитан. - Нормально себя ведет. Ни с кем не общается. Он две недели в отряде, но ни с кем не сошелся. Его никто не задевает. Такое впечатление, что его опасаются те, кто любит строить из себя заблатненных. Слава Богу, таких немного. О себе он ничего не говорит. Правда, пытался выдать желаемое за действительное, говорил, что закончил Рязанское училище ВДВ. Но я…