Генеральная зачистка - Александр Тамоников

Видимо, Дуев тоже продрог под порывами холодного северного ветра:

– Да, здесь больше делать нечего. Идем в дом.

Александр с Вахидом вернулись в особняк. В это же время к контрольно-пропускному пункту подъехал внедорожник Шепеля. Высадив за зданием КПП старшего лейтенанта Самойлова, он вывел «Лендровер» к дому. Бросив машину, вошел в холл. На Дуева даже не посмотрел. Спросил у Тимохина:

– Босс у себя?

– В гостиной, у камина.

Кивнув, Шепель прошел в гостиную.

– Собака! – злобно проговорил ему вслед Дуев.

Тимохин напрягся. Если Шепель услышал брошенное в спину оскорбление, то удержать его будет невозможно, и Вахиду, скорее всего, придет конец. Но Михаил ничего не услышал.

Александр подошел к Дуеву:

– Вахид, зачем ты играешь с судьбой?

– Не сдержался… Всё, забудем об этом!

– Забудем.

Ужин прошел спокойно. Ближе к ночи начался дождь. Дуев закрылся в спальне Жукова. Строгин с Тимохиным и Шепелем прошли в кабинет. Туда же командир «Ориона» вызвал старших лейтенантов Шустова и Самойлова и приказал организовать постоянное прослушивание усадьбы.

– Зачем вам это надо? – спросил Строгин. – Вахид не будет беспокоить Умара. Мне звонить некому. Разве что послушаете щебетанье Лавадской и Крюкова… И что этой твари не хватало? Денег? Украшений? Она же покупала все, что хотела…

– И из золотых клеток птицы улетают, – проговорил Шепель.

– Ты все больше становишься философом, Миша, – усмехнулся Тимохин.

– Старею, что ты хочешь…

– Ладно, старый ты наш, перейдем к делу. Господин Строгин, еще раз доложите, как завтра должна пройти погрузка судна.

– Да обычно, – ответил бывший генерал. – Подойдет к причалу баржа; сначала загрузится лесом с двух «дальномеров», затем один придет сюда и заберет бревна с тайниками, потом армейцы будут вновь возить лес, пока не загрузят всю баржу.

– Обрабатывать тайники спецпрепаратом против собак будете?

– Они уже обработаны.

– Охрана судна на ночь выставляется?

– Нет. За посудиной смотрит команда… Когда я смогу предметно переговорить с вашим начальником насчет собственной дальнейшей судьбы?

– После окончания антитеррористической операции. Хотя Феофанов может решить вашу судьбу и раньше. Это полностью зависит от него. Ждите.

– Командира автобата вы тоже арестуете?

– Мы – нет. Военная прокуратура, возможно, и привлечет Богдана к ответственности, но думаю, вряд ли, если приказ на увольнение подполковника уже подписан. Лишний шум – он никому не нужен.

– А Лавадскую с Крюковым отпустите? Прожирать мои деньги?

– После проверки, в которой вы, Строгин, примете самое активное участие. Но что у вас есть против Лавадской? Только то, что она променяла вас на молодого? Но это не преступление.

– Виктория – черт с ней, но с Крюковым ей не жить.

– Почему?

– А вот это вы узнаете в ходе проверки. Аркаша не только проверял рабов и проституток.

– Ну, значит, на скамью подсудимых попадет и Крюков.

– Я бы хотел, чтобы вы заблокировали счет Лавадской, не дали ей возможности воспользоваться им.

– На каком основании, Строгин?

– На том основании, что это деньги от продажи оружия и наркоты!

– Это еще надо доказать.

– Я докажу. Она, сука, если и отвертится, то уйдет отсюда с голой задницей, прямо на панель…

– Вы так любите ее? – спросил Шепель.

– Люблю? – воскликнул Строгин. – Да я всеми фибрами души ненавижу ее!

– Любите…

– А если и так, то что?

– Да ничего. Просто с вашим житейским опытом могли бы понять, что двадцатидвухлетняя красавица вешалась вам на шею исключительно по расчету. А насчет счета… Следствие будет решать, закрывать его или нет. У нас же работа другого характера.

– Я могу дать вам информацию по базе Колгаева, – неожиданно заявил Строгин.

Тимохин с интересом посмотрел на бывшего генерала:

– Вот как? Вы знаете, где она находится и что собой представляет?

– Да, до мельчайших подробностей.

– Это интересно… Продолжайте!

– Я поделюсь информацией только с начальником Управления. Обеспечьте мне встречу с ним.

– Прямо сейчас?

– А чего время тянуть? Тем более что завтра весь день будет занят.

Шепель взглянул на Тимохина:

– Может, позвонишь Феофанову?

– Придется, раз клиент напрашивается.

Тимохин достал сотовый телефон и набрал номер начальника ГУБТ:

– Извините, Сергей Леонидович, за поздний звонок, но тут у нас Строгин внезапно заявил, что имеет полную информацию по горной базе Умара.

– Вот как? Так это же хорошо!

– Господин Строгин намерен поделиться ею только с вами…

– В условиях нахождения в усадьбе эмиссара Умара и мой приезд к вам, и его отъезд из владений нежелательны. Где сейчас Строгин?

– Рядом. Мы находимся в кабинете.

– А Дуев?

– Занял спальню Жукова.

– Передай трубку Строгину.

Тимохин протянул телефон бывшему генералу МВД:

– Начальник Управления на связи.

Строгин принял трубку:

– Добрый вечер, господин генерал.

– Мне доложили, что вы обладаете информацией по главной базе Умара Колгаева?

– Да, но передам ее лично вам, в обмен на окончательные гарантии моей дальнейшей судьбы.

– Вы хотите, чтобы я повторил уже сказанное? Или у вас появились дополнительные условия? Предупреждаю сразу, никакие дополнительные условия рассматриваться не будут ни в каком случае. Вы получите положенный вам законом срок, исключая пожизненное заключение, и будете отправлены в то исправительное учреждение, которое сами укажете. А сейчас передайте всю имеющуюся у вас информацию по базе Умара полковнику Тимохину.

– Вы не хотите встретиться со мной?

– В настоящих условиях это нецелесообразно по соображениям секретности нашего сотрудничества.

– Понятно, вы опасаетесь, что Дуев что-то пронюхает…

– Я все сказал. До свидания!

Бывший генерал выключил телефон, передал его Тимохину и, выкурив сигарету, сказал:

– Хорошо. Пусть будет так! – Повернулся к Тимохину: – Генерал распорядился передать информацию по базе Умара вам.

– Этого и следовало ожидать. А насчет гарантий не беспокойтесь. Если Феофанов сказал, то он сделает, чего бы это ни стоило.